Политика Политика

Украинский эксперт: «Чем мы ближе к Европе, тем ожесточеннее война»

remove_red_eye  2546 0  

В Минске достигнуто соглашение о прекращении огня и начале процесса мирного урегулирования на востоке Украины. Переговоры глав Германии, Франции, России и Украины завершили очередной этап украинского кризиса при том, что мало кто надеется, что этот кризис завершен окончательно. Об истоках крупнейшего кровопролития в своей стране, о его первопричинах рассуждает выдающийся украинский социолог и политолог, директор Киевского центра политических исследований и конфликтологии Михаил ПОГРЕБИНСКИЙ:

- Когда речь идет об Украине, мне вспоминается фраза, которую лет 150 тому назад сказала полузабытая уже писательница, и которой придал потом стихотворную форму Некрасов: «Бывали хуже времена, но не было подлей». Если вы посмотрите любые украинские телеканалы, послушаете заявления, которые делаются на Совете безопасности и обороны Украины, то их логика настолько возмутительна, что очень трудно спокойно к этому относится. Это какая-то крайняя форма цинизма. Факты никого не интересуют, нет никаких ограничений.

Казалось бы, произошла трагедия с французским журналом «Шарли Эбдо». Французы, больные идеей абсолютной свободы, устроили из этой трагедии шоу (как мне кажется, возмутительное). После этого у нас в Киеве провели в подражание столь же возмутительное шоу «Я — Волноваха». И выступления, когда украинский президент говорил, что произошедшее под Волновахой — тот же самый террористический акт, что в Париже… Это совсем дурная постановка, которая исполняется очень плохими артистами. Это после того, как 5 тысяч человек поубивали, и даже ни разу не был объявлен траур. Но наши первые лица выступают именно в такой роли — плохой актер.

Это я к тому, что, комментируя международную ситуацию, связанную с Украиной, невозможно абстрагироваться от эмоционального отношения к происходящему. Это наша жизнь. При этом в основе кризиса, по моему мнению, лежит программа «Восточное партнерство».

Я считаю «Восточное партнерство» европейской затеей. Конечно, много говорилось, что в запуске этой программы есть исключительная заслуга прибалтов, поляков и шведского министра иностранных дел, но на самом деле она в точности соответствует интересам европейцев, а инициатива уже была передана прибалтам и полякам.

Так вот «Восточное партнерство», по моему мнению, это — самый неудачный проект Евросоюза из всех его проектов за последние 50 лет.

Во всяком случае, если смотреть на этот проект из Киева. Потому что именно вильнюсская встреча, конечно, запустила тот смертоубийственный процесс, который все еще продолжается. И самое главное, что европейцы до сих не собираются признавать какой-либо доли своей вины в том, что произошло и происходит. Потому что они выступают провокаторами происходящего. И когда обвиняется только одна сторона конфликта, а другая стерильно белая и идеальная, и ей наплевать на факты, то это не позволяет идти на компромисс. Ну какой же может быть компромисс, если все «цивилизованное человечество» как бы на стороне Киева. Зачем тогда Киеву компромисс: надо дожидаться того, чтобы Евросоюз додавил на российскую власть и она бы капитулировала. И это — позиция! Позиция даже умеренных представителей европейского истеблишмента.

Если посмотреть, кто голосует за антироссийские резолюции, приближающие новую холодную войну, то выяснится, что голосовали все респектабельные партии Европы. Не голосуют крайне левые социалисты и крайне правые евроскептики. А все, кто продвигают идею европейской нации, европейского супергосударства — все они придерживаются следующей позиции: Украина должна когда-нибудь стать частью европейского сообщества, и Украина во всем права. Но в таком случае этот панъевропейский проект должен бы взять на себя долю ответственности за все, что сейчас происходит на Украине, и что будет происходить там далее.

Европе за эти годы представилось немало возможностей оценить, осознать, к чему идет дело на Украине, и очень многого бы не произошло, если бы Евросоюз согласился на переговоры в формате, который предлагался Москвой перед подписанием Соглашения об ассоциации Украины с ЕС в Вильнюсе.

Давайте соберемся на троих и договоримся об экономических интересах каждого, чтобы не было потом никаких эксцессов. На это предложение было сказано: нет, это наши двусторонние дела, мы не собираемся о чем-то разговаривать с Россией. Что получилось? Во-первых, спустя год отложили введение в действие экономической части Соглашения об ассоциации. Во-вторых, уже есть предложения: давайте вместе уладим уже этот кризис, а затем создадим большую российско-европейскую зону свободной торговли. Это могло бы стать тормозом будущей возможной эскалации. К слову, я не очень доверяю этим предложениям, потому что не совсем ясно, например, что имеет в виду Ангела Меркель под «решением украинского кризиса». Если — еще и возвращение Украине Крыма, то ясно, что эти предложения делаются не для того, чтобы проблему решить.

Те, кто рассматривают тайминг всего, что у нас происходило, могут обратить внимание: как только Петром Порошенко была подписана ассоциация, началась настоящая война.

Чем мы ближе к Европе, тем ожесточеннее война. Чем более решительные заявления принимают европейцы, чем более жестко комментируют ситуацию Псаки и компания, тем больше количество жертв у нас, на Украине.

Так что, мне кажется, с этим «Восточным партнерством» европейцам еще придется делать какие-то выводы.

Есть такой европейский философ, болгарин Жижек, довольно популярный в левых кругах. Поскольку он — за Евросоюз, то стоит на стороне Майдана и против России. При этом мне всегда была интересна география антироссийских настроений. Идеал европейской страны — Швеция, как выясняется по опросам — чемпион по русофобии. Её там гораздо больше, чем в Соединенных Штатах Америки. В Литве русофобии гораздо больше, чем в Соединенных Штатах, гораздо больше, чем в Латвии и Эстонии, хотя в Литве нет неграждан, в Литве никогда не было столько русскоязычного населения, сколько в Латвии и Эстонии. И тем не менее. Тут, пожалуй, и в самом деле сказывается вся эта историческая память, все эти исторические комплексы, связанные с утратой былого величия. Шведское королевство XVII века, Речь Посполитая, Великое княжество Литовское....

И я хочу сказать, что сейчас, когда эти настроения и исторические комплексы стали править бал во всем Евросоюзе, ситуация складывается тупиковая. И пока они правят бал, выхода из этого тупика не будет.

Обсуждение ()
Новости партнёров
Загрузка...
keyboard_arrow_up