Контекст

Латышский начальник СЛОНа

remove_red_eye  3057 0  

Одним из центральных героев романа «Обитель» Захара Прилепина, в котором рассказывается о жизни Соловецкого лагеря особого назначения (СЛОН), является начальник этого исправительного заведения Эйхманис, этакий философ у трона, искренне полагающий, что Соловки — это лаборатория для перековки человека. У этого героя есть реальный прототип — Федор Иванович Эйхманс, латышский красный стрелок, чекист и первый начальник ГУЛАГа.


«Только чайки  выкрикивали и непрестанно сыпали  сверху на строй помётом. Никто не вытирался.

— На колени! – в бледной ярости вскрикнул Эйхманис и выхватил шашку из ножен.

Строй повалился так, словно всем разом подрезали сухожилия – несколько тысяч сухожилий одной беспощадной бритвой».

Захар Прилепин, «Обитель»

Федор Иванович Эйхманс, (1897–1937) родился на хуторе Юдупес Курляндской губернии (ныне — Латвия) в семье торговца. Национальность — латыш. Образование — высшее: окончил Рижский технический университет, а потом военное училище в Риге. Участник Первой мировой войны, в марте 1917 г. демобилизован по ранению, после чего устроился слесарем на завод в Петрограде. До революции политикой не интересовался, но после большевистского переворота вступил в партию большевиков. В органах ВЧК с 1918 г., службу вначале проходил в Петрограде, где сблизился с начальником Кронштадской ЧК Андрониковым, который познакомил Эйхманса с известным чекистом Глебом Бокием, и в дальнейшем Бокий оказывал ему покровительство в карьере. 

Политические мотивы в выборе Эйхмансом большевистской партии не играли особой роли, он просто реализовал «шанс на карьеру».

Г.Бокий назначил Эйхманса своим помощником и взял его с собой  в Туркестан, где тот находился до осени 1923 г. — в должности сначала помощника Бокия, потом — начальника 2го (восточного) отделения ГПУ, отвечавшего за «борьбу с контрреволюцией» в Центральноазиатском регионе. Война здесь велась особо жестокая. Места наиболее массовых расстрелов, организованных Ф.Эйхмансом: Самарканд, Ургенч, Бухара, Хива. Наиболее жестокими были репрессии в Бухаре, после аннексии Советской Россией Бухарского эмирства. Также «специальными отрядами» Эйхманса осуществлялись рейды по горным аулам Таджикистана, на территорию соседних Ирана, Афганистана, Китая. Во всех случаях «схема» Эйхманса была проста: вначале наносилось военное поражение действовавшему в тех краях отряду «басмачей», затем в населенный пункт входил «особый отряд» Эйхманса, брались заложники и выдвигалось требование всем сдать оружие, за отказ заложников убивали на глазах остальных жителей, если не помогало — бралась следующая «партия» заложников, и все повторялось.

В октябре 1923 г. Ф.Эйхманс был назначен  начальником управления Соловецкого лагеря особого назначения (СЛОН): по своим «качествам», проявленным в Туркестане, он показался Ф.Дзержинскому пригодным для этого. 

Именно Ф.Эйхманс первым сказал: «У нас тут не Советская власть, а соловецкая!», имея в виду, что теперь заключенные не охраняются никаким законом и жаловаться куда-либо нет смысла. В 1926 г. Ф.Эйхманс приблизил к себе отбывавшего там срок Н.Френкеля и вскоре добился его освобождения; Френкель предложил Эйхмансу «заработать» при помощи эксплуатации, по сути, бесплатного труда заключенных в производственных мастерских и цехах, которые рекомендовал создать при лагере. «Идея» Эйхмансу понравилась, но в полной мере Френкель смог ее реализовать позднее, работая в Москве.

В  1929 г. Ф.Эйхманс короткое время руководил 3-м отделением спецотдела ОГПУ СССР (внешняя контрразведка), но вскоре его вернули в привычную «среду»: назначили первым начальником ГУЛАГ ОГПУ, подчинив ему Соловецкий, Вишерский, Северный, Казахстанский, Дальневосточный, Сибирский, Среднеазиатский лагеря. При Эйхмансе особо распространенным явлением была смерть заключенных от эпидемических заболеваний. Это и стало причиной его смещения с поста: Москва уже планировала широкое использование труда зэков в народном хозяйстве, и «политика» Эйхманса этому мешала. Так что после проверок на Соловках и в Вишерском лагере Эйхманса направили руководить геологоразведочной партией в Арктику, и только вмешательство Г.Бокия спасло тогда его от ареста.

В 1932–1937 гг. Ф.Эйхманс под началом Бокия занимался шифросвязью и криптографией, а по совместительству входил в созданный Бокием эзотерический  кружок. Близость к Бокию и стала причиной его ареста в июле 1937 г. Ф.Эйхманс был расстрелян 3 сентября 1938г. по обвинению в «участии в заговоре в НКВД».

Эйхманс как-то сказал: «У латышей нет своего характера — характер им заменяет исполнительность и точность. Они подумали, что вся Россия станет их страной — у них же не было страны, только немецкие города. Но Россия опять извернулась и становится сама собой. Она как соловецкий валун: внутрь ее не попасть. Латыши остались ни при чем и поздно это поняли».

 

Источник: Прилепин З. Обитель. — Москва: АСТ. Редакция Елены Шубиной, 2014; protivpytok.org  

Обсуждение ()
Новости партнёров
Загрузка...
keyboard_arrow_up