Тема недели:
На Западе критикуют модель развития Прибалтики
Западные экономисты и аналитики полны пессимизма в отношении Литвы, Латвии и Эстонии.
Понедельник
05 Декабря 2016

В Ригу за книгой: Латвия как центр русской книги в Балтии

Автор: Наталья Полыця

В Ригу за книгой: Латвия как центр русской книги в Балтии

15.08.2013  // Фото: www.latoro.ru

Рига за последние 20 с лишним лет закрепила за собой негласный статус центра русской книги на территории стран Балтии, а вероятно и всей Западной Европы. Политика, борьба с русским языком и российской «мягкой силой» в Латвии, как оказывается на практике, не может повлиять на тот факт, что из Лондона в латвийскую столицу приезжают подстричься и купить русскую книжку. Об этом и многом другом рассказал в интервью порталу RuBaltic.Ru филолог, литературный критик, заведующий книжным магазином «Полярис» (Рига) Марк ГУРЬЕВ:

- Что такое «русская книга в Латвии» в широком смысле?

- Это, прежде всего, книжные магазины, которых, слава Богу, в Риге имеется, наверное, наибольшее число – больше, чем в других городах Прибалтики вместе взятых, включая Эстонию и Литву, есть такое ощущение. Рига в этом плане выделяется как некий центр русской книги, как центр русской культуры не только Балтии, но и Западной Европы. Многие русские, живущие в Европе, посещают по самым разным причинам Балтию, поскольку это легко и просто, а заодно закупаются русскими книжками. Потому что в Германии, например, этих книг мало и стоят они очень дорого, а русскоговорящего народу - полно!

Из Лондона к нам приезжают подстричься и купить книжку.

- А что для Вас «русская книга» в более узком смысле, именно как книга на русском языке?

- Русская книга в Латвии, на мой взгляд, это отдельные самиздатовские проекты, которые не имеют никакого государственного финансирования и выпускаются исключительно на средства авторов или их частных спонсоров. Это книги, главным образом, об истории русских в Латвии, истории русской Латвии или вообще какие-то исторические сочинения. Это первая, самая большая часть. Этим занимается только тот, кто этого действительно хочет. Есть известные люди, которые пишут эти книжки. Но нет ни одного издательства русской книги. Латышское издательство может выпустить книгу на русском языке — но исключение только подтверждает правило.

А вторая часть, которую довольно сложно назвать русской книгой, хотя она наполовину таковой является, - творчество поэтического объединения «Орбита». Однако же книжки, которые они выпускают, это в принципе уже русско-латышские книжки. Потому что политика, скажем так, фонда, который их спонсирует (Kultūrkapitāla fonds), обязывает, требует, чтобы это были билингвальные проекты. Поэтому «Орбита» - это билингвальный русско-латышский проект. Это хорошие стихи современных русских латвийских поэтов.

- В каком состоянии сейчас русскоязычная проза, поэзия в Латвии?

- Она не находится ни в каком состоянии. Дело в том, что есть много авторов, писателей, которые пишут для публикации в России. Разве можно их назвать «русскими латвийскими» писателями? Я бы так не сказал. Это если бы их книги печатались латвийскими издательствами, тогда да. Или в Латвии продавались под этими брендами в латвийских книжных магазинах, их можно было бы так назвать. А вот исторические детективы Далии Трускиновской, живущей в Риге, это можно назвать современной русской книгой в Латвии? Это современная российская беллетристика!

- А много таких? Кто это?

- Во-первых, все эти авторы пишут под псевдонимами. Много авторов фантастики. Андрей Уланов, например, Владимир Серебряков, Вячеслав Коротин, учитель одной из рижских школ… его книжка «Броненосцы победы» (фантастика, альтернативная история) очень популярна среди школьников. Самая известная, наверное – Далия Трускиновская. На самом деле, мы их многих даже не знаем! Да и они сами себя как-то особо тоже не афишируют. Они сидят здесь и пишут для России, по заказу московских издательств.

- Что чаще всего покупают?

- Беллетристику, естественно, детективы и фантастику. Читают хорошую прозу – в меньшей степени, конечно. Главным образом, зарубежную, но есть и несколько русских авторов, скажем так, раскрученных, топовых. Но нельзя сказать, что это бестселлеры по сравнению с какими-то беллетристическими произведениями.

Ну и, конечно, народ у нас обожает историю, все, что связано с разоблачениями, с правдами и неправдами, тайнами.

Читают как замечательные произведения, так и всякую глупость. Хорошо, что привозимые сюда книги из России (по крайней мере, за нас можно сказать, за «Полярис») все-таки как-то фильтруются. Фильтруется ассортимент в том плане, что откровенную чушь, глупость, ерунду, которыми забиты полки крупных книжных магазинов в Москве, которые берут все, что выпускается - такого у нас нет. Потому что если выходит какая-то серия или какой-то автор, и оказывается, что это полный бред, напечатанный на бумаге, то мы больше его возить не будем и благополучно о нем забываем.

И за это, кстати, многие покупатели, которые бывают в России, в том числе, сами россияне, которые в последнее время все чаще бывают в Латвии, говорят «спасибо» нам за то, что мы их избавили от трудной попытки выбора книги, про которую так сразу не скажешь: плохая или хорошая, бред или не бред. То есть в том смысле, что все книжки, присутствующие в наших книжных магазинах, особенно на скользкие исторические темы, это все на 90% хорошие и достойные книжки. А вот человек, который заходит в гигантский книжный магазин в Москве, он просто теряется, и нам люди не раз говорили, что покупали книжку, и там было написано такое… и при этом еще продавцы ничего не знают!

- Латышский читатель – ваш клиент?

- Да, на 30%, как минимум на 30%.

То есть как минимум 30% русских книг покупаются латышами.

Поскольку те детективы, и та фантастика, и та история, то есть самые топовые темы, на латышский язык не переводятся. Поэтому те, кто либо чем-то специально интересуются, либо знают язык хорошо с советских времен, либо билингвы, либо просто «жизнь заставила» - они, да, покупают русские книжки. По этим темам, либо по специфическим, связанным с кулинаркой, рукоделием, с учебниками по рисованию, например.

- Есть какой-то образ русского читателя, который можно было бы противопоставить читателю латышскому?

- Я бы так не стал говорить, что есть какой-то образ. Хотя среди латышей, покупающих русскую книгу, как правило, имеется очень мало сумасшедших. Русский читатель - процентов на 20 сумасшедший.

- В каком смысле?!

- Как там было у Умберто Эко в «Маятнике Фуко»? Там есть замечательная классификация читателя, данная Бельбо, одним из главных героев романа, что все люди (а для него люди – это читатели, он работает в издательстве) делятся на имбецилов, сумасшедших, дураков и идиотов. Все, никаких других градаций у него не существует. Одно могу сказать – труднее всего с дураками. Которые, порой, высказывают очень здравые мысли… и они страшны своей логикой! Да, дураки страшны своей логикой!

- Насколько магазин русской книги важен для формирования национального самосознания?

- Конечно, очень важен! Во-первых, в образовательном плане.

Те русские родители, которых еще заботит национальная идентичность их детей, они стараются ее поддерживать, а поддерживать ее можно только хорошей книгой.

Правда, выросло уже поколение не то что нечитающих детей, а поколение нечитающих родителей, у которых нечитающие дети! Это, увы, печальная история, общая для всех, и для России тоже - для всех современных стран. Но что касается именно национальной специфики, то естественно, магазины русской книги, как и школы, являются единственными бастионами русской культуры, потому что нигде больше дети не найдут каких-то определяющих, направляющих факторов, влияющих на национальное самосознание. В телевизоре они этого не найдут, в интернете не найдут – потому что там они смотрят и ищут другое.

Поскольку русская школа все еще сохраняет некий такой статус, сохраняют такой же статус и русские книжные магазины.

Родители сюда детей приводят, а даже если не приводят, то, по крайней мере, утверждают, что дети что-то читают из того, что им тут покупают. Больше никаких других таких мест нету.

- Одна и та же книга, на латышском и на русском языке, будет сильно отличаться в цене?

- Да, на латышском пока еще дороже. В виду крошечных тиражей: они просто не могут быть большими. Так было всегда, но мы, к его, латышскому, дорогому уровню, на мой взгляд, уже вплотную приблизились. Экономическая ситуация в Латвии с этим связана мало: цены на русские книги выросли, потому что они резко выросли в России. В российских издательствах, в российском книжном бизнесе и в российской книготорговле произошли такие сдвиги за 10 лет, которые определили ту позицию, которая есть сейчас. То есть, грубо говоря, 10 лет назад печатали все что угодно, напечатали с 1995 по 2005 книг – половина или 70% из которых оказались макулатурой, за которую издательства потом расплачивались, а когда грянули все экономические кризисы, произошли значительные слияния и поглощения за долги. В итоге издательства были вынуждены резко сократить объемы продукции, и цены выросли.

- Во время кризиса в Латвии все повально закрывалось. А у вас, наоборот, открываются новые и новые филиалы - на вас благотворно сказывается кризис?

- Скорее, открытие новых магазинов свидетельствует о поиске новых покупателей, то есть это способ увеличить объем продаж за счет увеличения числа клиентов.

- Приходилось ли сталкиваться с негативным отношением к русской книге? «Оккупанты» и т.п.?

- Честно говоря, с таким никогда не сталкивались.

Это только какие-то самые отъявленные националисты могут заявлять в угоду какой-то своей политической риторике.


Cправка RuBaltic.Ru: 

«Полярис» - крупнейшая в Латвии сеть книжных магазинов русской книги, существующая на рынке более 10 лет.

Комментарии
Читайте также
Новости партнёров
Загрузка...

Этот стон у них свободой зовется

Этот стон у них свободой зовется

«Граждане, расходимся, у меня знакомый дипломат в Чикаго есть, он сказал, что всё будет путем, за Литву словечко замолвят, без паники!».
Политики этих стран клеймят «ватников» за «рабское сознание», высокомерно улыбаются при словах о том, что их правительства назначаются по звонку из посольства США, гордо бросают «Мы играем в западных клубах» и пытаются учить демократии.

Пишите письма

Пишите письма

Звон дипломатических сабель, хруст переломленных копий... Резолюция в ответ на резолюцию, против демарша — демарш. За всем этим тихо, полушепотом — новости мелкокалибербные вроде бы, малозначительные. Но очень симптоматичные. На них стоит иногда обращать внимание.

Чей туфля?

Чей туфля?

Угадайте политика по обуви!

Бронзовый солдат: памятник воинам-освободителям Таллина

Бронзовый солдат: памятник воинам-освободителям Таллина

Авторами монумента освободителям столицы Эстонии, известного ныне как «Бронзовый солдат», стали архитектор Арнольд Алас и скульптор Энн Роос.