Тема недели:
Евродепутат: вмешательство России спасло Сирию и Европу
Интервью с депутатом Европейского парламента от Латвии (социал-демократическая партия «Согласие») Андреем Мамыкиным.
Среда
22 Февраля 2017

«Восточное партнёрство» к 2017 г. разорвётся на «двусторонние лоскуты»?

Автор: Александр Шамшиев

«Восточное партнёрство» к 2017 г. разорвётся на «двусторонние лоскуты»?

26.05.2015  // Фото: http://sunnewsonline.com

Рижский саммит «Восточного партнёрства» проходил в непростой обстановке. Финальную декларацию удалось принять после долгих споров и согласований. Об итогах саммита и возможном будущем «Восточного партнёрства» RuBaltic.Ru поговорил с заведующим Отделом стратегических оценок Центра ситуационного анализа РАН политологом Сергеем УТКИНЫМ:

- Сергей Валентинович, какое впечатление произвёл Рижский саммит?

- Саммит ничем не удивил. В общем, всё предсказуемо. Уже накануне было понятно, что саммит будет скорее формальным, чем содержательным. Но это и не катастрофа, не что-то исключительное для дипломатической практики, когда некоторые мероприятия проходят, прежде всего, «для галочки»: надо было провести – и его провели.

Всем понятно, что никаких конкретных достижений сейчас продемонстрировать там не получалось, в том числе по вопросу визового режима, который беспокоит страны-партнёры ЕС. По этому поводу пока не пришли к какому-либо конкретному результату. Было время просто подчеркнуть заинтересованность партнёров во взаимодействии – ну, это тоже своего рода результат по дипломатическим меркам, хотя очевидно, что наблюдатели и люди, представляющие различные круги интересов, скорее разочарованы. Это один из этапов развития партнёрства Евросоюза с соседями.

- Таким европейским политикам, как канцлер Германии Ангела Меркель и глава Еврокомиссии Жан-Клод Юнкер, пришлось подчёркивать, что «Восточное партнёрство» отнюдь не приглашение в Евросоюз. Почему они вынуждены объясняться?

- В первую очередь, это делается для широкой публики. Всегда такие заявления на саммитах транслируются более широко. Аудитория обширная. И есть возможность донести до людей, не занимающихся этим профессионально, вещи, которые дипломатам и так известны и понятны. Не так, чтобы страны-партнёры были вынуждены оправдываться перед своим электоратом, а чтобы непосредственно от ЕС это прозвучало. Они хотят подчеркнуть, что не всё сразу. Это вполне логично.

- Беларусь, Армения и Азербайджан отказывались подписывать итоговую декларацию, если она будет упоминать «аннексию Крыма». Но данная реплика всё же попала в принятый документ. Почему так вышло?

- В итоге всё, что связано с позицией Евросоюза по Крыму и Украине в целом, было всё-таки выделено именно как позиция ЕС, а не ЕС и стран-партнёров. Когда в финальном документе саммита идёт речь о позиции ЕС и стран-партнёров, формулировки более обтекаемые.

Абстрактная поддержка территориальной целостности без конкретики и в таких формах, которые позволяют каждой стране заявлять, что она отстояла свои незыблемые позиции и ничего не меняла в своих подходах к международным вопросам.

Речь-то ведь идёт не только о Крыме. Все замороженные конфликты на постсоветском пространстве так или иначе связаны с территориальной целостностью, и для каждой страны это по-своему щепетильно.

Соответственно, я не думаю, что страны-партнёры как-то поменяли свою позицию, – просто удалось найти компромиссные формулировки, как часто и бывает при согласовании подобных документов декларативного характера. В том числе внутри Евросоюза бывает, что люди с большим трудом находят формулировки, которые устроили бы всех. Я бы не придавал большого значения тому, что было сказано по поводу Украины в итоговой декларации. Самое содержательное, что там есть, – поддержка всеми процесса урегулирования, основанного на Минских договорённостях.

- Вы видите какие-то изменения в подходе Евросоюза к постсоветским странам со времён Вильнюсского саммита в ноябре 2013 года?

- Всё больше разговоров идёт о том, что фактически диалог уже почти полностью переходит в двусторонний формат: Евросоюз с одной стороны и каждая из стран-партнёров с другой. Отношения с конкретными странами настолько различные, что объединять их в группу можно лишь весьма условно. Можно провести саммит и сказать, что в каких-то вопросах все согласны, но на самом деле происходит предметная работа с каждой из стран по отдельности, в разном темпе. Уже явно выделилась группа заинтересованных в интеграции с Евросоюзом – Украина, Молдова, Грузия. И группа из других трёх стран, не проявляющих такой заинтересованности. Видимо, процесс будет развиваться именно в этом направлении: диалог с каждой страной будет рассматриваться более независимо от других и прогресс в отношении одной страны не будет привязываться к прогрессу с другой.

Кроме того, с момента Вильнюсского саммита очень много всего произошло вокруг. Украинский кризис сильно изменил восприятие. Может быть, пришло понимание, что в пространстве общего соседства очень много «пороховых бочек». Многие действия, на первый взгляд кажущиеся безобидными, могут привести к весьма печальным для всех последствиям. Нужно быть осторожными и не бежать впереди паровоза. Стараться соизмерять свои возможности с обстоятельствами, в которых приходится действовать.

- Следующий саммит «Восточного партнёрства» назначен на 2017 год. На Ваш взгляд, каким будет будущее самой программы?

- Формат подвергается резкой критике. Отчасти небезосновательно. Очень многое будет зависеть от того, что будет происходить в каждой из стран-партнёров. Допустим, из-за вопросов демократии и прав человека у Евросоюза обостряются отношения с Беларусью и Азербайджаном, может быть, и с Арменией. Возникает вопрос: имеет ли смысл поддержание этого единого формата? К тому же с каждой из стран, подписавших соглашение об ассоциации, у Евросоюза будет свой процесс интенсивного взаимодействия по всем направлениям, что не будет требовать проведения дополнительных многосторонних саммитов.

Притом что решение об очередном саммите принято, нельзя исключать, что к намеченному моменту станет понятно, что формат «Восточного партнёрства» исчерпал себя. Это один из возможных исходов.

Другой возможный исход состоит в том, что нет, напротив, в силу разных причин интерес той же Беларуси и Азербайджана к взаимодействию с Евросоюзом вырастет, они попытаются найти общий язык и компромиссные решения. Тогда, может быть, формат действительно заживёт новой жизнью. Но это менее вероятный исход, чем растаскивание «Восточного партнёрства» на отдельные двусторонние форматы отношений ЕС с разными странами-партнёрами.

Комментарии
Читайте также
Новости партнёров
Загрузка...

Курсом мордорнизации

Курсом мордорнизации

Реформаторские инициативы, подобные казахстанским, примерно в то же время появились в Узбекистане, могут в ближайшее время появиться в России или Беларуси, но никогда — в странах Прибалтики и Украине. Там категориями модернизации больше не мыслят.

Переродившиеся убийцы

Переродившиеся убийцы

«Убийство — незаконно. Поэтому все убийцы заслуживают наказания. Если, конечно, они не убивают тысячами, под звуки фанфар».

Литва или Северная Корея?

Литва или Северная Корея?

Современная Литва нередко практически не отличима от КНДР. Сумеете ли Вы отличить Литву от Северной Кореи?

Они освобождали родную Прибалтику: 16-я Литовская стрелковая дивизия

Они освобождали родную Прибалтику: 16-я Литовская стрелковая дивизия

Свое боевое крещение 16-я Литовская стрелковая дивизия получила 21 февраля 1943 года.

Попробуйте новый дизайн!

Дорогой читатель, предлагаем Вам попробовать новую версию нашего сайта. Вы в любой момент сможете вернуться к текущей версии сайта, а также оставить свой комментарий и оценку.

Попробовать!
Нет, спасибо