Тема недели:
На Западе критикуют модель развития Прибалтики
Западные экономисты и аналитики полны пессимизма в отношении Литвы, Латвии и Эстонии.
Суббота
10 Декабря 2016

«Прибалтику часто приводят как пример нарушения прав нацменьшинств»

Автор: Андрей Солопенко

«Прибалтику часто приводят как пример нарушения прав нацменьшинств»

05.10.2016  // Фото: www.president-sovet.ru

На прошлой неделе в Варшаве уже в двадцатый раз прошла ежегодная конференция ОБСЕ по человеческому измерению, на которой представители разных негосударственных организаций доносили до европейских чиновников своё мнение о ситуации с правами человека в различных странах. От Эстонии в данном мероприятии приняла участие член правления объединения «Русская школа Эстонии» Алиса Блинцова, согласившаяся рассказать порталу RuBaltic.Ru о прошедших на конференции дискуссиях:

Госпожа Блинцова, Вы принимали участие в конференции ОБСЕ по человеческому измерению. Какова была цель Вашего участия в ней? Что Вы хотели донести своим выступлением?

Правозащитница Алиса Блинцова– Цель моей поездки заключалась в донесении до международной общественности двух тем, которые на данный момент являются очень важными для многих русскоязычных жителей Эстонии. Первый вопрос был связан с грядущим процессом, который нам, скорее всего, в ближайшем будущем предстоит в Европейском суде по правам человека. Несколько родителей при помощи нашей организации «Русская школа Эстонии» подали в суд жалобу на решение эстонского правительства запретить преподавание в гимназиях на русском языке.

К сожалению, процесс был проигран в двух судебных инстанциях, и сейчас эту жалобу будет рассматривать третья высшая судебная инстанция – Государственный суд. Однако мы уверены, что и он оставит в силе предыдущее решение, так что прогресса по своему делу мы не ожидаем. 

Поэтому мы уже сейчас готовимся к тому, чтобы передать дело на рассмотрение Европейского суда, и именно об этом – о запрещении преподавания на русском языке, ходе нынешнего процесса и готовности дойти до ЕСПЧ – я говорила на десятой сессии.

Второй вопрос, который я подняла на одиннадцатой сессии, был связан с действиями Охранной полиции – КаПо. Я привела пример травли общественников и правозащитников, когда их фотографии и лживая информация постоянно появляются в ежегоднике Полиции безопасности. В данном случае я говорила о себе, ведь в последнем ежегоднике КаПо опубликовала мою фотографию и обвинила меня, что я чуть ли не «рука Москвы» и действую против интересов Эстонии. Однако никакой информации, подтверждающей это, конечно, представлено не было, на что я обратила внимание всех присутствующих. На мой взгляд, такие действия Полиции безопасности – это прямое разжигание межнациональной розни. Ведь все их действия направлены преимущественно против русского национального меньшинства. Всех русских они представляют врагами Эстонии, чего на самом деле нет и быть не может.

Полиция безопасности Эстонии

– Была ли какая-нибудь реакция на Ваши выступления со стороны других делегатов?

– В основном реагировали официальные представители Эстонии. В ответ на моё первое выступление представитель правительства Эстонии заявил, что с русскими школами у нас всё в порядке. Могу сказать, что вообще это их обычная позиция – утверждать, что никакой дискриминации национальных меньшинств и нарушения прав человека в стране нет. Однако по факту запрета преподавания на русском языке в гимназиях они ничего не возразили, лишь ограничившись констатацией, что суд в третьей инстанции действительно будет, и он вынесет справедливое, с их точки зрения, решение.

После моего второго выступления мне было сказано, что если я считаю, что меня или кого-либо несправедливо преследует Полиция безопасности, то я могу обращаться в суд. 

Честно говоря, я рассматриваю такую возможность, ведь если проводить аналогию с делом депутата Европарламента Яны Тоом, которая судилась с КаПо по похожему делу и выиграла, то у меня тоже есть определённые шансы.

Правда, я хорошо понимаю, что при судебной тяжбе с государственным учреждением нужны большие материальные ресурсы и хорошие адвокаты, чем, к сожалению, «Русская школа Эстонии» не располагает. Так что пока мы обдумываем нашу тактику, ищем средства на юридическую помощь, потому что это потянет за собой необходимость пользоваться услугами адвокатов, и надеемся, что кто-нибудь нам в этом поможет.

– Но кто-то из Ваших коллег-правозащитников из других стран сказал что-нибудь по Вашему выступлению?

– Конечно, люди, с которыми я общалась, выражали возмущение происходящим у нас в стране в отношении русскоязычных. Могу сказать, что многие правозащитники отлично знают, что происходит в Прибалтике, и ни для кого это не секрет. Прибалтику часто приводят в пример как образец стран, где не соблюдаются права меньшинств. Интересно, что на конференции ОБСЕ я встретилась с одним правозащитником из Киргизии, с которым примерно года три назад я общалась на конференции, организованной ООН. Он слушал мой доклад, а когда я закончила говорить, подошёл ко мне и сказал: «Я вижу, за эти три года у вас ничего не изменилось». На что я с грустью заметила, что да, действительно, – ничего.

– Тогда, как Вы считаете, есть ли смысл участия в таких конференциях, ведь ситуация, как Вы сами признаёте, не меняется?

– Да, похожие мнения также высказывались на конференции. Выступающие говорили, что ОБСЕ необходимо менять свой подход к правозащите, раз все годами говорят одно и то же, но никаких улучшений не происходит. Но, как я слышала, верховный комиссар по делам национальных меньшинств ОБСЕ Астрид Турс не будет переизбираться на этот пост. Мы много лет сотрудничали с ней, у нас была налажена с её кабинетом хорошая и плодотворная работа. Если она уйдёт со своего поста, то нам будет её не хватать, но возможно, что новый руководитель сможет внести в действующую систему какие-то изменения.

ОБСЕ

Однако если говорить об участии в конференциях, то я считаю, что участвовать в них нужно. Необходимо заявлять с высоких трибун о проблемах русских в странах Прибалтики, чтобы все знали, что там происходит. 

Честно говоря, кроме международных организаций, нам больше не на кого надеяться и не от кого ждать хоть какой-то помощи. Поэтому мы и требуем от них, чтобы они хоть как-то влияли на правительства соответствующих государств.

Я считаю, что необходимо постоянно напоминать о своих правах и заботиться об их соблюдении. Ведь никто, кроме тебя самого, твои права защищать не будет. Постоянно заявляя о нарушении прав русских в Эстонии, мы капля за каплей, но меняем реакцию Запада. В свою очередь, если этого не делать, то там будут считать, что в Эстонии всё в порядке. Будет ли от этого лучше русским? Нет, не думаю.

– Какие главные проблемы у русской общины Эстонии?

– Помимо негражданства и запрета на обучение на русском языке, сильно распространена дискриминация по языковому признаку, а также при приёме на работу и учёбу. Недавнее исследование показало, сколько русскоязычных учится в эстонских вузах. Если раньше их удельный вес был довольно высоким, то сейчас он заметно уменьшился и составляет всего 13% при 30% русскоязычных, проживающих в Эстонии. Когда исследователь обратился за комментарием, то в приёмной комиссии Тартуского университета ему ответили, что «не все русскоязычные идут в университет». То есть получается, что эстонцы идут все, а вот русские почему-то нет.

В свою очередь, если мы говорим о работе, то тоже было проведено исследование, по которому оказалось, что русских фамилий в государственных учреждениях Эстонии почти не встречается: их доля составляет 3,1%. В Министерстве культуры их несколько больше – 5,1%, а в Министерстве обороны их нет вообще. 

То есть здесь видна явная дискриминация при приёме на работу, так как русских, владеющих эстонским языком, несравнимо больше. Однако доступ в госсектор им практически закрыт.

Вообще, если рассматривать знание эстонского языка, то к русским явно предъявляются завышенные языковые требования. Например, таксистам Нарвы, в которой живёт 97% русских, нужно знать эстонский язык на довольно высокую категорию. Хотя зачем им это, совершенно непонятно. И такие требования существуют во многих сферах, что опять же затрудняет попадание русских на определённые рабочие места.

– Как Вы считаете, какое будущее ожидает русскую общину Эстонии, ведь, судя по Вашим словам, ситуация с правами русских довольно печальная?

– Мне кажется, что впереди Эстонию ожидает ещё один экономический кризис в связи с тем, что в ЕС грядут изменения, и из-за этого могут закончиться европейские деньги. Вследствие этого уровень жизни населения сильно упадёт, и в первую очередь пострадают от этого русские, как наименее защищённая группа.

Если же говорить о соблюдении прав людей, то ясно, что в ближайшее время ничего не изменится. Никаких предпосылок к этому я не вижу, но это не значит, что нужно опускать руки и ничего не делать. Дорогу осилит идущий.

Комментарии
Читайте также
Новости партнёров
Загрузка...

Этот стон у них свободой зовется

Этот стон у них свободой зовется

«Граждане, расходимся, у меня знакомый дипломат в Чикаго есть, он сказал, что всё будет путем, за Литву словечко замолвят, без паники!».
Политики этих стран клеймят «ватников» за «рабское сознание», высокомерно улыбаются при словах о том, что их правительства назначаются по звонку из посольства США, гордо бросают «Мы играем в западных клубах» и пытаются учить демократии.

Бойтесь миротворцев

Бойтесь миротворцев

Холодная Война вроде бы уже двадцать семь лет закончилась, а такое ощущение, что всё у нас еще впереди.

Дом Франка в Вильнюсе

Дом Франка в Вильнюсе

Своим названием этот дом обязан доктору медицины, профессору Виленского университета Йозефу Франку. Его отец — Иоганн Петер Франк, известный в Европе врач-гигиенист и судебный медик, вместе с сыном перебрался в Вильну из Вены, где работал директором городской больницы в начале XIX века.