Тема недели:
Европа больше не будет кормить Прибалтику
Евросоюз со следующего года сокращает на четверть финансирование программ по поддержке стран Восточной Европы.
Понедельник
05 Декабря 2016

Цилевич: ЕС лучше следит за правами человека у соседей, чем у себя

Автор: Александра Рыбакова

Цилевич: ЕС лучше следит за правами человека у соседей, чем у себя

16.06.2014  // Фото: http://notarius-belgorod.ru/

В начале июня в Берне прошла конференция Организации по сотрудничеству и безопасности в Европе на тему «ОБСЕ и правозащитники». Участники мероприятия подготовили и представили новый документ ОБСЕ, регламентирующий правила защиты правозащитников. В нем предусматриваются меры по ограждению правозащитников от давления правительств, соблюдению властями своих международных обязательств. Портал RuBaltic.Ru обсудил проблемы правозащитников в Европе с одним из докладчиков конференции, латвийским политиком и правозащитником Борисом ЦИЛЕВИЧЕМ:

- Господин Цилевич, не могли бы Вы подробнее рассказать о рекомендациях по защите правозащитников, сформулированных ОБСЕ? Что они собой представляют и что послужило толчком для их написания?

- Это достаточно старая идея. Почему они вообще были написаны? Дело в том, что во многих государствах Европы правозащитники сталкиваются в работе с трудностями, если выражаться дипломатическим языком. А на самом деле –подвергаются репрессиям. Представители гражданского общества много раз поднимали этот вопрос, поэтому и было решено разработать специальные рекомендации, которые могли бы послужить для правительств полезным инструментом для того, чтобы выстраивать отношения с правозащитниками и гражданским обществом. Речь не идёт о том, что у правозащитников есть какие-то особые права, шире, чем у других.

Просто они, в силу своего занятия, находятся в ситуации, когда риск нарушения их прав гораздо более высок.

Когда человек занимается нейтральной деятельностью, вроде общества любителей кроликов, он не представляет угрозы для чиновников и риск нарушения его прав намного ниже. Чем более серьёзные нарушения вскрывают правозащитники, тем более важна необходимость обеспечения их собственных прав. Подчеркну, что эти рекомендации не являются какими-то новыми стандартами, правовыми нормами. Это обобщение и разъяснение уже существующих обязательств.

- Вообще, в Вашем понимании, кто такой правозащитник и чем он занимается?

- Существует определение, прописанное в ряде документов, в частности в Декларации о правах правозащитников ООН. Правозащитник – человек, который отдельно или совместно с другими добивается соблюдения базовых прав человека, сформулированных международными документами, применяя лишь мирные методы, предусмотренные и разрешённые международным правом.

- В чём выражается опасность работы правозащитников?

- Они нередко сталкиваются с ситуациями, когда подвергаются давлению, необоснованным преследованиям, арестам; против них выносятся несправедливые приговоры. Особенно часто правозащитники сталкиваются с ограничениями их прав, если занимаются политически чувствительными вопросами, связанными, например, с коррупцией на высоком уровне, честным проведением выборов, защитой прав языковых или религиозных меньшинств, социальных и экономических прав.

Речь идёт об ограничении свободы слова, собраний, ассоциации. Таких ситуаций достаточно много в разных странах Европы, поэтому вопрос весьма актуален.

- Вы ранее уже говорили о том, что сегодня ксенофобы и националисты научились использовать правозащитную риторику. Как это происходит на практике?

- Например, ситуация, с которой нам очень часто приходится сталкиваться, - отрицание прав национальных меньшинств оправдывается необходимостью защищать права большинства. Например, в отношении прав языковых меньшинств:

 если меньшинству предоставить право использовать свой язык в определённых ситуациях, это якобы может угрожать праву большинства на использование своего языка как официального.

- Как в странах ЕС относятся к правозащитным организациям и их деятелям? Поддерживают ли власти правозащитников или относятся к ним настороженно?

- Бывает по-разному. Проблема правозащитников отнюдь не является специфической лишь для некоторых государств, о которых часто говорят. Наиболее яркий пример - Азербайджан, где в отношении ряда правозащитников вынесены, как минимум, очень сомнительные судебные приговоры. Люди приговорены к длительным тюремным срокам, судебные процессы проводились с серьёзными нарушениями. Есть много вопросов, за которые критикуют Россию.

В Европейском союзе существуют неплохо разработанные механизмы мониторинга соблюдения прав человека в государствах за пределами ЕС, но, к сожалению, практически нет механизма в отношении самих государств-членов.

Органы ЕС не имеют никакого правового основания мониторить ситуацию с правами человека внутри ЕС. Получается, что после вступления государство может делать, что хочет... И когда в государствах - членах ЕС встречаются серьёзные проблемы с правами человека, приходится изобретать ad hoc механизмы.

А проблемы есть - в Венгрии, Греции, в государствах Балтии... В ряде случаев для «наезда» на правозащитников используются фискальные органы. Правозащитников, например, обвиняют в неуплате налогов, что является тяжким преступлением.

Так, в Эстонии против ведущей правозащитной организации, которая активно занималась защитой национальных меньшинств, были выдвинуты обвинения в финансовых нарушениях. В конце концов, все обвинения были сняты, правозащитников полностью оправдали. Но в течение нескольких лет, пока велось расследование, их работа была почти парализована, счета арестованы. Никакой компенсации они не получили.

В странах ЕС встречаются и такие методы борьбы с правозащитниками, как дискредитация, подрыв репутации - например, включение в отчёты полиции безопасности, обвинения в антигосударственной деятельности.

- Насколько популярна правозащитная деятельность в странах Балтии?

- Правозащитная деятельность – это нелёгкий хлеб. Нельзя сказать, что это массовая деятельность. Парадоксально, но после вступления в ЕС работа правозащитников оказалась сложнее, чем была до. Поскольку до этого было доступно финансирование из самых разных фондов, а после – фактически единственным доступным вариантом остались фонды ЕС. А это финансирование в основном идёт через правительства. И те неправительственные организации, которые критикуют правительство за нарушения, рискуют остаться без европейского финансирования, ведь решающее слово остаётся именно за правительством... Этот вопрос тоже обсуждался на конференции ОБСЕ, ведь проблема касается практически всех «новых» стран-членов ЕС.

- Получается, что в странах ЕС правозащитные организации почти полностью контролируются правительством?

- Не совсем так. В «старых» государствах ЕС хорошо развито корпоративное финансирование, многие крупные корпорации напрямую поддерживают гражданское общество. НПО существуют за счёт пожертвований корпораций, а также самих граждан - это такая многолетняя традиция, которая в новых государствах ЕС пока лишь формируется. У нас крупные компании уже систематически занимаются благотворительностью, финансированием культурных мероприятий. Но в отношении правозащитных организаций, особенно критически настроенных к правительству, особого энтузиазма пока не проявляют.

Никто не хочет конфликтовать с правительством. В Западной Европе такой проблемы нет, там уже исторически сложилась ситуация, когда правозащитная деятельность поддерживается корпорациями. У ряда крупных компаний есть даже специальные фонды, поддерживающие, помимо прочего, и правозащитную работу.

- А как местные жители относятся к подобного рода организациям и деятельности? Есть ли вероятность, что в ближайшие годы ряды правозащитников в странах Балтии будут расти?

- Относятся по-разному. Те люди, которым правозащитные организации помогают, конечно же, их ценят и хорошо к ним относятся. Что касается перспектив – трудно сказать. Вспоминаю одну из своих первых школ по правам человека в начале 1990-ых.

Преподаватель начал занятие с таких слов: «Помните: никто ещё не стал миллионером, занимаясь правами человека».

Задача правозащитников – бороться с нарушениями со стороны власти и критиковать власть любого уровня. Демократические власти принимают эту критику без восторга, но как нечто неизбежное и полезное, как помощь, указание на недостатки, которые надо ликвидировать.

Власти в менее демократических странах воспринимают действия правозащитников как деятельность, направленную против самого государства, и всячески пытаются ограничить. Поэтому я и говорю, что это нелёгкий хлеб и немногие готовы этим заниматься. Есть хорошая традиция, когда действующие юристы, в том числе известные адвокаты, берутся помогать жертвам правонарушений без гонорара, pro bono. Опять же, это зависит от уровня развития демократии в стране. В государстве развитой демократии это послужит рекламой для адвоката, а в другом – может стать и угрозой профессиональной карьере юриста, если он борется против власти.

Прогнозы давать сложно. Сейчас в Латвии достаточно успешно развиваются специализированные правозащитные НПО, которые занимаются, например, защитой прав детей, прав инвалидов, жертв торговли людьми и так далее. Как правило, они работают в рамках европейских сетей, получают финансирование из программ ЕС. Гораздо сложнее живётся тем, кто занимается политически чувствительными вопросами – правами неграждан, национальных меньшинств... Я очень надеюсь, что среди молодёжи правозащитная деятельность всё же будет популярной, что будет кому прийти на смену нынешнему поколению правозащитников.

- Есть ли необходимость у правозащитников стран Балтии самим себя защищать?

- Это та самая проблема, которой посвящены рекомендации ОБСЕ. Такая необходимость есть, как и в других странах ЕС.

- Некоторые эксперты утверждают, что сегодня в ЕС правочеловеческие предлоги всё более активно используются в политических целях. Можно ли провести грань между «искренними» и «политическими» правозащитниками?

- Как мы говорили, существует определение «правозащитника». Вопрос в том, кто и как его трактует и применяет. Соблюдение или нарушение прав человека всегда связаны с политикой государства, так что провести чёткую границу не так просто. Обвинения в нарушении прав человека часто служат инструментом внешнеполитической и дипломатической борьбы, это характерно отнюдь не только для ЕС. Просто отмахнуться от критики как политически мотивированной –худшее, что можно сделать. В конечном счёте любые нарушения прав человека вредны для самого государства, подрывают его демократическую основу. Так что в любом случае гораздо выгоднее внимательно анализировать любые критические замечания, искать в них рациональное зерно. Именно уважение прав собственных граждан – самое лучшее средство для обеспечения их лояльности и верности государству, гораздо более эффективное, чем любая пропаганда.

Комментарии
Читайте также
Новости партнёров
Загрузка...

Этот стон у них свободой зовется

Этот стон у них свободой зовется

«Граждане, расходимся, у меня знакомый дипломат в Чикаго есть, он сказал, что всё будет путем, за Литву словечко замолвят, без паники!».
Политики этих стран клеймят «ватников» за «рабское сознание», высокомерно улыбаются при словах о том, что их правительства назначаются по звонку из посольства США, гордо бросают «Мы играем в западных клубах» и пытаются учить демократии.

Пишите письма

Пишите письма

Звон дипломатических сабель, хруст переломленных копий... Резолюция в ответ на резолюцию, против демарша — демарш. За всем этим тихо, полушепотом — новости мелкокалибербные вроде бы, малозначительные. Но очень симптоматичные. На них стоит иногда обращать внимание.

Сериалы против политики!

Сериалы против политики!

Попробуй отличить правду от выдумки сценаристов!

Бронзовый солдат: памятник воинам-освободителям Таллина

Бронзовый солдат: памятник воинам-освободителям Таллина

Авторами монумента освободителям столицы Эстонии, известного ныне как «Бронзовый солдат», стали архитектор Арнольд Алас и скульптор Энн Роос.