Тема недели:
Евродепутат: вмешательство России спасло Сирию и Европу
Интервью с депутатом Европейского парламента от Латвии (социал-демократическая партия «Согласие») Андреем Мамыкиным.
Вторник
28 Февраля 2017

Евроинтеграция Украины: возможен ли польский сценарий?

Автор: Игорь Баринов

Евроинтеграция Украины: возможен ли польский сценарий?

05.08.2013  // Фото: highway.com.ua

Вопрос участия в том или ином интеграционном проекте для Украины становится все более насущным, что связано, прежде всего, с необходимостью дальнейшей геоэкономической самореализации страны в условиях формирования новых экономических и политических центров в Европе и мире. В связи с этим в политико-экспертном сообществе Украины все больше набирает популярность идея практически полного заимствования польского опыта евроинтеграции. Однако при этом игнорируется тот простой факт, что польская модель достижения европейского успеха в украинских реалиях вряд ли возможна.

Украинское руководство не скрывает, что в качестве примера евроинтеграции и осуществления модернизации по европейскому образцу она видит именно Польшу. В частности, в марте 2012 г. тогдашний глава МИД Украины Константин Грищенко отметил, что «Украине нужна европейская политика, близкая к польской», но «все же с выраженной украинской спецификой». Данный тезис с тех пор не потерял свою популярность среди украинской правящей элиты.

Контакты Киева и Варшавы относительно вхождения Украины в состав Евросоюза имеют давнюю историю, которая насчитывает не меньше лет, чем нахождение Украины в СНГ. Еще на заре 1990-х гг. президент Украины Леонид Кравчук обратился к своему коллеге, главе Польши Леху Валёнсе, с предложением о создании зоны стабильности и безопасности в Восточной и Центральной Европе.

Однако Польша сочла тогда совместную с Украиной стратегию неперспективной.

Такой поворот в польской политике был обусловлен рядом причин. С одной стороны, в дело вступили экономические реалии. Начавшиеся в Польше после деконструкции социалистической системы изменения в экономике привлекли в страну европейских инвесторов, что создало возможности для достаточно быстрого и стабильного экономического роста. Украина же, несмотря на то, что у нее с Польшей достаточно схожие ресурсы, после обретения независимости на некоторое время оказалась в экономической изоляции из-за разрыва налаженных связей с другими бывшими союзными республиками, в стране началась гиперинфляция. Переход к капиталистическому способу ведения хозяйства, прошедший в Польше резко, с короткой рецессией (1989-1992) и в условиях конструктивного диалога власти и общества, в Украине шел болезненно, сопровождаясь внутренней нестабильностью, общественным разобщением и длительной рецессией (по некоторым оценкам, затянувшейся до 2002 года). В этих условиях, если во второй половине 1990-х гг. ВВП Польши на душу населения рос на 6 %, то Украина даже в 2010 г. занимала по аналогичному показателю, согласно оценкам журнала The Economist, последнее место в Европе. К моменту прихода к власти президента Януковича украинская инфляция переступила порог 12 %, тогда как в Польше она не достигла и 3%.

С другой стороны, речь идет об идущих рука об руку с экономикой политических особенностях и общественном консенсусе.

Как элиты, так и население Польши в начале 1990-х гг. поддерживали идею «возвращение в Европу» и стремление избавиться от социалистического прошлого. Линию на евроинтеграцию поддерживали руководившие Польшей в 1990-е – первой половине 2000-х Лех Валёнса и Александр Квасьневский. Диалог между властью и обществом, равно как и политическая воля польского руководства в проведении экономико-политических преобразований, закрепили их. Политические и рыночные реформы, в свою очередь, вызвали интерес Евросоюза к Польше как образцу стабильности в Восточной Европе. Впоследствии в ходе референдума о членстве Польши в ЕС в 2004 году без малого 77,4 % населения высказались за евроинтеграцию. В итоге в наши дни Польша имеет возможность влиять на самые различные процессы, касающиеся Европы – польский клуб в Европарламенте насчитывает 51 депутата. В 2008 г. вместе со Швецией польская сторона представила программу «Восточного партнёрства» – проекта, подразумевающего вовлечение ряда стран бывшего СССР, в том числе, Украины, в европейскую орбиту взаимодействия.

В Украине же на фоне фактического раскола общества к середине 1990-х гг. и периодически возникающих политических кризисов руководство страны до сих пор не может выработать цельную концепцию внешнеполитического позиционирвания и найти пути достижения внутриполитического консенсуса. В этой связи, несмотря на украинскую активность по вопросам, касающимся евроинтеграции, настроение широких масс не склоняется целиком к Евросоюзу: согласно исследованиям Института Горшенина, на настоящий момент европейский вектор развития поддерживают около 42% украинцев, тогда как вступление в Таможенный союз по душе почти 35 % опрошенных.

Стремление же Евросоюза, как принято отмечать в среде украинских экспертов, «солидаризировать украинское об­щество на основе преемственности нормативно-ценностных евростандартов», при атомизированности этого общества, наоборот, приводит к возникновению искусственного и не соответствующего действительности общественно-политического ландшафта.

Вместе с тем, во время «европеизации» Польши в Украине, напротив, произошло снижение уровня демократии и экономических свобод (161 место на 2013 г., по оценке Heritage Foundation), а также появились примеры «политически мотивированных судебных решений». Все обозначенные пункты, с точки зрения Евросоюза, являются критическими для Украины, если она желает и дальше действовать на треке европейской интеграции. На это, в частности, указывал и вице-президент Европарламента Яцек Протасевич на состоявшемся в мае этого года экспертном форуме «Украина-2013. Повестка дня», и президент Ассамблеи Совета Европы Жан-Клод Миньон в ходе своего последнего визита на Украину, и многие другие высокие европейские политики. Кроме того, очевидно, что политическое руководство Украины стремится получить бенефиции, избегая конкретных обязательств. В пользу этого говорит и многолетняя нерешительность элит, и расплывчатый договор об ассоциированном членстве в ЕС при том, что в Киеве уже считают деньги от будущего экономического взаимодействия с ЕС: по оценкам Киевской школы экономики, в долгосрочной перспективе это дополнительный прирост экспорта на 19-26 млрд. долларов в течение трех лет.

Стоит заметить, что Брюссель, со своей стороны, в данном случае скорее стал наблюдателем, чем активным действующим лицом, отдав украинские дела «на откуп» Польше, инициировавшей диалог в рамках «Восточного Партнёрства». Но упомянутая нерешительность постепенно вызывает беспокойство, а порой и раздражение у Варшавы.

Если год назад евроинтеграция Украины была названа президентом Польши Комаровским одним из приоритетных направлений внешней политики Варшавы, то в апреле этого года глава польского МИД Радослав Сикорский весьма скептически оценил возможности этого вектора украинской внешней политики, заявив, что, если бы тогда речь шла о подписании Соглашения об ассоциации и зоне свободной торговли между Украиной и ЕС, то «ответ был бы нет».

Польские экспертное сообщество не демонстрирует единодушия относительно вопроса вхождения Украины в ЕС. К примеру, эксперты, опрошенные влиятельной польской газетой «Республика», с сомнением относятся к будущему украинской интеграции в ЕС. Но при этом, например, ведущий польский политолог Вальдемар Кучинський воспринимает евроинтеграцию Украину достаточно положительно, видя в этом обеспечение общеевропейской безопасности, и указывая на перспективность рынков Украины и всего СНГ для Евросоюза.

Тем не менее, главным камнем преткновения становится вопрос изменения самой властной парадигматики в странах «Восточного партнерства» и доведения существующих в этих странах общественно-правовых норм и отношений до уровня Евросоюза.

На это было обращено особое внимание в письме экспертов восьми польских аналитических центров (в их числе директор Центра международных отношений в Варшаве Бартоломей Новак и президент Института публичных отношений Яцек Кухарчик), опубликованном в «Газете выборчей» еще накануне нового 2012 года. Летом 2013 г. эту же мысль в более резкой форме озвучил депутат сейма Польши от консервативной партии «Право и справедливость» Бартош Ковнацкий, заявивший, что евроинтеграция обяжет Украину «соблюдать определенные правила поведения», свойственные Евросоюзу.

В целом, если сравнивать позиции Польши и Украины перед вступлением в Евросоюз, то следует иметь в виду не только различия первоначальных позиций двух стран, но и наличие у польского руководства гораздо большей политической воли и чёткой программы для поступательного развития в сторону евроинтеграции. В случае с Украиной мы имеем противоположную ситуацию, ввиду которой польский сценарий для Киева представляется мало выполнимым в силу обозначенных объективных предпосылок как в экономической, так и политической и социо-культурной сферах.

В мае этого года, выступая на радио, посол Польши в Украине Генрик Литвин призвал Киев не копировать польский путь евроинтеграции, подчеркнув различия двух стран.

Теперь, в условиях вероятных подвижек в программе «Восточного Партнерства», Украина может оказаться в числе тех стран, с которыми Варшава начнет интенсивный диалог. Другой вопрос, насколько будет нужна такая активность Киеву, который, как уже было сказано, не стремится брать на себя лишнюю ответственность, ограничиваясь политической демагогией. 

Комментарии
Читайте также
Новости партнёров
Загрузка...

Курсом мордорнизации

Курсом мордорнизации

Реформаторские инициативы, подобные казахстанским, примерно в то же время появились в Узбекистане, могут в ближайшее время появиться в России или Беларуси, но никогда — в странах Прибалтики и Украине. Там категориями модернизации больше не мыслят.

Переродившиеся убийцы

Переродившиеся убийцы

«Убийство — незаконно. Поэтому все убийцы заслуживают наказания. Если, конечно, они не убивают тысячами, под звуки фанфар».

Сериалы против политики!

Сериалы против политики!

Попробуй отличить правду от выдумки сценаристов!

Трагедия Волыни: «Убивали ножами, топорами, палками...»

Трагедия Волыни: «Убивали ножами, топорами, палками...»

В деревне около Подкаменя униатский священник раздавал листовки, призывающие убивать «ляхов».

Попробуйте новый дизайн!

Дорогой читатель, предлагаем Вам попробовать новую версию нашего сайта. Вы в любой момент сможете вернуться к текущей версии сайта, а также оставить свой комментарий и оценку.

Попробовать!
Нет, спасибо