Тема недели:
Европа больше не будет кормить Прибалтику
Евросоюз со следующего года сокращает на четверть финансирование программ по поддержке стран Восточной Европы.
Суббота
03 Декабря 2016

Урбанович: «Написал Обаме от безысходности»

Автор: Александр Шамшиев

Урбанович: «Написал Обаме от безысходности»

17.05.2016  // Фото: ru.sputniknewslv.com

Глава фракции «Согласия» в латвийском Сейме Янис Урбанович написал письмо Бараку Обаме. Политик попросил лидера США повлиять на власти Латвии, чтобы они ликвидировали институт негражданства. «Таким образом, ещё на одно блестяще выполненное дело увеличится Ваш список благодеяний, в мире станет на одну угрозу меньше, а более 200 тысяч человек получат возможность пользоваться демократическими правами в полном объёме», – говорится в письме. О причинах обращения на имя американского президента Я.Урбанович рассказал RuBaltic.Ru:

– Господин Урбанович, что сподвигло Вас написать Обаме именно сейчас?

– Написал от безысходности. Больше не на кого пенять. Более 25 лет я присутствую в латвийской политике, работаю в парламенте. На протяжении этого времени вместе с коллегами постоянно говорю, что уже несколько поколений сменилось, а проблема неграждан не решается. Я не вижу её решения внутри Латвии, потому что здесь многие даже не считают наличие неграждан проблемой. Неграждан, которые, хочу отметить, не по своей воле стали таковыми. 

А то их ведь ещё и виноватыми назначают, мол, они сами виноваты, что они неграждане. 

Говорят, что они не идут на натурализацию, сдавать экзамены, демонстрировать лояльность. Это частично так, но хочу сказать пару вещей по этому поводу. Во-первых, стать негражданами – это был не их выбор, сей статус им вручила другая часть общества. Во-вторых, как правило, это пожилые люди, прожившие славную жизнь и вырастившие прекрасных детей, внуков и правнуков, создававшие те блага, которые впоследствии были приватизированы латвийскими властями и власть имущими. Я считаю, что они даже больше заслуживают право претендовать на гражданство, чем многие спортсмены, которым правительство его дарит в надежде на хорошие старты.

– У Вас есть надежда на реакцию адресата? Какие сигналы из Белого дома Вы ждёте?

– Я знаю, что письмо дошло до адресата, но не знаю, будет ли решение. Но я рассчитываю на последовательность Америки. Ни одна страна так часто и так громко не интересуется и не актуализирует проблемы прав человека в разных уголках мира, как США. И ни к кому и никогда так не прислушиваются, как к властям США, – во всяком случае, наша элита в Латвии. Поэтому, если Барак Обама будет искренним и последовательным, шансы на ответ и реакцию есть. 

Ну а если реакции не будет, это позволит мне и очень многим усомниться в искренности заботы США о правах нуждающихся.

– Два года назад Конгресс неграждан уже отправлял петицию в Белый дом. Получила ли она ответ?

– Не знаю. Я вижу, что Обама – уходящий президент. Может быть, поскольку он уходит со своего поста, он может себе позволить оставить какое-то наследие. Напомню, что сразу по избрании на первый срок он получил Нобелевскую премию мира. Так что не меньший авторитет в мире он бы заработал, если бы в такой маленькой, но разделённой ненавистью и недоверием стране, как Латвия, подтолкнул бы власти к демократическому решению. Думаю, в Латвии все понимают, что создать инклюзивную демократию и единое гражданское общество невозможно, пока существует институт негражданства. И проблема не исчезнет, если в мир иной уйдёт последний негражданин. Горечь и обида всё равно останутся в поколениях.

– В Латвии работает новое правительство Мариса Кучинскиса. Ощущаете ли Вы его желание если не разрешить проблему негражданства, то хотя бы облегчить жизнь неграждан, помочь им?

– Если бы я его почувствовал, я бы не писал подобных писем далеко, самому Обаме. В то, что у латвийских властей самих хватит ума и прыти, я уже не верю.

Портал RuBaltic.Ru полностью публикует письмо, направленное Я.Урбановичем президенту США Бараку Обаме:

Уважаемый господин президент!

Великий еврейский писатель Шолом-Алейхем сказал, что человеческую жизнь можно сравнить с ярмаркой. Когда человек идет на ярмарку, он полон сил, надежд и планов, он еще не знает, какие его ждут удачи, какие дела он сумеет совершить. Возвращаясь с ярмарки, человек уже знает, что приобрел, чего добился, у него есть возможность спокойно, не спеша, ознакомить мир со своими результатами и достижениями.

Думаю, Вы не обидитесь, если я скажу, что сейчас Вы собираетесь с ярмарки. И, наверное, внутри себя, вольно или невольно, Вы создаете список благодеяний – перечень добрых, справедливых дел, которые Вам удалось завершить за два срока президентства, и отдельно – перечень того, что сделать не получилось и что придется передать преемнику.

Я отлично помню, какими надеждами мир встретил начало Вашей деятельности на посту лидера крупнейшей мировой державы, вручив Вам, все же больше авансом, Нобелевскую премию. Понимаю, что не все ожидания человек может оправдать, а обещания – реализовать, даже если у него только друзей и сторонников, как у Вас. И все же хочу предложить пополнить Ваш список добрых дел еще одним пунктом: призываю Вас оказать содействие в решении проблемы неграждан в Латвии.

Думаю, о проблеме неграждан в Латвии Вы слышали, в любом случае, Ваши помощники быстро подготовят информацию на этот счет. Тем не менее, хочу коротко представить Вам свое видение этой проблемы, возникшей далеко не вчера и до сих пор не получившей разумного, гуманного решения.  

Когда в начале 1990-х годов Латвия восстановила свою независимость, было принято решение о том, что статус гражданина и политические права в полном объеме в возраждаемом государстве получат лишь те, кто были его гражданами до 1940 года или являются их потомками. В результате более полумиллиона жителей Латвии оказались изолированными от  этого основополагающего демократического института. Эти люди потеряли право голосовать, выбирать, быть избранными и до сих пор его лишены. Они оказались поражены в целом ряде других демократических прав и свобод, в том числе и на рынке труда, и многие по-прежнему на имеют возможности ими пользоваться. Люди, оставшиеся без гражданства, впервые в мире получили статус «неграждан» («чужаков»).

Оправданием этого дискриминационного решения на протяжении многих лет была популярная ремарка о правопреемственности Латвии 1992 года довоенной Латвийской Республике. Эта якобы преемственность позволила Латвии не считать своими гражданами четвертую часть населения, с одной стороны, и не признавать факт нарушения их прав, с другой.

Несколько лет спустя латвийский парламент установил процедуру натурализации, которая сначала имела достаточно ограниченный характер. И хотя затем была либерализована, тем не менее сохранила унижающие процедуры. В настоящее время гражданство через натурализацию могут принять, в принципе, все неграждане, и, надо сказать, примерно половина из них воспользовалась таким правом.

Я уважаю американскую позицию в отношении непризнания вхождения Латвии в состав СССР. Однако надо понимать, что те люди, которые приехали в Латвию в послевоенный период, считали, что они перемещались внутри одной страны, как если бы они меняли место жительства из Мичигана на Аляску или Калифорнию. Многие из приехавших создали здесь семьи, у них родились дети, потом внуки, сейчас уже подрастает поколение их правнуков.

Селективное присвоение гражданства на практике привело к парадоксу, близкому в свой фантастичности «парадоксу близнецов» Теории относительности: два человека, появившиеся на свет в одной палате больницы, живущие на соседних улицах и закончившие одну школу, стали обладать совершенно разными правами в силу того, что среди предков одного были граждане Латвии, а среди предков другого – не было. В результате сегодня в нашей стране есть люди, перешагнувшие 40-летний рубеж, которые никогда не принимали участия в демократической процедуре выборов.

Позиция Америки на этот счет, безусловно, выработана, о чем можно судить по недавнему интервью посла США в Латвии, в котором прозвучала следующая мысль. Мол, оснований для беспокойства нет, в настоящее время почти 99% новорожденных, то есть абсолютное большинство, получают латвийское гражданство, а значит, со временем количество неграждан будет уменьшаться. Не хочу никого обидеть, но невольные параллели напрашиваются. Что было бы, если при президенте Линкольне предоставлены были избирательные права не все темнокожим, а только их детям, мотивируя свое решение тем, что с уходом старшего поколения из жизни количество бесправных и так сократится?! Я считаю – и уверен, Вы со мной согласитесь, –  это абсолютно недостойный образ мышления для современного демократического общества.

Совершенно понятно, почему решение о селективном предоставлении гражданства было принято в Латвии в начале 1990-х, для этого не нужно быть ни историком, ни политиком, ни психиатром. К правопреемственности республики оно не имело никакого отношения, а было продиктовано лишь страхом, чувством мести и ненавистью. После юридического восстановления независимости, совпавшего по времени с распадом СССР, в Латвии многие опасались самой возможности продолжения тесных связей с Россией. И в этой связи даже гипотетическое наличие внутренней пророссийской оппозиции, способной влиять на парламент, вызывало страх и неприятие. Поэтому проще всего было лишить людей, представлявших пусть даже потенциальную угрозу, политических прав на какое-то время. Повторю: к преемственности это не имело никакого отношения, поскольку в соседней Литве, где доля нелитовского населения была значительно меньше, чем доля нелатышского – в Латвии, гражданство предоставили всем, и это не поставило под удар государственность нашего южного соседа.  

Прошло 25 лет. Проблема неграждан перекочевала в XXI век. Как это случается в политике, одно неверное фундаментальное решение, принятое многие годы назад, не под силу исправить уже нескольким поколениям, несмотря на все разнообразие дискуссий на этот счет в Латвии (от «дать гражданство всем» или «дать гражданство тем, кто здесь родился» до «дать гражданство конкретным группам за особые заслуги»). Основной аргумент противников широкого подхода к решению проблемы неграждан сводится к тому, что эта часть населения якобы не интегрирована в латвийское общество. Но это – очевидная ложь, бесчестная и лукавая! Эти люди – около 250 тысяч неграждан – проживают в Латвии совершенно легально, платят здесь налоги, участвуют в экономической, культурной и социальной жизни страны, соблюдают ее законы, вносят весомый вклад в создание ее богатства и в будущее ее процветание.

Однако вернусь к своему тезису о том, что решение оставить четверть населения страны без гражданства было вызвано местью и страхом власть предержащих и их электорат. Страх порождает страх, месть – месть, а злоба – злобу. Даже если мы представим, что через 30-40 лет по чисто биологическим причинам все неграждане Латвии перейдут в лучший мир, то историческая память, пропитанная обидой, злобой, желанием мести, останутся в семейных историях – в том моральном и человеческом наследии, которое жители этой страны, так и не ставшие ее гражданами, оставят своим детям, а те, соответственно, внукам, правнукам и так дальше. Это напоминает скрытую форму туберкулеза, когда во внешне здоровом организме существует пусть и блокированный, но потенциально опасный очаг болезни, который в любой момент может дать знать о себе.

Я много общаюсь с политиками и общественными деятелями и могу сказать, что среди латышей есть понимание, что они поступили несправедливо. Тем более, что в политических установках латышских партий на рубеже 1980-90 годов ясно звучал лозунг о том, что гражданство должно быть предоставлено всем жителям страны без исключения.

С уверенностью предположу, что эта социально-политическая конструкция, давшая глубокие корни в эмоциальной, исторической, человеческой памяти, и дальше будет порождать страх, недоверие, ненависть с обеих сторон, если ничего не предпринять. Не только я, но многие считают эту проблему тревожной и опасной, чрезвычайно важной не только для Латвии и нашего Балтийского региона, но для Европы в целом. А если принять во внимание недавние спекуляции на тему лояльности русского населения Латвии, которым мы стали свидетелями, то и для всего евроатлантического сообщества.

Уважаемый господин президент! Со многих высоких трибун в последнее время Вы не раз говорили о лидирующем положении Соединенных Штатов в мире, о том, что Ваша страна должна служить примером для остального человечества на пути мировому прогрессу и торжеству идеи соблюдения прав человека и справедливости. Я считаю, что инициирование отмены института неграждан в Латвии может стать блестящей демонстрацией как лидерского потенциала США, так и непредвзятого гуманистического подхода к проблемам, существующим в крайне удаленном от США уголке мира.

У меня нет сомнений в том, что в Латвии Ваши рекомендации на этот счет будут услышаны и реализованы. Таким образом, еще на одно блестяще выполненное дело увеличится  Ваш список благодеяний, в мире станет на одну угрозу меньше, а более 200 тысяч человек получат возможность пользоваться демократическими правами в полном объеме. 

Комментарии
Читайте также
Новости партнёров
Загрузка...

Этот стон у них свободой зовется

Этот стон у них свободой зовется

«Граждане, расходимся, у меня знакомый дипломат в Чикаго есть, он сказал, что всё будет путем, за Литву словечко замолвят, без паники!».
Политики этих стран клеймят «ватников» за «рабское сознание», высокомерно улыбаются при словах о том, что их правительства назначаются по звонку из посольства США, гордо бросают «Мы играем в западных клубах» и пытаются учить демократии.

Пишите письма

Пишите письма

Звон дипломатических сабель, хруст переломленных копий... Резолюция в ответ на резолюцию, против демарша — демарш. За всем этим тихо, полушепотом — новости мелкокалибербные вроде бы, малозначительные. Но очень симптоматичные. На них стоит иногда обращать внимание.

Подходишь ли ты в преемники Грибаускайте?

Подходишь ли ты в преемники Грибаускайте?

В октябре состоятся парламентские выборы в Литве, но не за горами и президентские! Проверь себя уже сейчас, сгодишься ли ты в преемники железной леди Прибалтики?

Бронзовый солдат: памятник воинам-освободителям Таллина

Бронзовый солдат: памятник воинам-освободителям Таллина

Авторами монумента освободителям столицы Эстонии, известного ныне как «Бронзовый солдат», стали архитектор Арнольд Алас и скульптор Энн Роос.