Тема недели:
На Западе критикуют модель развития Прибалтики
Западные экономисты и аналитики полны пессимизма в отношении Литвы, Латвии и Эстонии.
Среда
07 Декабря 2016

Остров невезения: Прибалтика в контексте энергополитики ЕС

Автор: Александр Голяшев

Остров невезения: Прибалтика в контексте энергополитики ЕС

10.04.2013  // Фото: http://www.dcnews.ro

Существующая в зарубежных странах Восточной Балтики (Финляндия, Эстония, Латвия, Литва и Польша) газовая инфраструктура представлена, в первую очередь, трубопроводами из России, которые напрямую или транзитом через Украину и Беларусь обеспечивают весь импорт российского газа в регион. При этом если смотреть на страны Восточной Балтики в границах Европейского союза, то Прибалтика, пусть и имеющая внутренние газопроводы между Литвой и Латвией и между Латвией и Эстонией, и Финляндия являются своего рода «островами», не имеющими связи с остальной территорией Европейского союза. Изменение данной ситуации является отдельной задачей региональной политики Брюсселя.

Польша, связанная трубопроводной сетью с Германией и Чехией, является единственной зарубежной страной Восточной Балтики, импортирующей газ не только из России, пусть и относительно немного: по данным ВР, в 2011 г. 15% импорта Польши пришлось на Германию; также страна, по данным МЭА, в 2012 г. импортировала газ еще из Чехии, а до 2007 г. – из Норвегии.

С точки зрения Европейского союза повышение энергобезопасности зарубежных стран Восточной Балтики в плане развития газопроводной инфраструктуры заключается в выполнении двух задач: объединение газопроводных систем Финляндии и Прибалтики и присоединение Прибалтики (по возможности уже с Финляндией) к газопроводной сети Польши, уже имеющий выход на общеевропейский рынок газа.

Решить первую задачу призвана реализация проекта Balticconnector – строительство газопровода, который в 2014-2015 гг. должен соединить газотранспортные системы (ГТС) Финляндии и Эстонии. Трубопровод пройдет по дну Финского залива, его мощность составит около 2,5 млрд. куб. м в год. Проект реализуется совместно финской Gasum, эстонской Eesti Gaas и латвийской Latvijas Gāze.

Впервые Gasum объявила о планах по строительству финско-эстонского газопровода в июле 2006 г. Компания хотела получить доступ к Инчукалнскому ПХГ для диверсификации и повышения надежности поставок газа в периоды пикового потребления. Сдать трубопровод в эксплуатацию планировалось в 2010 г., и он должен был соединить Финляндию и эстонский Палдиски. Позже разговоры о проекте затихли. Однако в связи с обсуждением вариантов строительства СПГ-терминала в Восточной Балтике Balticconnector вновь стал актуален. В феврале 2011 г. Gasum представила отчет о предварительных технических изысканиях по нему. Предлагаются два маршрута: труба пройдет в Палдиски либо из Инкоо, либо из портового центра Вуосаари в Хельсинки. В первом случае ее протяженность составит 80 км, во втором – достигнет 140 км.

Вероятно, первый вариант маршрута будет реализован вместе со строительством крупного (регионального уровня) регазификационного терминала в Инкоо для поставок в Прибалтику, а второй, при его возведении в Эстонии, Латвии или Литве – для поставок в столичный финский регион. По оценке Gasum стоимость проекта составит 96 млн. евро. Схема финансирования и степень участия в нем Европейского союза будет определена позднее, однако правительство Эстонии придает ему немалую важность.

В докладе Booz & Company (немецкая консалтинговая компания, которая провела в 2012 г. сравнительный анализ конкурирующих проектов СПГ-терминалов в Прибалтике) указаны другие возможные маршруты: Инкоо – Палдиски и Инкоо – Таллин, а стоимость газопровода оценивается в 141 млн. евро; при этом в случае строительства СПГ-терминала в Литве или Латвии реализация проекта Balticconnector не рекомендуется. Окончательный маршрут Balticconnector будет определен позднее, когда страны достигнут договоренности о месте строительства регионального СПГ-терминала.

Вторая задача европейского плана по развитию газопроводной инфраструктуры зарубежных стран Восточной Балтики качественно отличается от первой – здесь речь идет о наземном трубопроводе GIPL (Gas Interconnection Poland – Lithuania), который свяжет ГТС Прибалтики и Польши через Литву по маршруту Варшава – Вильнюс. Согласно проведенной в феврале 2012 г. компаниями Lietuvos dujos (Литва) и Gaz-System (Польша) презентации проекта, протяженность газопровода составит 562 км. Его начальной точкой должен стать один из узловых пунктов польской ГТС – станция Рембельщизна, а конечной – открытая в начале 2011 г. компрессорная станция Янюнай в Литве. Проектная мощность GIPL составляет 2,3 млрд. куб. м (с возможностью ее удвоения в будущем), а стоимость оценивается от 471 млн. евро (по оценкам Ernst & Young, проведшей в 2011 г. ТЭО проекта) до 537 млн. евро (по данным доклада Booz & Company). Основная часть инвестиций (около 3/4) будет обеспечена польской стороной, так как именно по ее территории пройдет большая часть трубопровода – 351 км. Начало строительства ожидается в 2016 г., а сдача в эксплуатацию – в 2018 г.

Основная задача GIPL – диверсификация поставок газа в Литву: они будут осуществляться из Польши и, возможно, Германии. К тому же после введения в строй газопровода Польша получит доступ к Инчукалнскому ПХГ в Латвии, что также повысит надежность работы ГТС зарубежных стран Восточной Европы, а Прибалтика, наконец, станет составной частью ГТС Европейского союза.

Согласно исследованию Booz & Company, строительство GIPL будет оправдано только в случае реализации проекта регионального импортного СПГ-терминала в Эстонии (или Финляндии) и если при этом еще один не появится в Литве. И если первое условие, вполне вероятно, будет выполнено, то второе – вряд ли: плавучий регазификационный терминал для Литвы уже строится.

Эффект повышения надежности снабжения Прибалтики газом будет гораздо выше, если GIPL будет построен наряду с рядом соединительных газопроводов между прибалтийскими республиками, а также трубопроводом Balticconnector и СПГ-терминалом в Эстонии или Финляндии.

Интересно, что 4 из 5 компаний, участвующих в проектах Balticconnector и GIPL (без реализации этих проектов эффект от строительства регионального СПГ-терминала и прочих шагов, направленных на снижение зависимости зарубежных стран региона от импорта российского газа, будет незначителен) частично принадлежат «Газпрому». Так, 25% акций финской Gasum, 34% латвийской Latvijas Gāze, 37% эстонской Eesti Gaas (Balticconnector) и 37,1% литовской Lietuvos dujos (GIPL) являются собственностью российской компании.

Очевидно, что вышеозначенные проекты противоречат ее интересам, и их реализация может быть затруднена или даже заблокирована российской компанией.

Для преодоления этой ситуации прибалтийские государства делают попытки оттеснить «Газпром» от управления своими национальными компаниями, активно ссылаясь на нормы Третьего энергопакета ЕС (Third Internal Energy Market Legislative Package). В свете традиционно напряженных отношений России со соседними странами Восточной Балтики (за исключением, пожалуй, Финляндии), этот процесс, в котором активную роль играют также арбитражные суды ряда стран, может надолго затянуться и довольно непредсказуемым образом повлиять на развитие газовой отрасли региона.

Кроме того, важным фактором, который может повлиять на развитие газовой инфраструктуры в регионе, являются действующие долгосрочные контракты на поставки трубопроводного газа из России. Эстония и Литва обязались покупать топливо у «Газпрома» до 2015 г. включительно, то есть для этих двух стран вопрос об альтернативных вариантах по снабжению газом с 2016 г. вполне актуален уже сегодня. Финляндия и Латвия будут связаны с «Газпромом» намного дольше – до 2025 и 2030 гг., соответственно, а Польша – до 2022 г. Таким образом, в ближайшие годы при отсутствии значительного прироста объемов потребления газа в зарубежных странах Восточной Балтики, потребности как минимум трех из них будут и далее полностью или почти полностью удовлетворяться «Газпромом» (в том, конечно, случае, если страны Восточной Балтики и их компании не оспорят в арбитраже принцип «бери или плати», согласно которому они обязаны выбирать установленный договорами минимальный объем газа).

Мы видим, что реальные ограничения на возможность реализации проектов СПГ-терминалов накладывает экономическая ситуация с изменением объемов потребления газа в будущем. При этом вероятность того, что потребление газа в регионе будет заметно расти, невелика.

Наоборот, по некоторым оценкам ЕС, во всех странах (кроме потребляющей наименьшие объемы газа Эстонии) до 2030 г. будет наблюдаться снижение или стабилизация уровня потребления, что связано с целым комплексом социальных, демографических и экономических факторов. С другой стороны, в докладе Booz & Company рассмотрены два сценария: в базовом предполагается незначительный рост потребления газа в регионе, а в «высоком» – рост более чем на 50%.

Учитывая, что строящийся плавучий СПГ-терминал для Литвы планируется закончить в 2014 г., а литовский и эстонский газовые контракты с «Газпромом» истекут в 2015 г., а также исходя из реалистичного предположения, что в ближайшие несколько лет суммарное потребление газа в этих странах останется на уровне 4 млрд. куб. м в год, можно заключить, что терминал в Клайпеде, чья мощность составит 2-3 млрд. куб. м в год, покроет как минимум половину их потребностей.

Принимая во внимание отсутствие общей границы, невысокий уровень потребления газа в Эстонии и в целом литовский, а не региональный, характер проекта в Клайпеде, мы придем к тому, что Литва, обзаведясь терминалом, диверсифицирует энрегопоставки: максимально загрузив его мощности, страна сможет сократить газопроводный импорт из России более чем вдвое.

Говоря о более отдаленной перспективе, отметим, что при условии реализации проекта регионального СПГ-терминала, Balticconnector, GIPL и улучшения связанности ГТС Литвы, Латвии и Эстонии, Booz & Company оценивает уровень диверсифицированности поставок газа в Прибалтику, то есть долю, которую можно будет закупать не в России, на уровне 63%. Доля российского газа в польском импорте в любом случае упадет меньше всего (даже при реализации национального проекта СПГ-терминала в Свиноуйсьце), просто в силу высокого потребления. Финляндия, в свою очередь, в случае строительства регионального терминала не на своей территории сможет получать по Balticconnector не более половины объемов своего текущего потребления газа.

Справка RuBALTIC.Ru: Александр Голяшев - Советник Управления экспертно-аналитических работ, Аналитический центр при Правительстве Российской Федерации.


Комментарии
Читайте также
Новости партнёров
Загрузка...

Этот стон у них свободой зовется

Этот стон у них свободой зовется

«Граждане, расходимся, у меня знакомый дипломат в Чикаго есть, он сказал, что всё будет путем, за Литву словечко замолвят, без паники!».
Политики этих стран клеймят «ватников» за «рабское сознание», высокомерно улыбаются при словах о том, что их правительства назначаются по звонку из посольства США, гордо бросают «Мы играем в западных клубах» и пытаются учить демократии.

Пишите письма

Пишите письма

Звон дипломатических сабель, хруст переломленных копий... Резолюция в ответ на резолюцию, против демарша — демарш. За всем этим тихо, полушепотом — новости мелкокалибербные вроде бы, малозначительные. Но очень симптоматичные. На них стоит иногда обращать внимание.

Чей туфля?

Чей туфля?

Угадайте политика по обуви!

Страны Балтии и Россия: общее прошлое

Страны Балтии и Россия: общее прошлое

История взаимоотношений народов Литвы, Латвии и Эстонии с Россией начиналась не в 1945 и даже не в 1940 году. Она имеет куда более глубокие корни, исчисляемые столетиями.