Тема недели:
Европа больше не будет кормить Прибалтику
Евросоюз со следующего года сокращает на четверть финансирование программ по поддержке стран Восточной Европы.
Воскресенье
04 Декабря 2016

«Мир без нацизма»: в Латвии растут праворадикальные тенденции

Автор: Елизавета Болдова

«Мир без нацизма»: в Латвии растут праворадикальные тенденции

11.09.2014  // Фото: http://www.computerra.ru

К началу осени международное правозащитное движение «Мир без нацизма» выпустило уже второе исследование на базе мониторинга проявлений ксенофобии и радикального национализма в европейских странах – «Белую книгу нацизма 2014». Согласно данным за 2012 - 2013 года, самый высокий уровень радикального национализма выявлен в Латвии и Греции (его авторы оценили в -65 баллов по данным за 2013 г.). На третьем месте оказалась Украина (-62,5 в 2013 г.), тогда как Эстония и Литва заняли четвёртое и шестое место соответственно. О том, что стоит за этими показателями и каких направлений придерживаются власти этих стран в своей национальной политике, порталу RuBaltic.Ru рассказал первый вице-президент движения «Мир без нацизма» Валерий ЭНГЕЛЬ:

- Валерий Викторович, ранее у движения «Мир без нацизма» возникали сложности с презентацией книги в прибалтийских странах. Как, по Вашим прогнозам, будет обстоять ситуация в этом году?

- Да, сложности действительно были, и сейчас мы не собираемся «играть в войну». Если власти выражают свою неготовность к сотрудничеству, явную незаинтересованность в том, чтобы информация о радикальном национализме в разных странах мира дошла до широкой аудитории, то это значит, что мы презентацию нашей книги в этой стране проводить не будем. У нас есть множество других площадок, в том числе международных, на которых возможно профессиональное обсуждение этой тематики. А в подпольщиков-революционеров мы играть не собираемся.

- Планируется ли уже презентация книги на этих международных площадках?

- Да, у нас будет презентация в Варшаве, на Совещании по человеческому измерению ОБСЕ. Насколько я знаю, она пройдёт 30 сентября. После этого мы рассматриваем возможность презентации книги в США на целом ряде площадок, в том числе на университетской площадке и на площадке Конгресса США. А там посмотрим, что у нас ещё получится, потому что навязывать что-либо мы не собираемся. Мы считаем, что мы сделали хороший продукт, продукт профессиональный, и готовы поделиться с заинтересованными сторонами результатом своего труда. Если есть у кого-либо желание сотрудничать в этом вопросе, честно обсуждать проблематику, мы всегда открыты для этого.

- Издание «Белой книги нацизма» за 2012 год было подготовлено до того, как произошёл переворот на Украине. Какие изменения произошли в украинском обществе за этот период?

- Произошло ухудшение показателей за 2013 год. Но стоит сказать, что когда мы сегодня говорим об Украине, то надо понимать, что это случилось не сразу. Сегодняшние события укоренены в 2012 и 2013 годах. Уже тогда, когда партия «Свобода» вошла в оппозиционную коалицию, стало понятно, что будет заложена другая повестка дня. Так и произошло: партия стала навязывать другим своё видение ситуации в стране.

С этого момента оппозиция стала требовать освобождения националистов, арестованных за преступления на почве ксенофобии, как политзаключённых, выставлять вопрос запрета русского языка как первостепенный и так далее.

Всплеск националистических настроений после смены власти в феврале этого года, когда была предпринята попытка отменить закон о региональных языках, не был внезапным. Это была планомерная подготовка к ликвидации закона.

В 2013 году также участились случаи массовых неонацистских акций как со стороны партии «Свобода», так и со стороны тех организаций, которые сейчас вошли в «Правый сектор».

- Изменились ли как-либо показатели прибалтийских стран?

- В Эстонии ситуация меняется, причём в лучшую сторону. Это, пожалуй, единственная страна из прибалтийских республик, которая всё же уважает свободу слова и свободу самовыражения. Об этом не раз говорил и президент страны Тоомас Хендрик Ильвес. Сегодня у них нет такого, чтобы за сказанное слово, за какое-либо мнение, идущее вразрез с официальной позицией, запрещали въезд в страну, например.

Кроме того, сейчас в коалицию вошли социал-демократы, что отразилось на национальной политике государства. Это самым прямым образом сказывается на смягчении законодательства, регулирующего положение национальных меньшинств. Так, в июне 2014 г. правительство Эстонии утвердило исправленные языковые требования, на основании которых работодатель не имеет права требовать от работника владения эстонским языком на уровне C2, поскольку в Эстонии не проводятся экзамены на данный уровень. Соответственно, у работодателя теперь нет оснований для того, чтобы отказать в приёме на работу представителю национального меньшинства, потому что работник с неродным эстонским просто не мог доказать свой уровень владения государственным языком. Правда, изменение сохраняет за работодателем право вводить на рабочем месте или должности требования к владению эстонским языком, которые должны исходить из характера работы или регламента использования языка на рабочем месте и не могут превышать уровень C1. Но, тем не менее, движение вперёд налицо. Имеются тенденции и к либерализации закона о гражданстве.

Министром образования Эстонии, насколько мне известно, стал сейчас Евгений Осиновский, представитель Социал-демократической партии, у которого, к счастью, другой взгляд на вопросы образования национальных меньшинств, чем у его предшественников. Поэтому мы видим некоторые позитивные изменения. Конечно, они пока не затронули «краеугольных» вещей вроде соотношения 60/40 в образовании в школах меньшинств. Но то, что политики, которые этим занимаются, понимают, что необходимо развивать и поддерживать образование национальных меньшинств, а также то, что таких политиков становится больше, - это положительная тенденция, хотя говорить о полной смене курса было бы, конечно, чересчур оптимистично.

Что касается Литвы, то я испытал легкое разочарование. Я ожидал, что после выборов к власти придут более либеральные политики и будет принят закон о национальных меньшинствах, который, по сути, прекратил своё существование в 2011 году. Тем не менее, влияние консерваторов оказалось настолько сильным, что этот закон не прошёл.

Влияние неонацистов и националистов, которые не входят в парламент, но умеют формировать общественное мнение, таким образом, оказалось более сильным, чем здравые либеральные устремления.

В Латвии, к сожалению, прежний курс не только сохраняется, но и ужесточается. Это касается как политики в области образования национальных меньшинств, где окончательно взят курс на смену пропорций в соотношении языков обучения. Теперь в русских школах уже 80% предметов будут преподаваться на латышском языке. Вызывает сожаление и прямое пренебрежение свободой слова, когда за выражение своего мнения, идущего вразрез с официально принятым курсом, людей, в том числе и зарубежных артистов, лишают права въезда в страну. Много вопросов возникло и в связи с принятием преамбулы к латвийской Конституции. А попытки националистов найти главную опасность для безопасности страны в антифашистах или в российских инвесторах, получающих вид на жительство в обмен на инвестиции, наводят на мысль о том, что власть не только не собирается менять прежний курс, но, более того, будет и дальше «закручивать гайки».

И всё это на фоне разговоров о торжестве демократии. Я думаю, что в значительной степени причиной такого положения вещей стало то, что, как и на Украине, националисты, которые входят в Латвии в правящую коалицию, стали диктовать свою повестку дня по различным вопросам, связанным прежде всего с национальной политикой. И эта повестка дня стала приниматься правящей коалицией в качестве руководства к действию.

Кроме того, последние события, развернувшиеся между Россией и Европой и связанные с кризисом на Украине, были использованы для того, чтобы нагнать ещё больше страха на латвийского избирателя, запугать его несуществующей российской угрозой. Результатом этого является то, что, с одной стороны, люди начинают бояться России, а с другой стороны, они начинают бояться русских, которых считают «пятой колонной».

- Есть ли какая-либо вероятность, что институт неграждан в Латвии и Эстонии может быть упразднён, или то, что есть сегодня, выгодно?

- Это, конечно же, выгодно. Если сейчас дать этой части населения гражданство, то на следующих выборах это усилит оппозицию, потому что этнические русские будут голосовать за русские партии. Поэтому пока в политике существует разделение по этническому признаку, выгодно не давать этой части населения гражданство и не пускать её во власть. Но это сиюминутная выгода. А о том, что будет в будущем, то есть о расколе по этническому принципу и ослаблении общества, никто не думает. Поэтому перспектив упразднения института неграждан я не вижу.

- Наблюдаются ли, на Ваш взгляд, какие-либо тенденции и взаимосвязи в Балтийском регионе и Восточной Европе в отношении возникновения праворадикальных настроений?

- Я бы так не сказал. Если вернуться к той же Латвии, то латвийское общество само по себе изначально вполне толерантно. На бытовом уровне какой-либо конфронтации между представителями разных национальностей не было и, по большому счёту, нет.

Это стало появляться в последнее время под влиянием радикально-националистических сил. К сожалению, это насаждается и даёт определённые голоса националистическим партиям. По сути, это единственный ресурс, который позволяет националистам сегодня получить голоса на выборах.

Влияния прибалтийских националистов на националистов Восточной Европы я не прослеживаю. Там, конечно, ведётся определённая работа по «разъяснению» особого взгляда на историю с точки зрения прибалтийских стран, но большого понимания на Западе эта работа не находит.

- Есть ли, на Ваш взгляд, угроза похожего на украинский сценарий развития событий в других странах «Восточного партнёрства»?

- Не думаю, что праворадикальные настроения в этих странах могут вылиться в конфликт, аналогичный украинскому, потому что целью событий на Украине было отстранение от власти политического режима, который был более или менее лоялен России. Это было сделано, чтобы окончательно притянуть Украину к Евросоюзу, и для этого действительно использовались украинские радикальные националистические силы. Но в странах «Восточного партнёрства» таких целей нет, потому что они уже ориентированы на Запад и уже подписали в том или ином виде какие-либо соглашения с ЕС.

Если говорить о странах Центральной Азии и Кавказа, то, судя по событиям в Грузии, это теоретически возможно, но каких-либо конкретных прогнозов я сейчас не могу дать. Были определённые проблемы с развитием радикально-националистических тенденций в Казахстане, но последние действия Назарбаева говорят о том, что казахстанское правительство держит руку на пульсе.

Что касается Молдовы, то там уже всё свершилось, и у власти находится националистическое правительство, которое, по сути, держит курс на румынизацию своей страны.   

Комментарии
Читайте также
Новости партнёров
Загрузка...

Этот стон у них свободой зовется

Этот стон у них свободой зовется

«Граждане, расходимся, у меня знакомый дипломат в Чикаго есть, он сказал, что всё будет путем, за Литву словечко замолвят, без паники!».
Политики этих стран клеймят «ватников» за «рабское сознание», высокомерно улыбаются при словах о том, что их правительства назначаются по звонку из посольства США, гордо бросают «Мы играем в западных клубах» и пытаются учить демократии.

Пишите письма

Пишите письма

Звон дипломатических сабель, хруст переломленных копий... Резолюция в ответ на резолюцию, против демарша — демарш. За всем этим тихо, полушепотом — новости мелкокалибербные вроде бы, малозначительные. Но очень симптоматичные. На них стоит иногда обращать внимание.

Литва или Северная Корея?

Литва или Северная Корея?

Современная Литва нередко практически не отличима от КНДР. Сумеете ли Вы отличить Литву от Северной Кореи?

Бронзовый солдат: памятник воинам-освободителям Таллина

Бронзовый солдат: памятник воинам-освободителям Таллина

Авторами монумента освободителям столицы Эстонии, известного ныне как «Бронзовый солдат», стали архитектор Арнольд Алас и скульптор Энн Роос.