Тема недели:
Европа больше не будет кормить Прибалтику
Евросоюз со следующего года сокращает на четверть финансирование программ по поддержке стран Восточной Европы.
Суббота
03 Декабря 2016

«В странах Балтии прагматизм никогда не встанет впереди комплексов»

Автор: Елизавета Болдова

«В странах Балтии прагматизм никогда не встанет впереди комплексов»

10.06.2015  // Фото: http://static.kremlin.ru

Накануне визита в Италию Президент России Владимир Путин дал интервью газете Il Corriere della Sera. И, хотя большая его часть, что вполне ожидаемо, была посвящена ситуации на Украине и взаимоотношениям России с ведущими странами ЕС, Балтийский регион также попал в поле обсуждения. О том, как относятся к странам Балтии в России на высшем государственном уровне, портал RuBaltic.ru поговорил с профессором кафедры европейских исследований факультета международных отношений СпбГУ Николаем МЕЖЕВИЧЕМ.

- Николай Маратович, недавно Владимир Путин дал газете Il Corriere della Sera интервью, в котором помимо прочего затронул и прибалтийское направление в российской политике. Как Вы прокомментировали бы это интервью и как Вы оцениваете в целом отношение российских властей на политическом уровне к региону на сегодняшний день?

- Интервью было очень интересное. Стоит заметить, что сюжеты, связанные с экономической интеграцией и с Украиной, неоднократно озвучивались президентом и комментировались министром иностранных дел, хотя и здесь есть определенные нюансы, соответствующие именно последним событиям. Но практически впервые речь зашла о вопросах экономического развития Прибалтики и ее внешнеэкономических связях с Россией. В частности, особо интересны замечания президента о строительстве дополнительных генерирующих мощностей в электроэнергетике, необходимых для компенсации выпадающих возможностей транзита через государства Прибалтийского региона, и прежде всего речь идет о транзите в Белоруссию, который был и пока есть. Замечания говорят о том, что президент представляет ситуацию настолько глубоко, насколько это делают специалисты по электроэнергетике этого направления. Хотя прибалтийская тематика и нечасто звучит в речах президента, она «находится на контроле», как говорили в советское время. Теперь в этом нет сомнений. И с тезисом о том, что это будет стоить нам около 2-2,5 млрд евро, стоит согласиться. Более того, эти расходы уже идут. Реконструкция Ленинградской АЭС и строительство новых агрегатов ЛАЭС-2 — часть этого, как и строительство Островецкой АЭС в Белоруссии. Мы не можем через существующие высоковольтные ЛЭП обеспечивать транзит от центра России в Беларусь, не хватает мощностей. В Белоруссии, как известно, никогда не было столько мощностей, чтобы жить отдельно от Советского Союза.

Поэтому энергетическая система строилась не по карте, а по настоящей прямой, т.е. «по глобусу»: путь от Ленинградской АЭС до северо-западной части Белоруссии проходит через Эстонию и чуть-чуть через Латвию. Кто же мог знать, что наступит 1991 год.

Теперь мы знаем, что прибалтийские страны собираются выходить из кольца БРЭЛЛ (Белоруссия, Россия, Эстония, Литва и Латвия), и стоить это будет очень дорого. Гораздо дороже этих 2-2,5 млрд евро. В этом контексте можно вспомнить и проект Висагинской АЭС — уже второе десятилетие идут дискуссии на эту тему, и, думаю, что в третьем десятилетии ситуация не изменится.

- Почему, на Ваш взгляд, на высшем государственном уровне эта тема была поднята именно сейчас?

- Ученые, специалисты и эксперты говорили об этом очень давно. Деятельность «Росатома», российских энергетиков многие годы связана с пониманием того, что кольцо БРЭЛЛ рано или поздно прекратит свое существование. По-другому быть не могло в силу укоренившихся антироссийских комплексов Таллина, Риги и Вильнюса. Другое дело, что это было озвучено на самом высоком государственном уровне. Это действительно очень важно. Почему именно сейчас — сложно сказать. Но теперь это — заявленная политическая линия, а не рассуждения экспертов в академических журналах.

- Кроме этого аспекта были подняты и другие темы, касающиеся прибалтийского региона…

- Да, второй раз тема Прибалтики прозвучала, но не была обозначена прямо. Однако все увидели, о ком идет речь. Я имею в виду следующий отрывок: «В некоторых странах просто, мне кажется, спекулируют на страхах в отношении России. Некоторые хотят играть роль таких прифронтовых стран, которым за это нужно чем‑то дополнительно помогать: или в военном плане, или в экономическом, финансовом, каком угодно другом». Речь не идет о Финляндии, или даже о Польше. Рискну предположить, что речь идет именно о трех странах Балтии, а если выбирать из них — то, безусловно, о Литве, где изображение прифронтовой страны и психологическая война против своего народа, а также милитаризация общественного сознания идет такими темпами, каких мы не видели со времен Второй мировой войны в этом регионе.

Следующий тезис президента — нежелание признать законность наших действий и нежелание сотрудничать с интеграционными объединениями на постсоветском пространстве — тоже имеет отношение к государствам Прибалтики. Еще в 2012 году перед Рождеством в Вильнюсе вышел сборник статей по вопросам о взаимодействии тогда еще Таможенного Союза и ЕС. Сборник интересен тем, что в нем был впервые поставлен вопрос о взаимодействии. Понятно, что место его выпуска говорит об определенном покровительстве со стороны Литвы. Вывод был сделан следующий: никакого сотрудничества быть не может и его не должно быть. Сотрудничество с любым проектом постсоветской интеграции — это непосредственная угроза Евросоюзу, и прежде всего Литве. Это абсолютно ошибочно с экономической точки зрения, и это всё известно. Но люди, которые это писали и читали, экономикой не интересуются: им нужен политический эффект, ради которого это всё и затевалось.

Об этом говорил и президент: проталкивание прибалтийской позиции, ориентированной на нежелание признавать любые постсоветские интеграционные объединения. Потому что если ЕС их признает и начнет активно сотрудничать с ЕАЭС в частности, то крайними окажутся Таллин, Рига и Вильнюс, которые сделали все для дезинтеграции с Россией.

И, учитывая Белоруссию, с югом. В этом смысле их экономическая перспектива будет самой печальной.

- Особенно частый в Литве тезис, что России очень не нравится, что страны Балтии — члены ЕС, и она хочет их дискредитировать. А в интервью президент очень четко говорит: «Вот прибалтийские страны присоединились к Евросоюзу, ну и слава Богу, и хорошо», только не надо мешать сотрудничеству. Почему же в странах Балтии господствует противоположная точка зрения?

- Эта фраза была сказана в контексте вопроса создания единого экономического пространства от Лиссабона до Владивостока. Таким образом, еще раз был поставлен вопрос о том, что присоединение к ЕС изначально не предполагало разрыва торгово-экономических связей с Россией, Белоруссией и их партнерами. И тут важно вспомнить, что еще в 80-е годы в регионе фигурировала концепция «моста», мол, место такое, что нельзя не быть транзитными странами. А теперь все эти тезисы отправлены на свалку истории, и концепция «моста» отброшена. Об этом прямо говорят ведущие политики, в частности в Латвии. А нам надо делать выводы. Если даже предположить, что, к примеру, проект Rail Baltica будет построен, то никто не будет ездить и нечего будет возить. Нет людей, их становится все меньше, и нет грузов.

Но, все же, были построены египетские пирамиды, была построена Великая Китайская стена, так что список абсурдных сооружений достаточно большой, и вскоре он может пополниться. Но в целом это все та же боязнь сбалансированной интеграции.

- Уже есть данные, что экспорт российских грузов через морские порты стран Балтии в этом году по сравнению с уровнем 2014 года снизится на 20%, в таком же объеме ожидается снижение транзитных грузов на железной дороге. Будет ли заинтересована Прибалтика в развитии экономических отношений с Россией и возврату к росту сотрудничества в экономике? Или снижение показателей — это уже необратимая тенденция?

- Прежде всего, надо учитывать, что транзит — вещь консервативная. Когда речь идет о миллионах тонн и долгосрочных контрактах, то перебросить груз на далекие расстояния не так просто, это не сделаешь телефонным звонком. Но наши коллеги-экономисты из Прибалтики правы, когда говорят о том, что объемы уменьшаются. Они и не могут не уменьшаться по ряду причин. Во-первых, мы видим демонстративно недружелюбную политику у Латвии, Литвы и Эстонии. У Финляндии она существенно иная, а ведь еще в 90-е годы возникло альтернативное направление транзита через восточную Финляндию для некоторых видов грузов. Во-вторых, это мировая конъюнктура. Транзит растет тогда, когда мир развивается и богатеет. Сегодня в целом в мире высоких темпов экономического роста нет, и в ближайшее время ни у кого не будет. Поэтому здесь тоже нет предпосылок для роста транзита. В-третьих, в России сейчас явно нет лишних денег, а в таком случае следует экономить на транзитных платежах. Не лучше ли тратить те же деньги, вкладывая их в инфраструктуру услуги, завершая крупные проекты последних 8-10 лет?

Конечно, надо работать с соседями, с той же Финляндии. Интересно, что президент высказался о проблеме энерготорговли и энерготранзита со странами Балтии, и в то же время на днях Россия впервые купила электричество у Финляндии. Обычно было наоборот, но 7 июня оказалось, что в Финляндии электроэнергия дешевле, чем на российском рынке. Дело не покупке, а в том, что это пример нормального рынка: можем продать, можем купить, и это нормально. И Финляндия движется в этом направлении. А Латвия, Литва и Эстония хотят вырыть канаву практически по украинскому варианту, перерезав электрокабель, отсекая железную дорогу… Осталось только мост через Нарву взорвать.

- Чаще всего подобные заявления слышатся из Латвии и Литвы. Отличается ли в этих вопросах позиция Эстонии?

- В Эстонии действительно живут немного другие люди, и то, что в Литве у политиков на языке, у эстонских политиков в голове. В отличие от литовских, они славятся своей сдержанностью. Поэтому отношение Эстонии к восточному вектору интеграции и сотрудничеству с Россией такое же, как и в Литве, просто это преподносится с меньшим количеством пропагандистского грохота.

- Согласно проведенному недавно опросу «Левада-центра», россияне негативно относятся к Латвии и Литве. Более того, эти страны вошли в топ-5 «антирейтинга», занимая 3 и 4 места соответственно. Интересно отметить, что в этот список враждебных государств не попала Эстония. На Ваш взгляд, это связано как раз с тем, что эстонские политики ведут себя сдержанно?

- Да. Если эстонские политики и имеют далеко идущие планы в отношении России и сотрудничества по восточному направлению, то они все-таки стараются избегать резких и грубых высказываний. Поэтому в антирейтинге Эстония звучит чуть реже, но это не означает, что проблем нет.

Что касается людей, что большинство людей, как в России, так и в странах Балтии, исходит из концепции прагматизма. Иными словами, они выступает с позиции выгоды и целесообразности экономического и политического сотрудничества. Реальную безопасность нельзя обеспечить истерикой в СМИ, она обеспечивается или выстраиванием климата добрососедства, или гарантированной военно-экономической безопасностью, что в отношении прибалтийских республик невозможно. Климат добрососедства был бы возможен, если бы было такое желание. Уверен, что с нашей стороны оно есть, а вот наших соседей — напротив.

- А в перспективе создание такого климата возможно?

- Я это практически исключаю. В течение почти 20 лет я писал о том, что через год, два, три логика экономического взаимодействия победит политические предрассудки. Должен признать, что ошибся: не победит. Никогда прагматизм здесь не встанет впереди комплексов, как это произошло поколения назад в Финляндии. Скажу даже, что в Польше, при всей сложности нашей истории и текущих отношений, возможны изменения в любую сторону. Потому что это — Польша. Там нет ощущения внутренней неэффективности своего государства и общества. Польша не без основания рассматривает себя как состоявшееся, успешное в политике и экономике государство. Да, полякам мешают определенные стандарты исторического восприятия России, но при минимальных усилиях политической элиты в это восприятие можно внести изменения.

В прибалтийских республиках же все настолько запущено, что говорить о каких-либо положительных перспективах на ближайшее время невозможно. С любыми другими европейскими государствами возможны положительные изменения, а в Эстонии, Латвии и Литве такого потенциала нет.

Большая часть Европы, все же, в этот список не попадает, а потому Россия себя не очень ограничивает.

Комментарии
Читайте также
Новости партнёров
Загрузка...

Этот стон у них свободой зовется

Этот стон у них свободой зовется

«Граждане, расходимся, у меня знакомый дипломат в Чикаго есть, он сказал, что всё будет путем, за Литву словечко замолвят, без паники!».
Политики этих стран клеймят «ватников» за «рабское сознание», высокомерно улыбаются при словах о том, что их правительства назначаются по звонку из посольства США, гордо бросают «Мы играем в западных клубах» и пытаются учить демократии.

Пишите письма

Пишите письма

Звон дипломатических сабель, хруст переломленных копий... Резолюция в ответ на резолюцию, против демарша — демарш. За всем этим тихо, полушепотом — новости мелкокалибербные вроде бы, малозначительные. Но очень симптоматичные. На них стоит иногда обращать внимание.

Подходишь ли ты в преемники Грибаускайте?

Подходишь ли ты в преемники Грибаускайте?

В октябре состоятся парламентские выборы в Литве, но не за горами и президентские! Проверь себя уже сейчас, сгодишься ли ты в преемники железной леди Прибалтики?

Бронзовый солдат: памятник воинам-освободителям Таллина

Бронзовый солдат: памятник воинам-освободителям Таллина

Авторами монумента освободителям столицы Эстонии, известного ныне как «Бронзовый солдат», стали архитектор Арнольд Алас и скульптор Энн Роос.