Тема недели:
На Западе критикуют модель развития Прибалтики
Западные экономисты и аналитики полны пессимизма в отношении Литвы, Латвии и Эстонии.
Воскресенье
11 Декабря 2016

Михаил Хазин в Литве: от евро до «советской оккупации»

Автор: Александра Рыбакова

Михаил Хазин в Литве: от евро до «советской оккупации»

25.07.2013  // Фото: www.youtube.com

Приезд в Вильнюс известного российского экономиста и публициста, президента консультационной компании «Неокон» Михаила Хазина вызвал в обществе немалый интерес. В литовскую столицу он прибыл по приглашению международного клуба СМИ Format A-3. На встречу с экономистом 24 июля пришли несколько сот заранее зарегистрировавшихся человек. Однако все желающие в зале не поместились, многим пришлось довольствоваться местами в коридоре. «Что нас ждет после кризиса?» – так звучала тема публичной встречи. Но по старой балтийской традиции разговор завершился… обсуждением «советской оккупации».

«Летом 1983 года на Вильнюсском стадионе «Жальгирис» я наблюдал момент, когда литовская команда забила гол «Спартаку». И с тех пор я в Вильнюсе не был», - начал встречу Михаил Хазин. Впрочем, тут же обрушившийся на него шквал аплодисментов и вопросов не позволили ему продолжить увлекательное путешествие по лабиринтам собственной памяти.

Вопрос, прозвучавший одним из первых, строго очертил рамки грядущей беседы и вызвал живой интерес у главного виновника встречи: «Является ли импортозамещение фактором улучшения экономики?» «Дело не в деньгах, - объяснил российский экономист. – Россия импортирует товары на 400 миллионов долларов. Если заместить производство на внутренних хотя бы 200 миллиардах, что вообще не сложно, то вы фактически обеспечиваете внутри источник доходов в 200 млрд.

Проблема в другом – Россия худо-бедно может себе позволить принять такое решение, а Литве Брюссель это не разрешит. А классический пример успеха в такого рода операциях – Белоруссия».

Незамедлительно последовал и следующий вопрос, автора которого интересовало, что же станет спусковым механизмом для ухудшения ситуации в мировой экономике? Обвал пузыря на фондовом рынке США или начало войны на Ближнем Востоке – таким был неоднозначный ответ.

Тем не менее пришедшие на встречу жители Литвы требовали определенности: «В ближайшие годы евро удержится – да или нет?». Впрочем, было заметно, что Михаила Хазина излишняя прямота отнюдь не пугала:

«Теоретически, серьезных проблем, которые приведут к резкому ухудшению ситуации стоит ожидать к концу 2014 года. Еще год в таком вяло текущем спаде Европа протянет. А если мы говорим о курсе евро относительно к доллару, то эксперты утверждают, что он подскочит до уровня 1,4 долл., прежде чем упасть еще ниже».

Среди собравшихся в зале было и немало молодежи, которая посовещавшись, попросила прокомментировать намерение Литвы вступить в монетарный союз. Михаил Леонидович тут же не преминул вспомнить своего одноклассника, который любил повторять очень любопытную фразу: «Зачем такой мучительный способ самоубийства, не проще ли выпить стакан серной кислоты?!» По мнению экономиста, у Литвы перед глазами чудесный пример – Польша, которая в 2008-09 году успешно избежала кризиса, девальвировав злотый.

«Вы своими же руками убираете один из инструментов облегчения внутренней экономики», - подытожил он и недоуменно поглядел на зал.

Последовавшее затем обсуждение того, какие из стран Восточной Европы в ближайшей перспективе могли бы поменять свою либеральную ориентацию вынудил М.Хазина пуститься в глубокие объяснения: «В мире научно-технический прогресс требовал увеличения рынка. Иными словами, у нас была постоянная тяга к глобализации. Сначала глобализаций было 5, потом 2 – западная и советская, а потом осталась одна. Но любая глобализация – это инфраструктура, которая требует денег. Если же у вас падает спрос, сокращаются рынки, то инфраструктура становится слишком дорогой и более рентабельным вариантом становится распад мира на кусочки – валютные зоны. Этих валютных зон пока, естественным образом получается 5-6. Зона доллара, евро, юаня, рупии, латиноамериканской валюты и шестой кусок – это то, что называется Евразийское пространство. Какая там будет валюта? Условный рубль. Поэтому, тенденция локальных образований по мере развития кризиса будет лишь усиливаться. Что касается стран Восточной Европы – каждый народ сам для себя решает, что он хочет. Бывают ситуации, когда демократия действительно работает. В норме она не работает, ибо элита всегда решает, кого ставить, выдвигать и так далее. А в условиях острого кризиса народ начинает говорить свое слово. И я совершенно не могу предугадать, что скажут люди в Эстонии, Болгарии или Венгрии. Могу сказать лишь за чехов – мы хотим в Германию! Это понятно».

Не обошли во время беседы и популярную ныне тему слежки спецслужб за населением и судьбы Эдварда Сноудена. Почему этот уже бывший сотрудник ЦРУ появился именно тогда, когда он появился? Самое важное здесь, по мнению М.Хазина, что сообщение Сноудена появилось именно в тот момент, когда США на заседании «Большой семерки» заявили, что начинают переговоры с Европой по созданию зоны свободной торговли. Первым пунктом в будущем соглашении значилось снятие нетарифных барьеров.

«А, это значит, что США планировали для Западной Европы участь Болгарии, Латвии или Литвы. Ведь издержки производства в Европе выше, чем в Америке. А если все барьеры сняты – то на фоне падающего спроса американские предприятия начинают вытеснять европейские. И в Европе просто прикинули что к чему», - закончил свою мысль М. Хазин.

Беседа продолжается. «Примут ли, на Ваш взгляд, Турцию в ЕС?» - любопытствуют из зала.

«Эрдогану в ЕС показали фигу по абсолютно банальной причине,- отвечает экономист. – В Брюсселе понимают, что, впустив к себе несколько десятков миллионов турок, через двадцать лет вообще никого не останется. Это ведь очевидно, турки – ребята бойкие. А в Брюсселе с бойкими сложность.

Второй момент – желая вступить в единый союз, страна должна устраивать на своей территории гей-парады. Вы можете себе представить гей-парады вТурции? Я – нет».

Встречу с российским экономистом в Литве можно было бы считать незавершенной без одного штриха под занавес беседы. Не меньше судьбы мировой экономики и целесообразности грядущего вступления Литвы в еврозону, как оказалось, некоторых собравшихся заинтересовал и другой вопрос, адресованный организатору, находящемуся рядом с М.Хазиным: «Какие чувства вы испытываете, сидя рядом с человеком, отрицающим оккупацию Литвы?» В зале раздались отдельные несмелые аплодисменты. Ответ был предельно лаконичен: «Мне жаль, что человек, прекрасно знающий экономику, совсем не знает историю».

Но М. Хазина, очевидно, подобный поворот дискуссии не смутил: экономист незамедлительно парировал, что необходимо смотреть правде в глаза.

«В каждой более-менее сильной стране существуют свои отделы пропаганды. Каждый из них формирует свою версию истории. И стоит понимать, что если вы начинаете говорить на языке одной из таких версий, то вы автоматически попадаете в ситуацию, при которой вами манипулируют. От идеологических штампов очень сложно избавиться.

Существует масса тонкостей, о которых хотелось бы говорить аккуратнее. Поэтому с моей точки зрения на мировую историю – оккупации не было», - закончил московский гость. «И с точки зрения мирового права оккупации не было!» - послышался бойкий возглас из зала. Бурные аплодисменты собравшихся. О проблемах экономики больше никто не вспоминал.
Комментарии
Читайте также
Новости партнёров
Загрузка...

Этот стон у них свободой зовется

Этот стон у них свободой зовется

«Граждане, расходимся, у меня знакомый дипломат в Чикаго есть, он сказал, что всё будет путем, за Литву словечко замолвят, без паники!».
Политики этих стран клеймят «ватников» за «рабское сознание», высокомерно улыбаются при словах о том, что их правительства назначаются по звонку из посольства США, гордо бросают «Мы играем в западных клубах» и пытаются учить демократии.

Бойтесь миротворцев

Бойтесь миротворцев

Холодная Война вроде бы уже двадцать семь лет закончилась, а такое ощущение, что всё у нас еще впереди.

Дом Франка в Вильнюсе

Дом Франка в Вильнюсе

Своим названием этот дом обязан доктору медицины, профессору Виленского университета Йозефу Франку. Его отец — Иоганн Петер Франк, известный в Европе врач-гигиенист и судебный медик, вместе с сыном перебрался в Вильну из Вены, где работал директором городской больницы в начале XIX века.