Тема недели:
Европа больше не будет кормить Прибалтику
Евросоюз со следующего года сокращает на четверть финансирование программ по поддержке стран Восточной Европы.
Суббота
03 Декабря 2016

Политический психолог: у литовских властей осеннее обострение

Автор: Александр Носович

Политический психолог: у литовских властей осеннее обострение

04.11.2013  // Фото: http://uploads1.wikipaintings.org

Действия, предпринимаемые официальными литовскими лицами очень часто сложно объяснить в рамках классического политического анализа. Например, плохо поддается рациональному объяснению недавний «слив» кем-то из литовских политиков закрытой информации ДГБ Литвы, в котором без всяких доказательств и конкретных фактов утверждается о подготовке информационной атаки на первых лиц Литовской республики. Изучением нерациональных факторов политического поведения занимается политическая психология. О том, что это за наука и чем объясняется нынешнее осеннее обострение у литовских политиков в интервью порталу RuBaltic.ru рассказала президент Российского общества политических психологов, заведующая кафедрой социологии и психологии политики факультета политологии МГУ им. М.В. Ломоносова, доктор философских наук, профессор Елена ШЕСТОПАЛ:

- Елена Борисовна, для чего нужна политическая психология? Какова ее специализация в системе политических наук?

- Политическая психология уже давно стала неотьемлемой частью политической науки. В рамках российской политологии она очень давно уже развивается, и она направлена на изучение человеческого измерения в политике. В ближайшем номере журнала «Политические исследования» - в шестом номере за этот год, будет целая подборка материалов, которую я готовила, она так и называется: человеческое измерение политики. Там будут представлены разные подходы, разные идеи того, как человеческое измерение в политике выглядит на сегодняшний день.

Это очень актуальная тема для политической науки в связи с тем, что меняется место человека в политике, его индивидуальные возможности. В частности, все факторы, связанные с развитием электронной демократии, когда рядовой человек может влиять на политику: онлайн-голосование, открытое правительство и т.д.

Это очень усиливает интерес к политической психологии, потому что наряду с такими традиционнми для политической психологии темами, как лидерство или политические типы, возникает очень много вопросов, откуда берутся политические взгляды у рядового избирателя.

На нашей кафедре политической психологии есть специалисты, которые много занимаются изучением влияния новых форм политической коммуникации. Здесь очень много нового, интересного, требующего и новых исследовательских практик, и новых форм преподавания.

Но и традиционно: мы занимаемся тем, какую роль играет личность лидера, занимаемся подготовкой лидеров (у нас сейчас открыта магистерская программа «Лидерство в социальной и политической сферах»), где мы готовим тех, кто работает с лидерами: консультантов, помощников, тех, кто изучает лидерство. Это дает нам возможность объяснить то, как ведут себя лидеры в политике, прогнозировать их действия, как во внутренней, так и в международной политике.

И, конечно, нас интересует то, как в политической практике складываются взаимоотношения между людьми с разными политическими взглядами, разными типами менталитета.

- Согласны ли Вы с тем, что многие события и судьбы многих стран в истории определялись психологическими моментами: характером лидера, фобиями элит, истерикой толпы?

- С этим трудно не согласиться, но здесь нужно хорошо разобраться. Например, хорошо известная в историографии школа «Анналов» занималась как раз изучением того, как психологические факторы действовали в макрополитической сфере, в историческом процессе. Я думаю, что представители этой школы были одними из первых, кто поставил этот вопрос в современной науке на повестку дня.

Что касается изучения лидеров и того, как лидеры влияли и влияют на ход исторических событий, то это, как я уже сказала, традиционная для политической психологии проблематика. Буквально пару дней назад пришло сообщение, что люди в администрации президента озаботились необходимостью тестировать лиц, которые собираются занимать высокопоставленные позиции, например, губернаторское кресло. Здесь необходимо разрабатывать самостоятельные нормативы на стыке политологии и психологии, которые можно было бы применять при назначении людей или проверке их соответствия занимаемым должностям.

- В психологии существует понятие феномена группового мышления. Может ли, по Вашему мнению, феномен группового мышления определять взгляды и действия политической элиты целого государства?

- Безусловно. Есть исследования, которые показывают, как group think – феномен группового мышления, действовал, например, во время Карибского кризиса, когда люди, окружавшие президента Кеннеди, его радикально настроенные советники, имели гораздо более спокойные, взвешенные позиции по сравнению с теми решениями, которые они вырабатывали коллегиально.

Так что феномен группового мышления достаточно хорошо изучен: вот это групповое давление, как правило, очень негативно влияет на принятие политических решений. Как правило, это явление только мешает в процессе принятия решений.

- Власти Литвы на днях заявили, что российские спецслужбы готовят на них информационную атаку и разыскивают в архивах информацию о советском прошлом президента Литвы и других высокопоставленных политиков. Никаких фактов и доказательств предоставлено не было. Как психологически можно объяснить это явление?

- Я бы не стала объяснять его психологически. Это в чистом виде политическая технология – использование информационного шума с целью отвлечения от тех проблем, которые волнуют прибалтийское общество.

- В странах Балтии регулярно (что характерно, весной и осенью) обостряется борьба с советской символикой. В прошлый раз мы ведь беседовали с Вами весной, когда в Латвии решили запретить советскую символику…

- То, что весной и осенью – это диагноз. Обострение всех психических аномалий происходит именно весной и осенью, и можно заподозрить, что в Прибалтике не все хорошо с психическим здоровьем.

Хотя, все-таки я думаю, что в первую очередь это связано не с индивидуальными психологическими особенностями тех, кто запускает эти кампании, сколько с тем, что весной и осенью обостряются социальные проблемы, от которых население отвлекают таким вот информационным поводом.

- Этой осенью в Литве хотели запретить «Комсомольскую правду», потому что увидели на ее титульной странице советские звезды и ордена. При этом закон о запрете советской символики действует в республике уже много лет, и до сих пор претензий к газете не было. Можно ли считать это аффективной реакцией на политический символ?

- Я считаю, что это опять же не психология, а политическая технология.

Психологический аспект здесь связан не столько с особенностями мышления лиц, принимающих подобные решения в странах Балтии, сколько с нежеланием расстаться со старыми стереотипами.

Стереотипы – это уже тема психологов, причем здесь мы говорим не только об индивидуальных стереотипах рядовых жителей, но и о стереотипах руководства страны.

Конечно, стереотипами эти действия тоже можно объяснять, но списывать это только на психологию не стоит – это в первую очередь политика. Выбор определенной повестки дня.

- Но если это политическая технология, то ведь политики, выступающие с повесткой «русской угрозы», «врага у ворот» или запрета символики имеют свою электоральную базу, их заявления ориентированы, прежде всего, на свой ядерный электорат. Отчего тогда у этого электората такая реакция на красные звезды, допустим?

- Это, во-первых, фантомные боли, тяжелые воспоминания о прошлом.

Однако, самое главное то, что это специально раздуваемое ощущение тревоги. Оно раздувается для того, чтобы созданием в обществе массовой напряженности и подозрительности отвлечь внимание людей от реальных проблем в их повседневной жизни.

Комментарии
Читайте также
Новости партнёров
Загрузка...

Этот стон у них свободой зовется

Этот стон у них свободой зовется

«Граждане, расходимся, у меня знакомый дипломат в Чикаго есть, он сказал, что всё будет путем, за Литву словечко замолвят, без паники!».
Политики этих стран клеймят «ватников» за «рабское сознание», высокомерно улыбаются при словах о том, что их правительства назначаются по звонку из посольства США, гордо бросают «Мы играем в западных клубах» и пытаются учить демократии.

Пишите письма

Пишите письма

Звон дипломатических сабель, хруст переломленных копий... Резолюция в ответ на резолюцию, против демарша — демарш. За всем этим тихо, полушепотом — новости мелкокалибербные вроде бы, малозначительные. Но очень симптоматичные. На них стоит иногда обращать внимание.

Литва или Северная Корея?

Литва или Северная Корея?

Современная Литва нередко практически не отличима от КНДР. Сумеете ли Вы отличить Литву от Северной Кореи?

Бронзовый солдат: памятник воинам-освободителям Таллина

Бронзовый солдат: памятник воинам-освободителям Таллина

Авторами монумента освободителям столицы Эстонии, известного ныне как «Бронзовый солдат», стали архитектор Арнольд Алас и скульптор Энн Роос.