Тема недели:
Путин отреагировал на милитаризацию Балтийского региона
Президент России Владимир Путин назначил временно исполняющим обязанности губернатора Калининградской области начальника регионального Управления ФСБ.
Пятница
29 Июля 2016

Страна-перевертыш: Литва признала, что она вышла из шинели КГБ

Автор: Александр Носович

Страна-перевертыш: Литва признала, что она вышла из шинели КГБ

10.06.2015  // Фото: http://top-desktop.ru

После четверти века усиленной десоветизации и борьбы с последствиями «50 лет оккупации» Сейм Литвы собирается навсегда засекретить имена тайных агентов КГБ, работавших в Литовской ССР. Это не просто мера в защиту репутаций Витаутаса Ландсбергиса, Дали Грибаускайте и многих других литовских политиков: принимая подобный закон, Литва собственноручно расписывается в несостоятельности оккупационной доктрины и сама доказывает, что никакая она не бывшая оккупированная республика, а страна-перевертыш, в которой «красные» в одночасье стали «белыми», причем — при активном содействии КГБ.

У литовской элиты есть особое кодовое слово, широко используемое в узком кругу, но недопустимое при общении с народом — «буроки». Это слово является полным литовским синонимом модного нынче оскорбления «ватники» и означает обычных литовцев: простонародье, которое, как свекла, всё красное внутри. То есть создатель государственности, источник власти и носитель суверенитета, литовский народ, согласно тайному внутриэлитному знанию своих правителей, является все теми же «совками», тайно ностальгирующими по советскому времени и вздыхающими, что тогда им жилось лучше, чем сейчас.

При этом у каждого второго, если не первого, литовского политика оснований быть названным «буроком» куда больше, чем у простого литовца, которого он так брезгливо именует в своем клубе для избранных. Потому что весь литовский истеблишмент вышел из тех органов власти, которые теперь именует оккупационными. Правящие сейчас социал-демократы — это дважды замаскированная, прошедшая не через один ребрендинг Коммунистическая партия Литовской ССР. По количеству членов КПСС среди населения Литва была первой из 15-ти советских республик.

Современная Литва — это страна Снечкуса и Гришкявичюса, преемники которых притворяются наследниками Сметоны и Басанавичюса и отчаянно пытаются доказать, что Литва продолжает их государственность, а не государственность Литовской ССР.

Получается очень неубедительно, потому что коммунисты, как известно, бывшими не бывают. Поэтому от всей внутренней и внешней литовской политики, будь то приказ бизнесу в обязательном порядке закупать норвежский газ с СПГ терминала или распоряжение Литовской национальной комиссии не дать России ни одного балла на «Евровидении», несет духом Вильнюсской школы КПСС.

Однако «политические буроки» упорно стараются скрыть свою «красную» сущность и в первую очередь своё «красное» происхождение. Во вторник, 9 июня, Сейм Литвы одобрил поправки к люстрационному законодательству, предлагающие навечно засекретить имена агентов КГБ, тайно сотрудничавших со спецслужбой в период «советской оккупации» 1940-1991 годов. Таких, если судить по сохранившимся архивным документам, было около 118 тысяч человек — гигантская цифра для республики, население которой к моменту восстановления независимости было 3,6 миллионов. Учитывая, что все эти господа, бывшие товарищи, которых КГБ двигал по карьерным лестницам партийных органов, профсоюзов, комсомола, научных и образовательных учреждений, из постсоветской Литвы никуда не исчезли, составив костяк новой, «демократической» элиты, получается, что литовская правящая верхушка прямо-таки кишит бывшими секретными сотрудниками. Которые, согласно литовскому же законодательству, подлежат немедленной люстрации с вечным запретом на занятие государственных должностей.

Избавляя себя и своих коллег от подобной участи, литовские сеймунасы расписываются в том, что в их стране не было никакой советской оккупации: их страна и они сами — это перевертыши, вовремя поменявшие одни свои «убеждения» на другие, прямо противоположные.

В соответствии с официальной исторической мифологией, в Литве принято гордиться тем, что именно с их небольшой республики пошел процесс распада СССР. Литовская компартия первой откололась от КПСС, литовский Верховный Совет открыл «парад суверенитетов», а первым массовым движением за независимость, до всяких «Рухов» и «Фронтов», стал литовский «Саюдис». Столкновения с историческими фактами, как это всегда бывает, мифология не выдерживает, поэтому в постсоветской Литве взят курс на канонизацию официальной версии истории с запретами вплоть до уголовного преследования за попытки подойти к ней критически.

В частности это относится к истории того же «Саюдиса». Например, к тому удивительному факту, что во главе его оказался профессор Вильнюсской консерватории Витаутас Ландсбергис — многолетний сексот КГБ ЛитССР c агентурной кличкой «dedule» — «дядюшка». «В сентябре 1988 года председатель КГБ Литвы Эйсмунтас на секретном заседании Бюро ЦК Компартии Литвы предложил вместо Петкявичюса лидером Саюдиса назначить Витаутаса Ландсбергиса, профессора госконсерватории и по совместительству бывшего информатора КГБ по кличке «Витаутас» и «дядюшка», — говорит о нем бывший Второй секретарь Коммунистической партии Литвы Владислав Швед.

При этом феномен Ландсбергиса не является чем-то из ряда вон выходящим, он — порождение системы, которая воспроизводилась в Литве и в досоветский, и в советский, и в постсоветский период. Поколение литовских деятелей до Ландсбергиса и поколение, пришедшее на смену поколению Ландсбергиса, прошли тот же путь вербовки и тайного сотрудничества со спецслужбами, что и dedule.

«Когда Витаутас Ландсбергис, защищая отца Грибаускайте, лгал, что тот никак не относился к НКВД и красным партизанам, у меня перед глазами возникло дело о тайных привилегиях его отца Витаутаса Ландсбергиса-Жямкальниса, в котором его тоже называют “партизаном”. И времена те же — послевоенные. И хозяин тот же — Антанас Снечкус», — рассказывает об итогах своих журналистских расследований Рута Янутене, автор книг «Красная Даля» и «Династия. История выживания Ландсбергисов», — выросло поколение, которому вбили в голову «Ландсбергис, Литва!», а я изучила историю Ландсбергиса, и для меня он — агент прошлого, мешающий Литве оторваться от этого прошлого. По сути он остался преподавателем марксизма-ленинизма... Ландсбергис окончательно раскрылся, когда своей преемницей назначил Грибаускайте. Это многое объясняет. Когда я начала сопоставлять факты, все очень красиво легло в одну кучу — не только Грибаускайте и Ландсбергис, люди одной идеологии, опекаемые советской системой. Их карьеры представлены в делах с грифом “Секретно” и “Особо секретно”».

Нынешний вечный запрет на разглашение имен секретных сотрудников КГБ в виду всех этих фактов предстает оправданным и абсолютно необходимым. Это не просто мера в защиту репутации Ландсбергиса, Грибаускайте и прочих политиков — без запретов, табуированных тем и репрессий против историков и журналистов рухнут самые основы литовской государственности, потому что вся эта государственность построена на лжи.

В историческом детективе Умберто Эко «Имя Розы» монахи затерянного в горах бенедиктинского аббатства погибали при попытке прочитать некую книгу, выкраденную из монастырской библиотеки. Когда роковую книгу нашли, оказалось, что это единственный существующий экземпляр неизвестного средневековой науке сочинения Аристотеля, в котором тот оправдывал смех и восхвалял чувство юмора. Престарелый монах, пытавшийся не допустить, чтобы об этой книге узнали, и убивавший всех, кто её прочел, полагал, что апологетика юмора, смеха и критического взгляда на мир из уст величайшего античного философа убьет страх перед Богом и разрушит религиозное сознание его современников.

Действие «Имени Розы» происходит в XIV веке, однако Литве XXI века должен быть понятен главный драматургический нерв книги — борьба с разглашением тайного знания, способного подорвать Веру и разрушить основы основ. «Буроки» должны и дальше верить, что Литва — это демократический луч свет в постсоветском темном царстве. Что она пережила 50 лет оккупации, а потом одним своим Саюдисом во главе с великим Ландсбергисом развалила Советский Союз, вернулась на европейский путь развития и является теперь самой демократической в мире демократией. Имеющей моральное право и обязанность учить этой демократии другие постсоветские республики, отвоевывая их у деспотической имперской России.

А если теперь вместо всего этого текста по литовскому ТВ станут говорить, что абсолютное большинство победивших «борцов с оккупацией» состояли в партии, комсомоле и КГБ? Что «Саюдис» создал для своих целей именно КГБ, а «великий» Ландсбергис был его агентом? Что литовская «демократия» состоит в передаче руководящих постов по наследству в замкнутом кругу из нескольких семей? Ландсбергис-Жямкальнис передал эстафету Витаутасу Ландсбергису, тот передал Грибаускайте, Даля Поликарповна через четыре года, чем черт не шутит, передаст Габриэлюсу Ландсбергису...

Какая после этого может быть реакция на заявления о Литве как о цитадели антисоветизма, эталоне демократии и экспортере этой демократии народам Грузии и Украины, ради чего литовцы должны затягивать потуже пояса, идти служить в армию, отстегивать из своих налогов на поставки украинской армии оружия?

Тот самый неудержимый очищающий смех, разрушающий основы.

Именно для того, чтобы не допустить этого, литовское государство, как тот средневековый монах из романа Умберто Эко, вводит уголовное преследование за отрицание «оккупации», отключает телеканалы, вводит юридический термин «запрещенная информация», навечно засекречивает имена подлежащих люстрации агентов КГБ. Хорошо хоть, пока не убивает...

Комментарии
Читайте также
Новости партнёров
Загрузка...

Пораженческий строй

Пораженческий строй

В рамках украинского конфликта ребром был поставлен ценностный вопрос – остаться субъектом и государством (пусть и с огромным множеством проблем) и мучительно искать свой путь развития или отказаться от этой борьбы – сдать свою страну и себя внешним «партнерам», признав в них более высокоразвитое общество, которое решит все проблемы.

Игра в ящик. Пандоры

Игра в ящик. Пандоры

Через семьдесят пять лет после начала операции Барбаросса ящик Пандоры снова вскрыт и распахнут настежь.

Чей туфля?

Чей туфля?

Угадайте политика по обуви!

Восточная Пруссия глазами переселенцев: русские и немцы

Восточная Пруссия глазами переселенцев: русские и немцы

Отношения немцев и русских можно обозначить формулой: два параллельных мира, каждый из которых существовал сам по себе.