Тема недели:
На Западе критикуют модель развития Прибалтики
Западные экономисты и аналитики полны пессимизма в отношении Литвы, Латвии и Эстонии.
Воскресенье
11 Декабря 2016

Вдали от Волгограда: Прибалтика на карте международного экстремизма

Автор: Александр Носович

Вдали от Волгограда: Прибалтика на карте международного экстремизма

31.12.2013  // Фото: i1.ytimg.com

Теракты в Волгограде снова выдвинули на первый план проблему международного терроризма в современной России. Однако для борьбы с террористической угрозой помимо первоочередных мер необходимо трезво оценивать еще и внешний контекст – террористы-смертники ведь не берутся из воздуха, нужна питательная среда. И здесь свою лепту внесла и Прибалтика…

«О, сын! Если дождёшься следующего столетия, и, остановившись на высоком Кавказе, оглядишься вокруг: не забудь, что и здесь были мужи, поднявшие народ и вышедшие свободы святые идеалы защитить». Эти слова выбиты на памятнике Джохару Дудаеву, установленному в сквере имени Джохара Дудаева в Вильнюсе. Автор – покойный литовский поэт и переводчик Сигитас Гяда, типичный продукт своей эпохи: лауреат Государственной премии Литовской ССР, автор пьесы «Коммунары». Отличался «кухонным» вольнодумством в 70-е, стал активистом Саюдиса в 80-е, ниспровергал глаголом все советское в 90-е. Кончилась биография поэта тем, что после двухнедельного запоя Сигитас Гяда пырнул родную дочь ножом в грудь, получил три года тюрьмы и умер.

Казалось бы, частная история. Однако у литовского поэта и его страны (а если взять шире – и у стран Прибалтики) в биографиях есть кое-что общее. То же фрондерство при официально декларируемой лояльности как плата за щедрый паек от союзного Центра. Народные фронты и прочие «Движения за перестройку». Затем шараханья из стороны в сторону, ощущение потери смысла жизни, нащупанного позже в виде пещерной русофобии с желанием как можно сильнее, любым путем досадить «этой России».

Героизация не только лично Дудаева, но и боевиков-экстремистов вообще полностью укладывалась в эту болезненную логику. Именно в этом вопросе запутавшийся литовский поэт и его страна стали эхом друг друга: поддержать экстремистов, объявить их борцами за светлые демократические идеалы, ставить им памятники и называть в их честь площади, а Россия пусть в одиночку расхлебывает Норд-Осты, Каспийски, «Невские экспрессы», Бесланы, Волгограды и т.д.

Но если стихи инициатору этнических чисток посвящает частное лицо, то это его личная моральная и социальная девиация. А если эти стихи выбивает на постаменте государство, назвавшее в честь боевика сквер, то, получается, эти отклонения вполне соответствуют государственной политике?

Сказанное относится не только к Литве. В Риге Аллея космонавтики с 1996 года называется Аллеей Джохара Дудаева. В 1997 году мемориальная доска появилась и в эстонском Тарту. В 2005 году мэрия Варшавы отвергла предложение назвать перекресток двух столичных улиц в честь детей, погибших в Беслане, и присвоила ему статус Площади Джохара Дудаева. На ноту российского МИД, назвавшего это решение «фактическим проявлением поддержки международного терроризма», тогдашний мэр Варшавы Лех Качиньский ответил: «Это не их дело».

Памятные места Дудаеву в Варшаве, Вильнюсе, Риге, Тарту – кому они посвящены? Правозащитнику, просветителю, меценату? Нет. Человеку, при котором этнические чистки, массовые убийства, жестокие преследования русских стали нормой. Человеку, при котором в полную силу работали законы шариата – в сентябре 1997 года (в Прибалтике Дудаев уже прославлен как борец за «святые идеалы») в Грозном публично расстреляли женщину и мужчину, осужденных шариатским судом. Это и есть те самые «европейские ценности», о которых так любят порассуждать прибалтийские политики? Ставя памятники Дудаеву, называя улицы в его честь, они поддерживают и его наследников – тех, кто убивает, взрывает сейчас?

Ответ на этот вопрос может быть найден в совсем недавней истории – в деле гражданки Литвы Эгле Кусайте. Завербованная террористической организацией «Кавказ эмират» (лидер – Доку Умаров) она в 2009 году была задержана накануне терактов в московском метро. Как потом выяснит следствие, ее главной целью был какой-либо военный объект, на котором уроженка Каунаса Кусайте хотела взорвать себя с тем, чтобы погибло как можно больше людей. Ее задержали, отправили в Литву. Где спустя несколько лет следствия вместо десятилетнего приговора она получила… десять месяцев заключения. В качестве аргументов ее защита использовала примеры официальной политики литовских властей по героизации погибших в чеченской войне литовских наемников (например, Л. Вилавичюс), захороненных в Литве с военными почестями. «Раз одних участников боевых действий за независимость Чечни считают героями, почему других, которые стремятся стать такими же участниками, считают террористами?» - суд согласился с этим доводом. Удивляться нечему, повторим еще раз – важна питательная среда. А она в Прибалтике есть.

Например, известный факт - рупором северокавказских экстремистских организаций является сайт «Кавказ-центр», позиционирующий себя как «кавказское независимое международное исламское интернет-агентство». На этом сайте публикуются проповеди радикальных исламистов – салафитов, призывающих к джихаду; рассказывается о последних терактах, «которые устроили сами неверные, чтобы скомпрометировать мирный ислам». Одно время штаб «Кавказ-центра» базировался в Эстонии – в 2003 году сервер сайта конфисковало КаПо. Тогда «Кавказ-центр» перебрался… в Литву и больше года проработал там. Литовские власти отключили сервер экстремистского ресурса только в сентябре 2004 года – после Беслана оправдывать действие «коллективного агитатора и организатора» с литовской территории стало затруднительно.

Случайна ли такая прибалтийская «прописка» «Кавказ-Центра»? Так ли неожиданно, что здесь фигурировали не Бахрейн и Саудовская Аравия, а Эстония и Литва? Или это вполне закономерно?

А сыновья первого президента непризнанной Ичкерии Авлур и Дэги – они ради чего переехали жить именно в Литву? Авлур Дудаев обратился к президенту Адамкусу с просьбой о предоставлении ему литовского гражданства в 2001 году, приложив рекомендательные письма видных литовских граждан, включая тогдашнего министра здравоохранения и нынешнего министра обороны Юозаса Олекаса и того самого поэта Сигитаса Гяды. И Валдас Адамкус дал Дудаеву-младшему литовское гражданство в порядке исключения «за особые заслуги». Операция по натурализации Авлура Дудаева была произведена втайне от общества: когда история всплыла на поверхность, в Литве поднялся скандал - какие особые заслуги перед страной у сына Дудаева, и почему гражданство он получил на имя «Олег Давыдов»?

А Дэги Дудаев – как оказалось, что он развернул именно в Литве в немалых масштабах изготовление поддельных евросоюзовских паспортов? Интересно, для кого?

Кроме того, родственники Дудаева пытались получить гражданство (тоже «за особые заслуги») Эстонии, а член Рийгикогу Олев Раю на официальном депутатском бланке через эстонское посольство в Литве приглашал их посетить свою страну.

Опять те же странные географические связи исламского экстремизма: не Аравийский полуостров, не Магриб, а Прибалтика, такая близкая и, казалось бы, европейская, цивилизованная. Респектабельные прибалтийские политики принимают участие в судьбе людей, от которых идут ниточки к международной сети радикальных исламистов.

Правящие элиты стран Балтии ошибаются, если думают, что до них проблема радикального экстремизма не дойдет никогда, а российский Волгоград - это где-то очень далеко, и «в случае чего» можно будет отделаться ритуальным произнесением протокольных соболезнований.

Им стоит внимательнее изучить материалы базировавшегося у них же сайта «Кавказ-Центр» - там много говорится о том, как полезны в «священном деле джихада» так называемые useful idiots, которые считают «воинов Аллаха» невинными жертвами. Обычно useful idiots – это сумасшедшие городские леваки, с энтузиазмом включающиеся в любую общественную кампанию против государства: за зеленую энергию, за вегетарианство, за пособия несчастным мигрантам. Однако и крайне правых в своей политике прибалтийских деятелей болезненная русофобия и желание поддержать даже экстремистов, лишь бы досадить России, превращает в useful idiots.

И в данном случае это не частное дело конкретных политических деятелей Литвы, Латвии или Эстонии, вчера лоббирующих интересы Дудаева, а сегодня – отправляющих в Москву Кусайте. Эта проблема гораздо масштабнее, показывающая, сколь искривленной, гнилой оказалась сердцевина режима, сформировавшегося в этих странах. Это общая проблема стран Прибалтики, элиты которых, пытаясь заигрывать с экстремистами назло России, ведут себя так, словно не понимают: однажды эти смертники могут прийти уже в их дома, вокзалы, поезда и троллейбусы. Недавний пример – братья Царнаевы в США. Кому тогда будут посвящать свои стихи литовские поэты?

Литовские эксперты, оценивая теракты в Волгограде, сошлись во мнении, что цель организаторов взрывов – Сочинская олимпиада. Та самая, на которую президент Грибаускайте решила не ехать, как она заявила, «из политических соображений». Что же, у каждого свои инструменты: одним по силам политические демарши, другим – теракты. Но цель у них (и надо это четко понимать) общая.

Комментарии
Читайте также
Новости партнёров
Загрузка...

Этот стон у них свободой зовется

Этот стон у них свободой зовется

«Граждане, расходимся, у меня знакомый дипломат в Чикаго есть, он сказал, что всё будет путем, за Литву словечко замолвят, без паники!».
Политики этих стран клеймят «ватников» за «рабское сознание», высокомерно улыбаются при словах о том, что их правительства назначаются по звонку из посольства США, гордо бросают «Мы играем в западных клубах» и пытаются учить демократии.

Бойтесь миротворцев

Бойтесь миротворцев

Холодная Война вроде бы уже двадцать семь лет закончилась, а такое ощущение, что всё у нас еще впереди.

Литва или Северная Корея?

Литва или Северная Корея?

Современная Литва нередко практически не отличима от КНДР. Сумеете ли Вы отличить Литву от Северной Кореи?

Дом Франка в Вильнюсе

Дом Франка в Вильнюсе

Своим названием этот дом обязан доктору медицины, профессору Виленского университета Йозефу Франку. Его отец — Иоганн Петер Франк, известный в Европе врач-гигиенист и судебный медик, вместе с сыном перебрался в Вильну из Вены, где работал директором городской больницы в начале XIX века.