Чемодан Чемодан

Из Риги в Лондон: «Скучаю по латвийскому снегу и купанию в озере»

0  

До своего отъезда из Латвии Арнис Красовскис имел вполне неплохую работу в Министерстве здравоохранения и о жизни за границей знал только по рассказам родственников и друзей. Однако, поняв, что особых карьерных перспектив у него нет, принял решение, которое круто изменило его жизнь. Теперь наш герой — состоявшийся бизнесмен, считающий, что даже «брексит» не будет главным фактором его возвращения на родину.

Без перспектив

До своего отъезда из Латвии в 2012 году я работал в Министерстве здравоохранения. В основном моя работа была связана с разработкой законодательства в медицинской сфере и с его соответствием нормам Евросоюза, в связи с чем мне приходилось где-то раз в месяц ездить в командировки в Брюссель. Я проработал там четыре года, и за это время, несмотря на то что официально моя должность не изменилась, мои обязанности сильно возросли.

Причины же моего отъезда были простые: первое, я хотел работать в сфере медицины в Еврокомиссии, но возможности туда попасть через Министерство здравоохранения Латвии я не видел. Вторая причина была связана с уровнем заработной платы.

Я посмотрел, сколько зарабатывают простые люди в Англии и высокие чиновники в Латвии, и понял, что заработок госсекретаря латвийского министерства не намного выше, чем минимальная зарплата в Великобритании, однако уровень ответственности и объем работы совершенно несопоставим.
«До своего отъезда из Латвии в 2012 году я работал в Министерстве здравоохранения» / Фото: sputniknewslv.com«До своего отъезда из Латвии в 2012 году я работал в Министерстве здравоохранения» / Фото: sputniknewslv.com

Также на мой отъезд повлияло и некоторое недопонимание со стороны начальства. К нам периодически приезжали чиновники Еврокомиссии, которые просили, чтобы мы представили им вопросы или замечания, связанные с нашей работой, которые они могли бы принять к сведению. 

Я представил своему начальству список из тридцати вопросов и получил ответ, что один вопрос, да, нормальный, а остальные задавать не нужно, они и так понятны. 

Однако во время встречи с чиновниками я подумал, что ничего не случится, если задам все свои вопросы, тем более что остальных присутствующих общение с людьми из Еврокомиссии особо не интересовало, во всяком случае, вопросов им много не задавали.

Интересно, что работники Еврокомиссии не смогли ответить на пять моих вопросов и сказали, что им нужно уточнить ответы, так как они даже не думали, что на проблему можно посмотреть под таким углом. По их мнению, данное мероприятие оказалось наиболее качественным за всё время, и они очень просили довести это до сведения министра. 

Однако после того, как министр сказал это моему начальнику, этот человек спокойно ответил, что это заслуга всех участников, готовивших визит, а мой личный вклад в успешность визита так и не был оценен. И после таких слов, когда я отчетливо помнил его критику по поводу моих вопросов, я понял, что мне здесь делать нечего. 

Ведь при таком подходе, когда не оценивается индивидуальный вклад одного человека, аппарат не может развиваться.
«Я посмотрел, сколько зарабатывают простые люди в Англии и высокие чиновники в Латвии, и понял, что заработок госсекретаря латвийского министерства не намного выше»«Я посмотрел, сколько зарабатывают простые люди в Англии и высокие чиновники в Латвии, и понял, что заработок госсекретаря латвийского министерства не намного выше»

Начать всё с нуля

Если говорить о том, почему именно Великобритания, — тут тоже всё просто. Задумавшись об отъезде, я стал искать, куда я могу устроиться, и случайно нашел одну неправительственную организацию, которая как раз занималась вопросами медицинских прав граждан Евросоюза, проживающих в Великобритании. 

У них была вакантная должность, я на нее претендовал и прошел по конкурсу. Также я знал английский язык, в отличие от французского, который нужен при работе в Брюсселе. Я считаю, что приезжать в Бельгию, не зная французского языка, как-то нелогично. Ну и в Великобритании у меня жил брат, то есть какое-то время я мог рассчитывать на его помощь во время переезда. Ведь так получилось, что через месяц после моего переезда в Великобританию ко мне приехала жена и двое моих детей.

«Наш английский язык совсем не такой, какой он здесь» / Фото: citforum.ru«Наш английский язык совсем не такой, какой он здесь» / Фото: citforum.ru

Естественно, жизнь и работа в Британии сильно отличались от того, к чему я привык в Латвии. Наш английский язык совсем не такой, какой он здесь. И если ты думаешь, что ты знаешь английский язык, то, приехав в Великобританию, понимаешь, что ты его не знаешь.

Можно сказать, что первые полтора месяца я учил язык заново. Также отличается и сам подход к работникам. Здесь приезжих по нескольку раз переспрашивают, понимают ли они, что от них требуется, пытаются объяснить и проверяют их работу. Интересно, что делается это не для того, чтобы наказать, а для того, чтобы убедиться, что ты всё делаешь правильно.

Вообще, приехав в Англию, я столкнулся с некоторыми трудностями. Той неправительственной организации, в которой я думал работать, «обрезали» финансирование, и оказалось, что для меня работы больше нет. Поэтому мне пришлось искать что-то другое, не связанное с моей сферой. Ведь в Англии конкуренция очень большая и не всегда полученное тобой образование могут приравнять к местному. В этом смысле моей жене повезло больше: ей засчитали ее диплом педагога и она смогла устроиться в школу учителем младших классов.

Фото: elearningindustry.comФото: elearningindustry.com

Свой бизнес

Мне же пришлось начинать всё заново, но я решил, что раз я хочу работать в сфере медицины, то я буду это делать. Открыть свой бизнес в Англии очень легко, и через два месяца после приезда я уже занимался им. Само открытие фирмы у меня заняло всего лишь двадцать минут, и вот уже более пяти лет я работаю на себя. Я вместе со своими коллегами помогаю людям из Восточной Европы, живущим и работающим в Англии, найти лечение за границей. Это могут быть как разные врачебные операции, так и просто плановые проверки.

Вообще сфера здравоохранения в Великобритании имеет определенные проблемы: большие очереди, низкое качество, — так что работа у нас есть.

Большинство клиентов — это люди из Латвии, Литвы или Польши, которые, приехав в Англию и посетив местного врача, понимают, что лучше бы им поехать на лечение в их страны, откуда они приехали. Кроме этого, по нормативам Евросоюза, пациент, живя в одной стране ЕС, имеет право лечиться в другой стране, даже в частной больнице, и также имеет право на возвращение денег за это лечение. Это является второй частью моего бизнеса: мы не просто находим клиентам клиники, но и помогаем им потом вернуть потраченные деньги.

У меня в фирме постоянно работает пять человек, но я предпочитаю называть их не работниками, а коллегами, так как я не считаю себя их начальником.

«Открыть свой бизнес в Англии очень легко, и через два месяца после приезда я уже занимался им» / Фото: news.ifmo.ru«Открыть свой бизнес в Англии очень легко, и через два месяца после приезда я уже занимался им» / Фото: news.ifmo.ru

На мой взгляд, если ты начинаешь вести себя как начальник, то со временем может появиться барьер, когда твой коллега просто не сможет открыто говорить с тобой о проблемах твоего бизнеса.

В то же время мне, как руководителю, очень важно, чтобы таких проблем не было. Тем самым, моим коллегам не просто разрешено перечить мне, если они видят, что я, по их мнению, делаю что-то не так, — это даже поощряется.

«Брексит» и отношение к эмигрантам

В целом могу сказать, что «брексит» совершенно не оказал никакого влияния на мою жизнь и мою работу. Единственное только, что стало больше вопросов, а возможно ли еще делать то, чем мы занимаемся. Отвечаю: да, возможно. Пока еще никаких изменений в законодательстве нет, и неизвестно, когда они будут и будут ли вообще, несмотря на то что голосование по выходу Великобритании из ЕС произошло почти полтора года назад. Кроме этого, я могу заметить, что проблемы, связанные со здравоохранением, лишь увеличились, и людей, стремящихся воспользоваться нашими услугами, стало больше.

Также я заметил, что отношение местных к эмигрантам особо не менялось. Менялось отношение к тебе как человеку.

Если кто из англичан тебя не знает, то он может выказать к тебе несколько пренебрежительное отношение из-за того, что ты эмигрант. Но если ты на хорошем английском языке сможешь объяснить ему, что он неправ, то он тебя сразу начнет уважать. Я пересекаюсь со многими англичанами разных профессий и уровня образования, и какого-то негативного отношения к себе я не замечал.

«В целом могу сказать, что «брексит» совершенно не оказал никакого влияния на мою жизнь и мою работу» / Фото: elobservador.com.uy«В целом могу сказать, что «брексит» совершенно не оказал никакого влияния на мою жизнь и мою работу» / Фото: elobservador.com.uy

Еще в своем городе я играю в баскетбол, и там ни у кого даже в мыслях нет обсуждать мою национальность или страну рождения.

Обсуждать могут мою игру, профессиональные навыки, но не это. Но так как я в баскетбол стал играть еще в Латвии и уже три года играю здесь, то особых претензий ко мне нет. Конечно, команда у нас не профессиональная, а любительская; все игроки где-то работают, а играют только для своего удовольствия, но мы также ездим и на соревнования в соседние города, и, на мой взгляд, я удачно вписался в состав.

Дети

Два моих сына приехали в Англию, когда им было семь и пять лет. Сейчас они оба учатся в школе. Конечно, поначалу эмоционально им было трудно, ведь английский не является их родным языком. Но могу сказать, что английская система придумала, как помочь таким детям. Пока дети учатся, им находят помощника среди других учеников, которые знают его язык.

У моего старшего сына был выбор между латышским и русским языком, и в его школе как раз была девочка, которая говорила по-русски.

Она была его переводчиком: если у него возникали какие-то вопросы, которые он не мог объяснить, то учителя звали эту девочку, а она переводила.

Кроме этого, я каждый день, после того как у сына заканчивались уроки, встречался с педагогом, который как раз работал с детьми, чьи родители недавно приехали, и она мне рассказывала, как у него дела, что надо сделать для улучшения его навыков языка. Мы каждый вечер читали книги, через три месяца у моего сына уже почти не было проблем с коммуникацией, а через 4–5 месяцев у него уже не было проблем с образованием, он достиг уровня, соответствующего уровню его английских сверстников.

«Сейчас мои дети уже сносно говорят на английском, однако дома я с ними общаюсь исключительно на латышском»«Сейчас мои дети уже сносно говорят на английском, однако дома я с ними общаюсь исключительно на латышском»

В свою очередь, с младшим сыном было еще меньше проблем. Ему было легче, так как он был младше и тот объем знаний, который ему давали, изначально был меньше.

Сейчас мои дети уже сносно говорят на английском, однако дома я с ними общаюсь исключительно на латышском.

Если они хотят говорить на иностранном языке, то могут говорить по-русски, но не по-английски. Я хочу, чтобы мои дети знали как можно больше языков, ведь эти знания уж точно им не помешают.

Дело в мелочах

Вообще, живя здесь, ты начинаешь уделять внимание мелочам, на которые в Латвии совсем не обращал внимания. Например, в Латвии я никогда бы не начал разговор с продавщицей в магазине на какие-нибудь отвлеченные темы, тогда как здесь это в порядке вещей. Простой, ни к чему не обязывающий разговор, который заражает всех хорошим настроением, чего в Латвии пока еще нет.

Печально, но в Латвии многие люди готовы ради пяти евро перегрызть друг другу глотку, несмотря на то что через пару дней им придется вместе работать.

В этом смысле, находясь в Великобритании, ты начинаешь на многие вещи смотреть по-другому. Пару раз в год я обязательно приезжаю в Латвию, и это не считая поездок по работе. И, глядя на людей, я не понимаю, как они выживают. Конечно, я скучаю по своим родителям и часто думаю о том, чтобы перевести их сюда, но они этого не хотят. Так что пока приходится общаться дистанционно, но с нынешними технологиями проблемой это не является.

Еще зимой мне не хватает снега, а летом — купания в озере или речке, что здесь во многих местах запрещено.

Однако возвращаться обратно я не собираюсь. К сожалению, в Латвии ничего не меняется и предпосылок к переменам я не замечаю. Да, мой отец говорит, что дом у меня в Латвии, но я считаю, что мой дом там, где моя семья и мои дети. Сейчас мы живем в Англии, а что будет дальше, посмотрим. Многое зависит от изменения законодательства и от того, смогу ли я и дальше вести свой бизнес. Но я уже занимаюсь диверсификацией возможных рисков, так что за свое будущее я спокоен.

«К сожалению, в Латвии ничего не меняется и предпосылок к переменам я не замечаю» / Фото: emigrant.guru«К сожалению, в Латвии ничего не меняется и предпосылок к переменам я не замечаю» / Фото: emigrant.guru


Читать другие истории эмигрантов

Обсуждение ()
Новости партнёров
Загрузка...