Тема недели:
На Западе критикуют модель развития Прибалтики
Западные экономисты и аналитики полны пессимизма в отношении Литвы, Латвии и Эстонии.
Воскресенье
11 Декабря 2016

Анатомия полицейского государства: как в странах Балтии преследуют правозащитников

Автор: Лайма Каце

Анатомия полицейского государства: как в странах Балтии преследуют правозащитников

25.03.2016  // Фото: http://rudnev.lv/

Вышел в свет доклад Института европейский исследований (Рига) «Преследование правозащитников в Прибалтике». Его авторы – эстонские юристы-правозащитники Сергей Середенко и Мстислав Русаков, а также их латвийский коллега, председатель латвийского «Парламента непредставленных» Александр Гапоненко  взяли на себя непростую задачу: проанализировать правовую базу, регулирующую правозащитную деятельность, и выявить недостатки в применении установленных правовых норм в странах Балтии.

Исследование ставит одновременно научные, практические, политические и популярные цели. Но, наверное, главное, чего хотели бы добиться авторы работы, — ограждение правозащитников Прибалтики от преследования, принуждение правительств стран Балтии к признанию правозащитников и обеспечению им безопасных и комфортных условий работы.

В докладе анализируется преступление преследования как таковое и рассматриваются причины, формы и методы совершения этого преступления правящими элитами стран Балтии. В качестве основного материала для анализа выступают многочисленные отчеты спецслужб, которые прибалтийские «рыцари плаща и кинжала» ежегодно выносят на суд общественности.

Отдельный интерес представляет попытка раскрыть само понятие «правозащитник». 

Немаловажная задача. Ведь рулевые прибалтийских столиц да функционеры спецслужб традиционно грешат передергиваниями, представляя защиту прав определенной группы лиц как реализацию российской политической повестки, а персон, осуществляющих деятельность на этом неблагодарном поприще, — агентами Кремля. 

Авторы заключают, что никакого «стандарта» в определении «правозащитников» нет, а есть единственный главный критерий — правозащитный характер выполняемой работы. Кроме того, бытие «правозащитником» в большинстве случаев ситуативно: «Многие виды профессиональной деятельности не связаны с профессиональной правозащитной работой, а лишь иногда затрагивают права человека».

«Национальные правозащитные учреждения» в странах Балтии являются в большей мере симулякрами, нежели правозащитниками, — считают составители доклада. — Они не признают универсальности прав человека». Поэтому правозащитные функции вынуждены брать на себя НПО («Русская школа Эстонии» латвийский Конгресс неграждан и другие). Появляются любопытные квазиинституты, например, должность русского омбудсмена в Эстонии и общественного омбудсмена в Латвии.

Ссылаясь на Специального докладчика по вопросу о положении правозащитников ООН и Специального представителя по вопросу о правозащитниках, авторы относят к правозащитной деятельности в том числе и работу журналистов, освещающих вопросы прав человека. Учитывая особенности прибалтийского контекста, в качестве правозащитников упоминаются  также политики, квазиполитики и российские соотечественники, антифашисты, историки и иные представители гуманитарных наук, пацифисты, противники НАТО и, безусловно, защитники прав национальных меньшинств.

Для определения группы риска преследования авторы проводят контент-анализ ежегодников латвийских, литовских и эстонских спецслужб. Вывод неутешительный: для попадания в группу риска преследования не обязательно «личное» упоминание в «отчете», достаточно участия в упомянутом там мероприятии, членстве в упомянутой организации или публикации изображения без указания имени.

В странах Балтии нарушаются практически все права правозащитников, заключают авторы исследования. В первую очередь – право на признание.

Как было сказано выше, правозащитники в Прибалтике поголовно маркируются национальными правительствами как агенты российского влияния. Финансирование из российских источников рассматривается в качестве опасности для балтийских стран, право на коммуникации с международными организациями — как попытка очернить Латвию, Эстонию и Литву.

Для недопущения возникновения «решающих меньшинств», взаимодействия правозащитников на национальном и региональном прибалтийском уровне прибалтийскими столицами нарушается право на координацию деятельности. В этих целях все более активно применяется практика запрета на въезд правозащитников из Латвии в Эстонию и Литву и т.д.

Само существование русских общин в Латвии и Эстонии в ежегодниках прибалтийских спецслужб представляется в виде угрозы конституционному строю этих республик. В свою очередь язык, которым «джеймсбонды» стран Балтии описывают собственное русскоязычное население, можно охарактеризовать как умышленно унижающий достоинство. Оценочные суждения спецслужб даются на пустом месте, отсутствуют подтверждающие их выкладки. Совершенно непонятно, например, почему та или иная группа русских людей именуется «экстремистами», «шовинистами», почему правозащитники называются «псевдоэкспертами», почему берутся в кавычки «научные исследования» тех или иных русских ученых.

Таким образом, анализ содержания ежегодных сборников прибалтийских спецслужб отчетливо свидетельствует: реальной задачей «рыцарей плаща и кинжала» в Латвии, Литве и Эстонии является выявление и подавление элитных групп русского населения, да и всех «инородцев».

Безусловно, время от времени международные органы удосуживаются пожурить непослушных прибалтов за нарушение прав отдельных групп населения, на что справедливо указывают авторы исследования. В ответ на это страны Балтии нередко представляют неверную или искаженную информацию о своих успехах на поприще соблюдения прав человека. Однако чаще всего рекомендации просто игнорируются или исполняются в избирательном порядке.

В завершение двухсотстраничного доклада авторский коллектив предлагает конкретные рекомендации: продолжать исследование проблематики «преследования» на уровне ООН, чтобы интегрировать имеющиеся подходы к этому явлению как теоретически, так и на организационном уровне; обозначить критерий, позволяющий — хоть и не в полной мере — отделить подлинных правозащитников от мнимых; прекратить преследование правозащитников в виде издания «отчетов» спецслужб в странах Балтии. «Русским правозащитникам Прибалтики следует объединить свои усилия по самозащите и защите интересов членов своих общин, — резюмируют авторы исследования. — Против лиц, осуществляющих преследование русских правозащитников, должны быть поданы заявления в Международный уголовный суд».

Не стоит забывать и про помощь большого соседа. Ядро русской нации находится в России. Поддержка Россией живущих за рубежом русским естественна и полностью соответствует международной практике. Между тем, российские институты и отдельные персоны, защищающие права соотечественников, проживающих за рубежом, сегодня основывают свою деятельность на концепции «прав человека». Эта концепция разработана как инструмент гуманитарного давления Запада на СССР, а потом на Россию, и не позволяет эффективно защищать интересы русских на постсоветском пространстве.

Для оказания эффективной помощи своим соотечественникам за рубежом России первым делом следует перейти к риторике «защита прав русского населения за рубежом» и риторике «защита прав русских правозащитников». Эту риторику следует дополнить реальными действиями по поддержке русских правозащитников.


Полная версия доклада «Преследование правозащитников в Прибалтике»

Комментарии
Читайте также
Новости партнёров
Загрузка...

Этот стон у них свободой зовется

Этот стон у них свободой зовется

«Граждане, расходимся, у меня знакомый дипломат в Чикаго есть, он сказал, что всё будет путем, за Литву словечко замолвят, без паники!».
Политики этих стран клеймят «ватников» за «рабское сознание», высокомерно улыбаются при словах о том, что их правительства назначаются по звонку из посольства США, гордо бросают «Мы играем в западных клубах» и пытаются учить демократии.

Бойтесь миротворцев

Бойтесь миротворцев

Холодная Война вроде бы уже двадцать семь лет закончилась, а такое ощущение, что всё у нас еще впереди.

Дом Франка в Вильнюсе

Дом Франка в Вильнюсе

Своим названием этот дом обязан доктору медицины, профессору Виленского университета Йозефу Франку. Его отец — Иоганн Петер Франк, известный в Европе врач-гигиенист и судебный медик, вместе с сыном перебрался в Вильну из Вены, где работал директором городской больницы в начале XIX века.