Утром 27 октября 1941 г. в Слуцк прибыл 12-ый литовский полицейский охранный батальон под руководством майора Антанаса Импулявичуса. Батальон сформировался в Каунасе, и уже в начале войны эта часть отметилась уничтожением 3800 ковенских евреев. После этого батальон был переведён в состав войск СС.
В начале 1970-х следователь по особо важным делам Гродненского УКГБ Евгений Далидович, у которого был накоплен серьезный опыт по раскрытию преступлений, получает очередное задание — пролить свет на подробности злодеяний, совершенных нацистами в населенных пунктах Гродненской и Минской областей.
В первой половине XX века Литва оставалась отсталой аграрной страной, где массовая безграмотность была нормой. Примитивное сельское хозяйство не требовало знаний, а платное среднее образование делало его недоступной роскошью для большинства. Вступив в СССР, Литва была одной из самых необразованных республик, но советская власть кардинально изменила эту ситуацию.
Это был последний подобный судебный процесс в Белорусской ССР. В Витебске в самый канун Дня Победы судили двух полицаев. Бывшие нацистские пособники и каратели, долго маскирующиеся под обычных советских людей, дотянули до 1986-го, когда их арестовали. То есть только через 41 год после окончания Великой Отечественной войны Комитет госбезопасности все-таки вывел их на чистую воду.
Всего в Освенциме погибло 15 тыс. советских военнопленных. Известны имена 12 тыс. из них, так как они были зарегистрированы в лагерной канцелярии, а 3 тыс. поступили и были уничтожены без регистрации.
В 1976 году Гомельское управление КГБ начало расследование по делу о злодеяниях нацистских пособников. По нему проходили 11 человек, служивших в Бобруйском штабе полиции безопасности СД. Практически все обвиняемые в один голос заявляли, что по сравнению с Дешнером их вина незначительна, а он был настоящим «зверем».
В архиве УКГБ по Гомельской области есть уголовное дело в отношении Евсея Мамина. Ростовчанин «прославился» кровавыми деяниями и вербовкой агентуры для фашистов.
6 февраля 1960 года в Гомеле судили бывшего начальника Василевичской полиции Антона Комаровского, изменника Родины, под руководством которого в годы Великой Отечественной войны в Василевичском, Речицком и других районах Белорусской ССР творились страшные злодеяния в отношении партизан, подпольщиков и мирного населения.
В 1947 году в Тотемском лесопункте, где жили ранее угнанные в Германию, вологодские чекисты вычислили инициатора саботажа — массовой неявки на работу. А потом выяснили, что «активисткой» оказалась штатная сотрудница комендатуры СС, которая ради своей цели не пощадила собственных детей.
В фашистском концлагере Либау в Прибалтике обыкновенная чистка картошки могла закончиться смертью или увечьями, потому что за процессом поручали наблюдать жестокому уроженцу Вологодчины, настоящего имени которого никто из узников не знал, за глаза называли его «Стёпка-Картофельник».
В 1947 году удалось вывести на чистую воду бывшего полицая, при непосредственном участии которого более 200 советских граждан было угнано в Германию.
В аду нацистских концлагерей даже смерть могла стать актом сопротивления. Один из самых страшных эпизодов Освенцима — не просто казнь, а яростный вызов обреченного человека, который успел отомстить палачу.
Первым военным преступником, переданным в СССР в послевоенный период, являлся советский коллаборационист, уроженец Крыма Федор Федоренко.
В годы Великой Отечественной войны советским партизанам на Западной Украине противостояли не только немецкие оккупанты, но и бандеровцы, чья жестокость порой превосходила зверства нацистов. Украинские националисты развязали кровавый террор против мирного населения — уничтожали поляков, убивали советских активистов, а главной их целью были партизаны, боровшиеся против гитлеровцев.
По итогу Второй мировой войны в составе СССР оказалась северо-восточная часть Восточной Пруссии, на территории которой в 1946 г. была образована Калининградская область. По свидетельству советских переселенцев в Калининградскую область, лагеря с пленными солдатами вермахта в регионе были многочисленны.