Тема недели:
Европа больше не будет кормить Прибалтику
Евросоюз со следующего года сокращает на четверть финансирование программ по поддержке стран Восточной Европы.
Пятница
02 Декабря 2016

История Второй мировой войны как арена идеологического противостояния

Автор: Игорь Шишко

История Второй мировой войны как арена идеологического противостояния

07.05.2015  // Фото: http://galerey-room.ru

Приближающееся празднование 70-летия Великой Победы стало «лакмусовой бумажкой», выявившей тенденцию к переосмыслению результатов войны и роли в ней стран-участниц. Так, Литва и вовсе отказалась от своего вклада в победу над фашизмом и заявила, что у нее нет оснований праздновать эту дату. Портал RuBaltic.ru решил обсудить восприятие Второй мировой войны в европейских и, в частности, в прибалтийских странах с профессором БФУ им. И.Канта Александром ЗОЛОВЫМ.

- Александр Владимирович, как в западной историографии трактуют историю Второй мировой войны? На что обращают внимание? Какие принципиальные акценты расставляют?

- История Второй мировой войны снова стала ареной идеологического противостояния. Это не штамп, это суровая реальность. Если учесть, что в настоящий момент Россия пытается позиционировать себя как самостоятельная политическая сила, то одна из целей этого процесса – дискредитация России как правопреемницы Советского Союза. А одна из немногих вещей, что осталась у нас, чем мы можем вполне законно гордиться — это наше победоносное участие во Второй мировой войне. Поэтому дискредитировать эту память, дискредитировать Советский Союз, Красную Армию — очень даже желательная цель наших псевдопартнеров на Западе. Отсюда масса книг, которая вышла в последнее время, где преследуются две основные цели: обработка общественного мнения собственной страны в антироссийском духе плюс обработка общественного мнения в самой России в этом же ключе. Ряд этих книг переведен на русский язык, причем изданы книги, к большому сожалению, без надлежащих комментариев. Изданы красиво! В прямом смысле этого слова. Это действительно роскошные тома, хорошая бумага, все достойно сделано. Но содержание… отнюдь не дружественное нам.

Для дискредитации СССР реанимирована концепция тоталитаризма. Ее суть заключается в том, что характер государства определяется степенью и ролью государства в формировании повседневной жизни общества. Тоталитарное государство — это государство, которое стремится взять под контроль все без исключения стороны человеческого бытия. Если подходить с этой точки зрения, то ставят на одну доску страны, где государство действительно играло важную роль. Под этот критерий подпадают и национал-социализм в Германии, и фашизм в Италии, и коммунизм в Советском Союзе.

И если брать за основу критерий степени огосударствления, то здесь самым тоталитарным становится Советский Союз. А раз они как бы однотипны, то выходит, что Советский Союз более тоталитарен, чем Германия. Поскольку же германский национал-социализм однозначно сочтен режимом преступным, то получается, что, будучи сверхтоталитарным государством, мы выходим в разряд еще больших преступников, чем они.

Отсюда первый тезис: мы — тоталитарное государство.

Второе, на что делается акцент, — это характер войны. По мнению этих историков, Вторая мировая война была не просто войной добра со злом, демократии против нацизма, но во многом — противостоянием двух тоталитарных режимов, каждый из которых был плох по-своему. А отсюда и третье: Красная Армия пришла в Восточную Европу не как освободитель, а как новый захватчик, новый оккупант. Они открытым текстом говорят: «кратковременная нацистская оккупация сменилась долговременной советской». Чтобы подтвердить, что мы оккупанты — и это четвертый момент — они стремятся показать, какая дикая орда явилась в цивилизованную Европу. Идет настоящая демонизация Красной Армии по всем статьям: неграмотные, темные, не могли отличить электрическую лампочку от керосиновой, не знали, что такое унитаз, творили бессмысленные грабежи и погромы, чинили сплошное насилие, причем приводят какие-то сумасшедшие цифры несчастных изнасилованных немок, венгерок, полек, евреек. Вот и получается, действительно, новое монгольское нашествие на несчастную Европу. Таковы основные моменты, которые сейчас более-менее отчетливо прослеживаются на Западе.

Еще нас обвиняют в развязывании Второй мировой войны, клеймя позором пакт о ненападении 1939 года. В 1989 году Съезд Народных депутатов СССР принял резолюцию, осуждающую этот «преступный» сговор Сталина с Гитлером. И нам в итоге опять говорят — «ну вы же сами признали!». Был принят документ о том, что мы, именно мы расстреляли поляков в Катыни. Когда об этом заявил публично Ельцин, потом Путин, Медведев — все каялись публично, а что, спрашивается, поляки должны делать? Опровергать эти заявления? Естественно, нет. В этом отношении, к сожалению, мы сами создаем себе проблемы, которые потом пытаемся с блеском преодолевать. Этакая наша старая добрая национальная традиция.

- А какая-то более-менее объективная историография на Западе присутствует? Кто-то, кто взвешенно подходит?

- Естественно, нельзя говорить за всех. Историю, которую пишут именно с такой, если можно сказать, нормальной точки зрения, у нас, что удивительно, не переводят и не издают. Издают и продают работы откровенно русофобского характера, что весьма печально. Надо иметь в виду, что и наши издатели часто муссируют те же темы. Ведь откуда во многом Запад берет информацию об ужасном характере Красной армии? Из трудов наших соотечественников, наших эмигрантов (внутренних и внешних). Солженицын, Копелев, Рабичев, Гроссман. Естественно, потом на Западе говорят: посмотрите, это же ваши пишут, мы опираемся на них!

- В странах Балтии трактуют советское присутствие (начиная с 1940-го года) как оккупацию. Согласны ли Вы с таким утверждением?

- Оккупация означает захват другого государства, насильственное свержение законной власти и замену местных властей либо внешним управлением, либо местными коллаборационистами. Можно говорить о республиках Прибалтики, что там была ликвидирована национальная власть? На мой взгляд, не особо. Кроме того, оккупация, как правило, сопровождается разграблением данной страны оккупантами. Можно ли говорить об этом по отношению к странам Балтии? По-моему, не секрет, что именно за годы пребывания этих стран в составе СССР они превратились из отсталых картофельных республик в современные, развитые промышленные государства. Как сказал один умный человек, мы были страшными оккупантами: пришли, построили школы, больницы, исследовательские институты, фабрики, мосты, порты и так далее — ужасная была оккупация! И за счет чего после обретения независимости жили эти очень независимые государства? За счет проедания советского наследия и транзита российских грузов. А сейчас, когда это все кончилось, там большого блеска что-то не чувствуется. Интересно, чувствуют ли они себя сегодня действительно свободными? Когда на их территории находятся американские войска, когда новые покровители ведут себя, как вандалы — о чем говорил, например, мэр Вентспилса. Если это, действительно, независимость — ради бога, каждый выбирает свою судьбу по своему вкусу и характеру.

- В странах Балтии сейчас идет героизация тех, кто воевал на стороне фашистской Германии и так называемых «лесных братьев». То же самое сейчас происходит и на Украине. Можно ли назвать эти процессы идентичными?

- Думаю, вполне. И здесь, на мой взгляд, одна из главных причин заключается в том, что эти народы, не в обиду им будет сказано, реальной, самостоятельной истории, то есть прошлого, действительно заслуживающего внимания, не имеют (пожалуй, кроме Литвы, но и то времена великого Литовского княжества остались в очень далеком прошлом). Поэтому в условиях процесса самоидентификации, в стремлении обосновать свое право на независимое существование, они эту историю просто выдумывают. История же нуждается в героях. А если нет героев вроде наших Александра Невского, Минина и Пожарского, то подходят и Бандера, и «лесные братья».

Та история, которую они сейчас формируют, это история, основанная не на позитивном опыте. Это история от противного, история освобождения от чьего-то влияния. А кто оказался наиболее подходящим на роль врага и угнетателя? Россия, рядом с которой и в составе которой они долгое время пребывали.

Дистанцироваться от России, показывать себя ее жертвами, героизировать тех, кто боролся против — все это вполне логично.

- Известно, что «лесные братья» воевали с советскими войсками. А воевали ли они с немецкими войсками? Является ли это достаточным аргументом, чтобы в Литве их считали героями?

- Я не знаю, как они воевали с немецкими войсками. В Риге, например, проходят парады бывших воинов СС — я как-то сомневаюсь, что они воевали против Вермахта. Я не вижу там попыток героизации бойцов коммунистического, красного сопротивления нацистам. Героизируют пресловутых «лесных братьев», которые прославились в основном борьбой против советской власти и Советского Союза. Впрочем, как я уже говорил, каждая страна имеет своих героев.

- Как Вы думаете, смогут ли российские историки и прибалтийские найти какие-то точки соприкосновения в этих вопросах?

- Если будет желание найти, то почему — нет? А если они будут по-прежнему позиционировать себя как жертву советского (российского) империализма, постоянно кричать, что они находятся под угрозой российского вторжения… Как мы можем тогда найти общую точку? Где она? Что, надо объединиться с ними в однозначном осуждении советского прошлого, соглашаться, что Советский Союз — это плохо, а Россия — агрессор и империалист? Извините, но это не для нас.

- В последнее время в литовских СМИ и социальных сетях появилась точка зрения, что Калининградская область была передана Советскому Союзу по решению Потсдамской конференции только на 50 лет, и пора ее возвращать…

- Полная ерунда. Достаточно посмотреть документы. Есть решение Тегеранской конференции, Потсдамской. Вышел недавно отличный трехтомник документов нашего МИДа под названием «СССР: германский вопрос». Там очень подробно прослеживается вопрос о том, как решалась судьба Восточной Пруссии, причем начиная еще с 1941 года. Вначале действительно был момент, когда выдвигали предложение взять под советский контроль часть Восточной Пруссии лет на 25-30, как гарантию выплаты репараций немцами. Но это было в 1942 году. В дальнейшем это предложение было снято.

Была одно время идея передать эту территорию Литве, но и от этой мысли отказались. В Ялте этот вопрос не поднимался, а в Потсдаме речь шла однозначно о передаче этой территории Советскому Союзу. Между прочим, вместе с Мемелем, который был составной частью Восточной Пруссии. И который Советский Союз потом передал Литве — но это уже был акт доброй воли, ведь Литовская республика была частью СССР. Если быть здесь абсолютно точными, то Литва, выходя из Советского Союза и заявляя, что является жертвой пакта Молотова-Рибентропа, должна была уходить в границах 1939 года: без Мемеля, без Вильно, без тех территорий, которые получила от Беларуси, то есть без всего, что она получила от Советского Союза. Кстати, об этом в свое время говорил и Бразаускас.

- Можно ли сказать, что литовцы намеренно мифологизируют данное событие?

- Конечно, намеренно. В 1989 году им нужно было вырваться из-под советской опеки, и они начали раскручивать идею «преступного пакта». Вспомните, как в августе 1989 года была составлена цепочка памяти — от Таллина до границы с Польшей через все Прибалтийские страны — и как много они говорили, что их обидел Советский Союз, оккупировал, захватил… Если чисто юридически это рассматривать, то в 1939 году вообще не могло быть никакой речи об оккупации: по заключенным с прибалтийскими странами договорам Советский Союз получил всего лишь право размещать свои базы на их территориях, но по ним же советские войска не могли превосходить численность национальных армий. И плюс жесткий приказ наркомов обороны и иностранных дел не лезть во внутренние дела республик — есть такие приказы, под личную ответственность командиров, чуть ли не под угрозой расстрела. А в 1940 году, когда рухнула Франция и стало ясно, что следующим объектом агрессии будем мы, было как-то неуютно иметь под боком столь ненадежных союзников. Есть документы, которые показывают, как в той же самой Литве относились к пребыванию там советских войск: говорили, пусть русские привозят как можно больше добра, придут немцы — мы русских выгоним, а добро оставим себе. И вот как можно было мириться с тем, что у наших границ перед лицом такой страшной войны будут враждебные правительства?

А процесс перехода, кстати, прежнего режима к советскому, если проанализировать, происходил вполне конституционными методами: кризис правительства, роспуск законодательных органов, проведение новых выборов, которые в итоге привели к власти новое большинство. После чего глава государства уходит в отставку и передает полномочия своему преемнику. Тот формирует новое правительство, созывает новый парламент, который принимает решение о переходе в состав Советского Союза. Выглядит это вполне легитимно. Была ли здесь насильственность? Конечно, была. Но говорить о том, что эти выборы были сфальсифицированы, проходили под контролем НКВД? НКВД появился здесь только летом 1940 года, когда они уже вошли в состав СССР. И даже если бы его агенты действовали в период организации и проведения выборов 1940 года, то чисто технически, могли ли они взять под контроль все избирательные участки во всех трех странах и обеспечить там необходимое большинство? Это несерьезно, в конце концов. Почему, можно спросить, люди голосовали именно так? Потому что левые партии предложили им действительно хорошую перспективу. Нельзя забывать, что к 1940 году страны Балтии находились в тяжелейшем экономическом положении. Основные торговые партнеры — Англия и Франция — из-за войны оказались за пределами досягаемости. Начался настоящий кризис. Перспективы были самые плохие. А что обещали людям? Обещали союз с сильной страной, обещали развивать торговлю, обещали провести земельную реформу для крестьян — почему люди должны были отказываться от этих возможностей? Конечно, кто-то мог голосовать за коммунистов из страха, кому-то было все равно, кто-то голосовал по недомыслию. Но ведь выборы состоялись. И называть это фальсификацией я бы не стал.

Комментарии
Читайте также
Новости партнёров
Загрузка...

Этот стон у них свободой зовется

Этот стон у них свободой зовется

«Граждане, расходимся, у меня знакомый дипломат в Чикаго есть, он сказал, что всё будет путем, за Литву словечко замолвят, без паники!».
Политики этих стран клеймят «ватников» за «рабское сознание», высокомерно улыбаются при словах о том, что их правительства назначаются по звонку из посольства США, гордо бросают «Мы играем в западных клубах» и пытаются учить демократии.

Пишите письма

Пишите письма

Звон дипломатических сабель, хруст переломленных копий... Резолюция в ответ на резолюцию, против демарша — демарш. За всем этим тихо, полушепотом — новости мелкокалибербные вроде бы, малозначительные. Но очень симптоматичные. На них стоит иногда обращать внимание.

Бронзовый солдат: памятник воинам-освободителям Таллина

Бронзовый солдат: памятник воинам-освободителям Таллина

Авторами монумента освободителям столицы Эстонии, известного ныне как «Бронзовый солдат», стали архитектор Арнольд Алас и скульптор Энн Роос.