Тема недели:
На Западе критикуют модель развития Прибалтики
Западные экономисты и аналитики полны пессимизма в отношении Литвы, Латвии и Эстонии.
Среда
07 Декабря 2016

Прибалтийские родимые пятна на новой Украине. Часть 1.

Автор: Александр Носович

Прибалтийские родимые пятна на новой Украине. Часть 1.

07.08.2014

За полгода после победы Майдана контуры новой Украины оформились довольно четко. Страна развивается по типичному для государств Восточной Европы пути: во внутренней политике этот путь проявляется в десоветизации, национализме и проектах ограничения демократических прав и свобод, через которые в постсоветский период уже прошли Литва, Латвия и Эстония.

В первые же недели протестов в центре Киева (на дворе был еще декабрь 2013 года) активисты Майдана немало удивили и даже позабавили наблюдателей тем, что вдребезги разнесли памятник Ленину на Бессарабской площади. Смысл уничтожения «вождя мирового пролетариата» не могли толком объяснить даже сами высокоидейные вандалы. Но все равно единичный случай вскоре стал массовым явлением: после бегства Януковича Ильича стали валить по всей Центральной и Западной Украине, как будто это он был виноват и в коррупции, и во всех прочих украинских бедах.

Даже возникшая затем угроза единству страны и общеизвестный факт, что именно благодаря Ленину стала возможна Украина в её нынешних границах, не вразумили радикалов. В перешедших недавно под контроль украинской армии городах Донбасса ультраправые из частных спецбатальонов неоднократно порывались снести памятники вождю. Можно попытаться свести «ленинопад» к действиям внесистемных маргиналов, однако их вандализм вполне соответствует новому украинскому режиму.

Этот новый режим в лучших традициях некоторых восточноевропейских стран, в частности, прибалтийских, совмещает риторику о «европейском выборе» и отказе от советского прошлого с сотрудничеством с радикальными националистами и героизацией нацистских военных преступников.

Только эти преступники современные и молодые, а не потертые молью ветераны СС, как было в 90-е годы в Латвии и Эстонии. В случае Украины на героизации коллаборационистов, сотрудничавших с Гитлером, новую, антироссийскую, мифологию построить невозможно – для украинского народа это было уж очень маргинальное явление. Но теперь это и не нужно: зачем вспоминать Вторую мировую и беспокоить дух Шухевича и Бандеры, когда живая и кровоточащая война творится у тебя под боком, и на ней воюют современные бандеры?

Вербовка в Национальную гвардию боевиков ультраправых организаций с самого начала была «секретом Полишинеля», сейчас же её и вовсе перестали скрывать. Лидер «Правого сектора» Дмитрий Ярош в эфире новостей крупнейшего украинского телеканала вещает из-под Донецка в рубрике «голоса комбатов». «Герои» из «Правого сектора» стали завсегдатаями украинских политических ток-шоу: там они рассказывают о тяжелых солдатских буднях бойцов за «едину краину» на Юго-Востоке.

Из откровенных неофашистов сформированы так называемые частные спецбатальоны. Некоторые из них прямо демонстрируют свою преемственность с нацистской идеологией: на нарукавном шевроне батальона «Азов» изображен «волчий крюк» - рунический символ, использовавшийся в символике нацистской Германии. Батальон «Азов» включает в себя активистов «Социал-Национальной Ассамблеи» Украины, исповедующей в чистом виде национал-социализм, праворадикального «Братства» Дмитрия Корчинского, ультрас киевского футбольного клуба «Динамо» и неонацистской группы «Misanthropic Division». Деятельность батальона подробно освещают украинские СМИ, а за политическую раскрутку его предводителя, скандального депутата Олега Ляшко взялись крупные олигархические группы. И раскрутка идёт вполне успешно: по одному из недавних опросов, именно Радикальная партия Олега Ляшко набрала бы больше всего голосов на выборах в Верховную Раду.

То есть полным ходом идет легитимация ультраправых радикалов: из маргинальных отморозков их превращают чуть ли не в спасителей нации. Радикальные националисты становятся системными игроками и важными союзниками правящей элиты.

Постепенно они заполняют ту политическую нишу, которую уже освоили их собратья по «нацинтерну» в Латвии или Эстонии. В идеологии это новый пантеон героев – в старушке Латвии был латышский легион СС, а в Украине «европейского выбора» будут те же спецбатальоны. В практической политике – функция младшего «идеологического» партнера по коалиции. В Латвии эту функцию выполняет Национальное объединение ВЛ/ОС-ДННЛ, в Эстонии – Союз Отечества и ResPublica (Исамаалийт), а в Украине после победы Майдана в коалицию и правительство вошла практически идентичная им ультраправая «Свобода».

Функция данных партий в том, что они, не получая подлинно значимых постов и не участвуя на равных со «старшими партнерами» в распределении ресурсов, создают видимость идеологии в политике правящей элиты. Во внутриэлитных отношениях это ни на что не влияет, зато в обществе атмосфера от привнесения в него националистической идеологии заметно отравляется.

Еще одно сходство новой Украины с постсоветской Прибалтикой – расправа над идеологическими противниками.

В Латвии в 1995 году посадили последнего Первого секретаря ЦК Коммунистической партии Латвии Альфреда Рубикса, а Верховная Рада в прошлом месяце запретила парламентскую фракцию Коммунистической партии Украины. Формально за то, что в рядах коммунистов осталось меньше депутатов, чем положено для парламентской фракции, но бурный восторг от разгона коммунистов, случившийся у депутатского большинства, доказал – это расправа над идеологическим оппонентом. Сейчас против членов КПУ заведено более 300 уголовных дел, а в министерстве юстиции Украины дорабатывают иск о запрете всей компартии, а также коммунистической символики. Ничего не напоминает?

Но ликвидировать сами партии недостаточно, нужно еще что-то делать с их электоратом. Как полюбили говорить в Киеве – пока есть эти регионы (Харьков, Донецк, Луганск – словом, Юго-Восток Украины), будет и Партия регионов. Как бы она не называлась. Отделять эти регионы в независимую «Новороссию» киевское руководство решительно отказалось. Как же тогда поступить с «совковым балластом» рвущейся в Европу демократической страны? Варианты один «демократичней» другого. Первый: не пускать на выборы левые и левоцентристские пророссийские партии, не давать им на равных конкурировать и вести полноценную избирательную кампанию. Второй: создать партию местной олигархии, за которую Южная и Восточная Украина будут голосовать под подавляющим воздействием не только финансового и информационного, но и административного ресурса (подобный проект к досрочным выборам в Раду уже создает одиозный олигарх Игорь Коломойский).

И третий вариант, который смело можно назвать «балтийским сценарием»: лишить часть населения избирательных прав.

«В последних выборах смогли принять участие всего 200 тыс. жителей Донецкой и Луганской областей, и небольшая часть крымчан, проголосовавших в других регионах страны. Этот негативный форс-мажор, впрочем, сделал для разрыва Украины с постсоветским прошлым в борьбе за европейский выбор не меньше пользы, чем многомесячный Евромайдан. Украина случайно воспользовалась запрещенным приемом, который ранее применяли лишь Латвия и Эстония. Эти страны, лишив права голоса ностальгирующее по СССР русскоговорящее население, облегчили свою евроатлантическую интеграцию», - пишет обозреватель вполне солидного издания UA Info, рассуждая, как можно с помощью люстрации, имущественного, возрастного и иных избирательных цензов максимально сократить приток «ватников» до урны. Для киевской прессы подобные рассуждения давно уже не являются чем-то из ряда вон выходящим.

Новый украинский режим, так же как и политические элиты балтийских стран в свое время, столкнулся с большой группой нелояльного себе населения. Так же как и в Прибалтике, украинский правящий класс при этом считает себя европейцами и стремится на Запад при том, что по генезису своему он насквозь советский. Возможно, поэтому решение проблемы нелояльности тоже оказывается схожим.

Нелояльных новым порядкам перестают считать равными себе. Никакие демократические институты согласования конфликтов и учета разных мнений рвущимся в Европу постсоветским республикам оказываются не нужны.

Технические различия в осуществлении этого общего подхода объясняются разницей в темпераментах: украинцы все-таки погорячее латышей с эстонцами. Поэтому латыши с эстонцами придумали теорию оккупации, и на ее основании поделили народ на граждан и неграждан, а украинцы просто бомбят жилые кварталы нелояльных Донецка и Луганска из зенитных установок «Град».

Продолжение следует...         

Комментарии
Читайте также
Новости партнёров
Загрузка...

Этот стон у них свободой зовется

Этот стон у них свободой зовется

«Граждане, расходимся, у меня знакомый дипломат в Чикаго есть, он сказал, что всё будет путем, за Литву словечко замолвят, без паники!».
Политики этих стран клеймят «ватников» за «рабское сознание», высокомерно улыбаются при словах о том, что их правительства назначаются по звонку из посольства США, гордо бросают «Мы играем в западных клубах» и пытаются учить демократии.

Пишите письма

Пишите письма

Звон дипломатических сабель, хруст переломленных копий... Резолюция в ответ на резолюцию, против демарша — демарш. За всем этим тихо, полушепотом — новости мелкокалибербные вроде бы, малозначительные. Но очень симптоматичные. На них стоит иногда обращать внимание.

Литва или Северная Корея?

Литва или Северная Корея?

Современная Литва нередко практически не отличима от КНДР. Сумеете ли Вы отличить Литву от Северной Кореи?

Страны Балтии и Россия: общее прошлое

Страны Балтии и Россия: общее прошлое

История взаимоотношений народов Литвы, Латвии и Эстонии с Россией начиналась не в 1945 и даже не в 1940 году. Она имеет куда более глубокие корни, исчисляемые столетиями.