Тема недели:
Европа больше не будет кормить Прибалтику
Евросоюз со следующего года сокращает на четверть финансирование программ по поддержке стран Восточной Европы.
Суббота
03 Декабря 2016

Социолог: протестный потенциал русских Латвии равен 20%

Автор: Сергей Рекеда

Социолог: протестный потенциал русских Латвии равен 20%

19.05.2014

Правительство Латвии заказало секретное социологическое исследование политических настроений русскоязычного населения Латвии. Между тем, проведение тайных соцопросов само по себе является довольно странной практикой, тем более что прежде аналогичные исследования уже проводились. Так, в 2013 г. в рамках исследования «Русские в политическом процессе Латвии» Института общественного проектирования (Россия) были проведены соответствующие глубинные экспертные интервью и соцопросы по всей территории Латвии. Об итогах данного исследования порталу RuBaltic.Ru рассказал один из его исполнителей, кандидат социологических наук, доцент кафедры политологии и социологии, заведующий социологической лабораторией анализа, моделирования и прогнозирования рисков Инновационного парка БФУ им. И. Канта Ефим ФИДРЯ:

- Г-н Фидря, латвийское руководство заказало исследование, чтобы выяснить настроения среди русскоязычных жителей Латвии. Поскольку проект засекречен, не сообщается ни конкретный заказчик, ни расходы, ни методология. Частая ли практика – секретные соцопросы? Для чего проводить секретные соцопросы?

- Вы знаете, не так уж просто сделать совсем секретный опрос. В идеале он тогда должен проводиться среди сотрудников спецслужб, связанных подпиской о неразглашении. Все равно вам приходится опрашивать реальных людей, они обязательно выскажутся по этому поводу, это станет известно.

Более того, сокрытие факта проведения опроса скорее привлечет внимание к нему – почему, зачем?

Что касается нас... Скажем так, нам не приходилось еще скрывать проведение опроса, но результаты опросов далеко не всегда подлежат опубликованию - в основном потому, что являются собственностью заказчика, который не заинтересован в том, чтобы конечный продукт был доступен кому-то еще. Но это - нормальная практика.

- Может ли это быть связано с тем, что политики боятся результатов этого исследования?

- Для того чтобы никто не узнал результатов исследования, вовсе не обязательно скрывать сам факт опроса, достаточно не публиковать данные. Я думаю, это скорее может быть связано с опасениями, что проведению опроса кто-то попытается помешать или, вероятнее, что широкое освещение такого опроса может вызвать резонанс в медиа и повлиять на результаты – тема-то чувствительная.

- Насколько нам известно, в прошлом году Вы проводили социологическое исследование политического поведения русских в Латвии. Для чего оно проводилось?

- Мы выполняли проект по заказу Института общественного проектирования и нам было интересно понять, как в действительности русскоговорящее население Латвии оценивает свое социально-политическое положение, какие проблемы его волнуют, как оно видит свое участие в дальнейшей жизни Латвии. Эта тема чрезвычайно политизирована, и было важно понять, как обстоят дела на самом деле.

- Как технологически было проведено исследование?

- Нам не приходилось раньше работать за пределами России, да и вряд ли бы нам позволили проводить такой опрос. Поэтому мы связались с авторитетной компанией TNS Latvia, которая провела этот опрос для нас. Мы согласовали с нашими латвийскими партнерами и выборку, и методику, и инструментарий.

В конечном итоге было охвачено 800 человек из русского населения по всей стране – пропорционально его численности в различных регионах.

- Какие результаты показало Ваше исследование?

- По итогам исследования был подготовлен очень обширный отчет, там много интересных результатов. С одной стороны, русские в Латвии не очень высоко оценивают свой социальный статус, а с другой – в основном удовлетворены им, мало кто из них планирует уезжать из страны. Довольно неожиданно для нас ключевыми проблемами и рисками, актуальными для русского населения в Латвии, оказались риски обеспечения жизнедеятельности – в первую очередь, материального благополучия и здоровья. А вот проблемы гражданского и политического характера играют значительно меньшую роль.

Большинство граждан принимает активное участие в электоральных процессах и хорошо представляет себе, какая партия может выразить их интересы.

Формы гражданско-политического действия русских (особенно – граждан) в основном носят мирный и неконфликтный характер, а вот уровень доверия к властям невысок, и чаще люди склонны доверять тем, кто к ним «ближе» - полиции, муниципальным властям, а не президенту или Сейму.

В самом общем смысле, русские в Латвии неоднозначно оценивают свое общественное положение - нельзя сказать, что они им удовлетворены, хотя это сильно зависит от трех основных факторов: уровня владения языком, образования и наличия гражданства. В настоящее время наиболее политически и граждански активной частью русского населения Латвии является и ее наиболее успешная, материально обеспеченная, образованная и молодая часть.

- Насколько велик протестный потенциал в русскоязычной среде Латвии, который, по всей видимости, так пугает латвийское руководство, засекретившее свое исследование?

- Невелик. Как показал наш анализ, по своим социально-политическим характеристикам все русскоязычное население Латвии делится на пять основных групп, две из которых активно интегрируются в латвийское общество и государство, одна проявляет социальную и политическую пассивность. Большинство русских хотят нормальных условий для вполне обыденной жизни - хорошей работы, соблюдения гражданских прав и так далее. И заметной части «русских латышей» это вполне удается - многие молодые, образованные русские находят свое место на рынке труда, учат латышский язык, получают гражданство, хорошо интегрируются в общество и при этом достаточно критически воспринимают свое положение и статус в обществе, активно работая над тем, чтобы получить полноценное признание.

Что касается непосредственно протестных настроений, то к ним склонны оставшиеся две группы, составляющие около 20% русского населения.

Первая ощущает «социальную фрустрацию» - замкнутость своего положения, неудовлетворенность им, невозможность его улучшить; эта группа готова либо протестовать, либо эмигрировать. Вторая группа никуда не собирается, она просто недовольна своим положением и перспективами его улучшения, и потенциально готова к любой оппозиционной деятельности.

- Какие еще интересные характеристики политического поведения русских в Латвии удалось выявить в рамках Вашего исследования?

- В ходе интервью с экспертами выяснилось, что вместе с «натурализацией» русских растет и их влияние в политической жизни Латвии, хотя в ближайшее время все равно трудно себе представить какие-то серьезные сдвиги в политическом пространстве, вызванные этим фактором.

В то же время, если доля русскоязычного электората и его политическая активность будет расти, а адекватного выражения своих интересов он не получит, то может начаться его смещение к радикальным формам политического участия, предупреждают эксперты.

Поэтому определенное внимание привлекают к себе такие общественные движения, как «Конгресс неграждан», например. Если властям и подобным общественным движениям удастся наладить диалог, это значительно поспособствует интеграции в политические процессы Латвии русскоязычных неграждан – очень значимой категории населения, полноценное включение которой в латвийское общество пока представляет большую проблему.

- Ваше исследование проводилось еще до событий на Украине. Как Вы думаете, как изменились настроения русских в Латвии после украинских событий?

- Думаю, несколько выросло социальное напряжение русскоязычного населения Латвии по отношению к латвийским властям - в такой ситуации естественно опасаться, что правительство может «закрутить гайки». Но если люди увидят, что опасаться нечего, и руководство страны ведет себя адекватно, то полагаю, что и напряжение это сойдет «на нет». Главное, чтобы не последовало провокаций.

Комментарии
Читайте также
Новости партнёров
Загрузка...

Этот стон у них свободой зовется

Этот стон у них свободой зовется

«Граждане, расходимся, у меня знакомый дипломат в Чикаго есть, он сказал, что всё будет путем, за Литву словечко замолвят, без паники!».
Политики этих стран клеймят «ватников» за «рабское сознание», высокомерно улыбаются при словах о том, что их правительства назначаются по звонку из посольства США, гордо бросают «Мы играем в западных клубах» и пытаются учить демократии.

Пишите письма

Пишите письма

Звон дипломатических сабель, хруст переломленных копий... Резолюция в ответ на резолюцию, против демарша — демарш. За всем этим тихо, полушепотом — новости мелкокалибербные вроде бы, малозначительные. Но очень симптоматичные. На них стоит иногда обращать внимание.

Литва или Северная Корея?

Литва или Северная Корея?

Современная Литва нередко практически не отличима от КНДР. Сумеете ли Вы отличить Литву от Северной Кореи?

Бронзовый солдат: памятник воинам-освободителям Таллина

Бронзовый солдат: памятник воинам-освободителям Таллина

Авторами монумента освободителям столицы Эстонии, известного ныне как «Бронзовый солдат», стали архитектор Арнольд Алас и скульптор Энн Роос.