Тема недели:
На Западе критикуют модель развития Прибалтики
Западные экономисты и аналитики полны пессимизма в отношении Литвы, Латвии и Эстонии.
Среда
07 Декабря 2016

Гроссмейстер Карпов: США разучились играть в шахматы с Россией

Автор: Андрей Солопенко

Гроссмейстер Карпов: США разучились играть в шахматы с Россией

11.12.2015  // Фото: http://russiancouncil.ru/

Мировую политику образно сравнивают с игрой в шахматы, не случайно Збигнев Бжезинский назвал одну из своих главных книг «Великая шахматная доска». Так с кем, как не с гроссмейстером, можно обсудить международные процессы? Поэтому о шахматах спортивных и международных портал RuBaltic.Ru поговорил с 12-м чемпионом мира в этом виде спорта и депутатом Госдумы РФ Анатолием КАРПОВЫМ:

- Г-н Карпов, Россия всегда славилась своей сильной шахматной школой. По Вашей оценке, страна удерживает планку в этом сфере?

- Сейчас мы получили замечательный результат, которого очень долго ждали. Буквально совсем недавно в Исландии закончился командный чемпионат Европы, и давно мы такого результата не имели, когда и мужская, и женская сборная стали чемпионами. Причём это даже получило отклик на высочайшем уровне — в первый раз президент России Владимир Путин поздравил команды с победой на чемпионате Европы. Ранее это были Олимпийские игры или чемпионаты мира.

Что же касается индивидуальных игроков, то женщины у нас сейчас очень высоко стоят, хотя есть сильная конкуренция со стороны Китая. Китайские женские шахматы давно уже вышли на первый план. И то, что наша женская сборная сумела победить в командном чемпионате мира в прошлом году, обойдя китайскую сборную, это, на мой взгляд, одно из великих достижений.

- Если провести параллели с Вашим видом спорта, что за глобальная шахматная партия разыгрывается сейчас в мире, и кто, по Вашему мнению, может в ней выиграть?

- Работа на высоком политическом уровне — это всегда многоходовая партия. Да, можно однозначно утверждать, что это партия сложная, но трудно сказать, напоминает ли она шахматы с точки зрения продуманности стратегии.

Например, мне кажется, что профессиональный уровень людей в США, которые раньше работали в Госдепартаменте, по отношению к России был выше.

Было больше знающих людей, которые могли просчитать последствия и не выдавали желаемое за действительное.

Понятно, что наши страны имеют разные позиции и разные взгляды по многим вопросам, но для того, чтобы не доводить противостояние до состояния войны, в какой-то момент нужно понимать, что планы должны корректироваться. Ведь если одна сторона начинает довлеть полностью, то вторая сторона это не примет и в конечном итоге это приведёт к серьёзным конфликтам. О возможности войны, конечно, не хочется говорить, потому что выигравших в ней не окажется. Я думаю, что война уже давно бы началась, если бы не имеющееся у нас ядерное оружие, а периодически появляющиеся в СМИ идеи о возможном начале конфликта с учётом лишь наземных сил — это глубокое заблуждение.

На мой взгляд, сейчас главная проблема в том, что, к сожалению, народные массы, выступающие против войны, очень разрозненны и никакой особой силы не представляют. Например, вспомним, что происходило в миротворческом движении в 1970-е или 1980-е годы, когда мы боролись за запрет испытания ядерного оружия – тогда эти силы были велики. И массовые выступления, в том числе в европейских странах и Соединённых Штатах, были естественны.

Однако с распадом Советского Союза и с появлением мировой доктрины, что все конфликты ушли в историю, миротворческие движения как-то сникли.

Многие организации распались, и сейчас, если говорить о миротворческом движении, мы находимся где-то на уровне 1960-х годов. Хотя если посмотреть на современную мировую ситуацию, то проблема военных конфликтов никуда не делась.

- Вы говорите о слабости миротворческого движения в мире сейчас, в отличие от 1970–1980-х гг. Так, возможно, сейчас просто народ не чувствует, не осознает угрозы начала новой большой войны?

- Да, это последствия развала СССР, когда противостояние между двумя лагерями оказалось ликвидировано, и всем казалось, что наступит мир и согласие. Однако это очень опасное общественное заблуждение. Уже подрастают новые поколения, с которыми нужно работать, а вот об этом, к сожалению, забывают.

Сейчас, например, набирает силы воинствующий ислам, хотя ислам сам по себе — это довольно мирная вера. Да и пророк говорил, что христиане — это наши ближайшие соратники. Христиане поначалу помогали укрепляться исламу. А сейчас ислам противопоставляется христианству, да и вообще его трансформация идёт очень активно — люди, которые проповедуют воинствующий ислам, вполне возможно, даже Коран не читали. Поэтому я думаю, что религиозные деятели могли бы внести существенный вклад в нормализацию обстановки в мире.

- Деятельность в религиозной сфере — это одно из направлений. Что еще необходимо, чтобы активизировались миротворческие движения в целом?

- Один древний философ очень остроумно сказал: «История нас учит тому, что она нас ничему не учит». Каждое поколение считает, что оно умнее, что ситуация изменилась и всё будет иначе. Тогда как нас самом деле в любой войне, какая бы она ни была — локальная, маленькая, региональная или большая — в любой войне проигрывают народы, ведь они несут основные потери.

Поэтому ясно, что лучше договариваться до войны, чем после, ведь любая война рано или поздно заканчивается миром, просто жертвы несравнимо больше.

Активно настроенные люди, думаю, это понимают. И если таких людей будут сотни, а тем более тысячи, то тогда они превратятся в серьёзное движение, в силу, способную противостоять.

- Возвращаясь к геополитике, можете ли Вы, используя стратегическое видение шахматиста, спрогнозировать развитие ситуации в мире? Чего, на Ваш взгляд, миру стоит ожидать?

- Думаю, что сейчас вряд ли кто-то сможет это сделать. На мой взгляд, единственное, что может улучшить ситуацию и отрезвить «горячие головы» — это угроза терроризма. Например, ранее возникшее непонимание между Россией и Францией сейчас — под влиянием терактов в Париже — разворачивается в другую сторону, и сотрудничество между нашими странами происходит.

Президент Франции Франсуа Олланд прекрасно понимает, что с терроризмом нужно бороться совместно, и призывает к созданию большой коалиции.

Раздельной борьбы, по одиночке, здесь быть не может. Поэтому если в США вспомнят, какие теракты, приведшие к крушению двух башен торгового центра, происходили у них, то, я думаю, они тоже не будут стоять в стороне. Главное — нужно восстанавливать сотрудничество, если оно будет на уровне борьбы с терроризмом, то тогда оно появится и в других сферах.

Комментарии
Читайте также
Новости партнёров
Загрузка...

Этот стон у них свободой зовется

Этот стон у них свободой зовется

«Граждане, расходимся, у меня знакомый дипломат в Чикаго есть, он сказал, что всё будет путем, за Литву словечко замолвят, без паники!».
Политики этих стран клеймят «ватников» за «рабское сознание», высокомерно улыбаются при словах о том, что их правительства назначаются по звонку из посольства США, гордо бросают «Мы играем в западных клубах» и пытаются учить демократии.

Пишите письма

Пишите письма

Звон дипломатических сабель, хруст переломленных копий... Резолюция в ответ на резолюцию, против демарша — демарш. За всем этим тихо, полушепотом — новости мелкокалибербные вроде бы, малозначительные. Но очень симптоматичные. На них стоит иногда обращать внимание.

Подходишь ли ты в преемники Грибаускайте?

Подходишь ли ты в преемники Грибаускайте?

В октябре состоятся парламентские выборы в Литве, но не за горами и президентские! Проверь себя уже сейчас, сгодишься ли ты в преемники железной леди Прибалтики?

Страны Балтии и Россия: общее прошлое

Страны Балтии и Россия: общее прошлое

История взаимоотношений народов Литвы, Латвии и Эстонии с Россией начиналась не в 1945 и даже не в 1940 году. Она имеет куда более глубокие корни, исчисляемые столетиями.