Политика Политика

Варшава против Брюсселя: что происходит с Польшей?

Источник изображения: rt.com
  1094 0  

Еврокомиссия продолжает обвинять правящую в Польше партию «Право и справедливость» («ПиС») в нарушении принципов правового государства. Сообщения о готовящихся санкциях против Варшавы появляются одновременно с новостями о том, что президент Дуда устроил фронду против коллег-консерваторов. О внутриполитической активности в республике и внешнеполитических процессах, ее обрамляющих, рассказывает аналитический портал RuBaltic.Ru.

Брюссель угрожает Варшаве санкциями?

Вице-председатель Еврокомиссии Франс Тиммерманс упомянул, что в отношении Польши ЕК «очень близка» к тому, чтобы применить 7‑ю статью Договора о Евросоюзе (в ней как раз прописаны санкции). Ранее еврочиновник, ответственный за мониторинг событий в Польше, подбирал выражения поделикатнее. Но слова о возможных санкциях пока звучат скорее как фигура речи, чем как реальная угроза. До перехода к непосредственным наказаниям строптивых поляков еще очень много времени, и бюрократическая волокита ЕС с задачей не справляется.

При всей решительной риторике, Еврокомиссия рассчитывает в последний момент уладить «польский вопрос» мирным путем.

Этим можно объяснить тот факт, что первая стадия процедуры по контролю за соблюдением принципа верховенства права затянулась на полтора года.
Технически Брюссель выдал полякам очередной пакет рекомендаций, третий по счету. Предыдущие рекомендации, изданные в июле и декабре прошлого года, консерваторы из «ПиС» благополучно проигнорировали. Аналогично они обошлись с двумя разгромными резолюциями Европарламента. Сейчас разница лишь в том, что полякам дали меньше времени на исправление: один месяц вместо нескольких. В ЕК объяснили это срочностью дела. Также министров иностранных дел и юстиции оперативно вызывают в Брюссель «для диалога».

Если Польша продолжит методичное игнорирование просьб Еврокомиссии, теоретически ее могут лишить права голоса в европейских институциях. Но сначала необходимо признать сам факт серьезного нарушения европейских норм, а для этого требуется единогласное одобрение членов Евросовета.

Лидер Венгрии Виктор Орбан неоднократно заявлял, что не позволит наказывать Польшу. Ожидается также, что за Варшаву вступятся другие союзники по Вышеградскому блоку. Поэтому перспективы санкций по-прежнему туманны. Остается выписать полякам штраф — для этого придется идти в Европейский суд в Люксембурге.

Штрафы и судебные тяжбы — обычный формат выяснения отношений внутри ЕС, на статус Польши они повлияют мало даже в случае обвинительного вердикта.

Другое дело — урезать Польше дотации и субсидии из еврофондов. Подобная мера больно ударит по национальному бюджету. Со страхом перед участью остаться без щедрой финансовой помощи связаны протесты Польши против предложенной концепции «многоскоростной Европы». Однако высокопоставленные чиновники ЕС пока не говорят вслух о том, что будут перекрывать финансовые потоки в качестве кары за непослушание.

Что теперь не нравится Брюсселю, неужели опять что-то про судебную систему?

Именно так, Польшу снова обвиняют в нападках на судебную власть. Если раньше претензии касались реформы Конституционного суда, то теперь ЕК протестует против закона об общих судах.

Формальная причина довольно специфическая: дискриминация судей-мужчин. Во всяком случае, акцент делается на том, что мужчины будут выходить на пенсию на пять лет позже своих коллег-женщин.

Это идет вразрез с евростандартами гендерного равенства. Есть и другие замечания. Например, в «размытых» критериях продления судейского мандата ЕК видит угрозу принципу несменяемости судей и считает, что поправки позволят правительству тасовать судей по своему усмотрению.

Кроме того, Еврокомиссия протестовала против законов о Верховном суде и Национальном судебном совете, но на них наложил вето польский президент. Поправки предполагали увольнение 83 судей Верховного суда, кроме тех, кого оставит министр юстиции, и фактический переход Национального судебного совета под контроль Сейма (который, в свою очередь, контролируется консерваторами).

Зачем «ПиС» так настойчиво взялись за судей?

Оппозиция убеждена, что таким образом правящая партия стремится подмять под себя судебную систему. Заодно — предотвратить возможные попытки заблокировать ход других реформ, например по расширению полномочий полиции и спецслужб. Законопроекты принимались парламентом на фоне многотысячных акций протеста. Дебаты в Сенате продолжались 16 часов и закончились глубокой ночью (все предложенные оппозицией поправки отклонили). Противники «ПиС» в этот момент выходили на улицы крупных городов со свечами и лампадами.

Участники «свечной революции» сравнивали преобразования «ПиС» с государственным переворотом, оппозиционные депутаты проводили аналогии с Северной Кореей.

Консерваторы, напротив, считают, что своими действиями ставят суд на службу народу. Коммунистический режим пал в 1989 году, но старые пороки остались, утверждают в «ПиС», среди них — клановость, приверженность корпоративным интересам, медлительность, высокомерие. Партия прямо заявляет, что борется с «судебной корпорацией», на смену которой должно прийти по-настоящему справедливое судопроизводство, которого ждут простые поляки.

Тогда почему президент наложил вето?

Анджей Дуда заблокировал законопроекты родной партии 24 июля, через неделю официально вернул их в парламент на доработку. Он так и сказал, что законы нуждаются в коррекции, и обещал, что правительство внесет свои предложения через два месяца. Шаг Дуды удивил многих. Западные наблюдатели писали, что он единолично спас польскую демократию и только благодаря тому, что формально пошел против воли лидера «ПиС» Ярослава Качиньского, наконец-то состоялся как президент. Оценили поступок и протестующие, проведя ироничную ночную «инаугурацию» президента. Дуда заслужил даже похвалы от идеологических оппонентов — партии «Гражданская платформа».
Порыв президента объясняют по-разному. Вспоминают внутрипартийные распри в «ПиС», конфликт Дуды с амбициозным министром юстиции Збигневом Зёбро — наиболее активным сторонником и лоббистом ветированных документов. Они на самом деле плохо ладят; Зёбро, в частности, успел саркастически назвать историю с вето «сказочной».

Указывается также, что президент мог решить доказать общественности, что он не является марионеткой, «аватаром» Качиньского, в чём его периодически обвиняют.

Накануне остановки законопроектов правительство получило два неприятных сигнала из-за рубежа. Первый пришел от международного рейтингового агентства Moody’s, которое пригрозило снижением кредитного рейтинга Польши в связи с угрозами судебной системе и напомнило, что реформа негативно скажется на притоке инвестиций. Параллельно было зафиксировано падение курса злотого — рекордное за три месяца. Для польских властей плохой инвестиционный климат — весомый аргумент. Программа «ПиС» как раз направлена на привлечение максимального количества денег в страну. Большие траты диктуются широкими социальными программами, служащими одним из залогов популярности консерваторов. В памяти свеж «казус S&P», когда это авторитетное рейтинговое агентство год назад снижало рейтинг Польши сугубо по политическим мотивам.

Второй сигнал «ПиС» получили от ключевого союзника. Представитель Государственного департамента США Хизер Нойерт в специальном заявлении упрекнула Варшаву в попытках подрыва независимости суда и ослаблении верховенства права в стране. Критика из Вашингтона для польских консерваторов стала особенно неприятным сюрпризом на фоне недавнего визита Дональда Трампа, который публично отзывался о Польше и поляках исключительно положительно. В последний раз «ПиС» пришлось выслушивать претензии США год назад на саммите НАТО в Варшаве, где Барак Обама вскользь устно предостерегал от наступлений на демократические институты.

Еще во время избирательной кампании 2015 года польские эксперты отмечали, что партия «Право и справедливость» избрала хитрую тактику. «Мягкого», интеллигентного Анджея Дуду, как и премьер-министра Беату Шидло, сознательно выдвинули на первый план в противовес фигуре Качиньского, известного порой отталкивающими манерами и агрессивной риторикой. Дуда стал лицом Польши на международной арене, по контрасту с «плохим полицейским» Качиньским или Зёбро готовым выполнять роль «хорошего полицейского», когда в своих устремлениях «ПиС» заходят слишком далеко. Как только партия натыкается на чрезмерное противодействие, для сглаживания углов появляется миротворец Дуда, забирает лавры героя демократии и демонстрирует готовность к диалогу. Такая практика помогает консерваторам создавать видимость уступок оппонентам, в том числе на европейском уровне.

В 2016 году именно Анджей Дуда выступил главным инициатором переговоров и круглых столов с оппозицией, что снизило накал страстей вокруг Польши. Он же продвигал идеи различных корректировок законов о Конституционном суде.

В итоге партия прибегла к косметическим изменениям.

Экспертизы Еврокомиссии и Совета Европы показывали, что этого недостаточно и ключевые нарушения евростандартов не устранены, но Польша в ответ заявила, что и так выполнила все рекомендации и мяч на стороне ЕС. Сейчас ситуация повторяется, президент предлагает косметическую поправку: сделать так, чтобы состав Национального совета судей избирался не простым большинством парламента, как предлагал Минюст, а квалифицированным (3/5). Еврокомиссию опять вряд ли удовлетворит такой расклад, зато «ПиС» снова получат возможность выглядеть в споре более сговорчивой и рациональной стороной и продолжать намеченные реформы. Благо Качиньский после вето Дуды анонсировал, что радикальных преобразований в судебной сфере всё равно не избежать, а Брюссель полякам по-прежнему не указ.

Обсуждение ()
Новости партнёров
Загрузка...
keyboard_arrow_up