Образование и наука Образование и наука

Гордиев узел: визит Голодец – это смена гуманитарной политики Латвии?

Слова российского вице-премьера Ольги Голодец, посетившей с официальным визитом Латвию, о том, что в России активно развиваются программы гуманитарного образования, и она с радостью примет латвийских абитуриентов в своих вузах, для антироссийски настроенных чиновников, с которыми она встречалась, должны были прозвучать как провокация. Однако возмущенной ответной реакции не последовало. Латвия меняет свою гуманитарную политику по отношению к России?

В конце прошлой недели Латвию с официальным визитом посетила вице-премьер российского правительства по социальным вопросам Ольга Голодец. В Риге она встретилась с премьер-министром Валдисом Домбровскисом, министрами образования Вячеславом Домбровским и культуры Жанетой Яунземе-Гренде.  Темой встреч было сотрудничество Латвии и России в сфере образования и культуры.

Голодец сообщила, что России есть что предложить Латвии в сфере образования, в частности в России активно развиваются программы гуманитарного образования, и она с радостью примет латвийских абитуриентов в своих вузах.

Эти слова российского вице-премьера могли быть продиктованы искренней доброжелательностью или быть простой протокольной вежливостью.

Но специфика ситуации состоит в том, кому эти слова были произнесены.

Во-первых, у латвийской правящей элиты существует стойкое предубеждение, что российские образовательные программы (особенно в гуманитарной сфере) готовят, в основном, диверсантов и шпионов. В соответствии с этими взглядами в российских вузах латвийские дети попадают под «мягкую силу» Москвы, Россия им меняет идентичность, прививает свою культуру и историческую память.

Ярче всех эту мысль выразил министр обороны Латвии Артис Пабрикс, заявивший, что Россия переманивает латвийскую молодежь. Пабрикс с гордостью заявил, что именно он сообщил латвийской контрразведке об участии молодых людей из Латвии в российских летних лагерях. «От деклараций, которые звучали в этих лагерях, волосы встают дыбом. Участники лагерей подписались за то, что согласны с русским языком, реинтеграцией и вечной дружбой», - ужасался министр обороны в интервью. И как после этой истории развивать с Латвией программы гуманитарного образования?

Во-вторых, интересно посмотреть, что делалось в самой Латвии с образованием на русском языке.

Латвийская независимость начиналась, в том числе, с ликвидации русского языка в высшем образовании. Это стало одной из причин уничтожения в Латвии технического образования.

Например, Рижский институт инженеров гражданской авиации формально был ликвидирован в 1999 году, а фактически перестал существовать в начале 90-х, когда учебный процесс был сорван приказом о переводе преподавания технических дисциплин на латышский язык.

К середине следующего десятилетия у новой элиты Латвии дошли руки до школьной реформы: 60% учебного времени в русскоязычных школах было переведено на латышский язык. Инициаторы реформы заявляли, что это только первый шаг, а конечная цель – ликвидация школ нацменьшинств вообще и стопроцентное обучение на латышском.

А недавно политики из правящих партий пошли войной на последний бастион русскоязычного образования в Латвии – детские сады.

На недавних выборах в Риге кандидатки от «Единства» и «Национального объединения» одним из главных пунктов своей предвыборной программы сделали перевод обучения во всех детских садиках столицы на государственный язык. Однопартийцы и коллеги по коалиции были с ними полностью согласны. «Мы должны твердо стоять на своем — только латышские садики!.. Должны быть одни школы, одни садики, со СМИ надо общаться только по латышски. Не прогибаться. Не жульничать. Твердо защищать язык, культуру, государство», - заявляла по этому поводу министр культуры Латвии Жанета Яунземе-Гренде.

Судя по такому страстному патриотическому заявлению, латвийский министр культуры, услышав от вице-премьера Голодец предложения о культурном сотрудничестве и образовательном обмене, должна была бы вцепиться российской коллеге в горло. Однако информационные агентства ни о чем подобном не сообщают. Вообще нет никакой реакции латвийского истеблишмента на то, что, согласно их идеологии, российский вице-премьер приезжала договариваться о «вербовке нашей молодежи».

И в этом главная странность состоявшегося визита, тем более с учетом того, что обсуждающиеся на межправительственных переговорах вопросы согласовываются заранее.

Получается, что премьер-министр от «Единства», министр образования от Партии реформ и министр культуры от радикально националистического блока ВЛ-ОС/ДННЛ знали, что г-жа Голодец будет говорить о сотрудничестве в сфере образования, согласились на такой разговор, никак не возразили российскому вице-премьеру, и при этом никаких последующих криков со стороны соратников про «Не прогибаться. Не жульничать. Твердо защищать язык, культуру, государство» не последовало. Это, конечно, замечательно, но понимать ли это так, что в латвийской коалиции решили ненадолго «забыть» о своей фундаментальной установке «Россия всех нас завоюет»?

К примеру, из года в год откладывается подписание соглашений между Россией и Латвией в гуманитарной сфере. В частности это касается соглашения о сотрудничестве с области образования и науки, договора об открытии культурно-информационных центров и т.п. Можно ли предположить, что теперь решение этих вопросов сдвинется с мертвой точки? Едва ли.

Для латвийского руководства общение с российским вице-премьером по социальным вопросам, скорее всего, было простой формальностью, проявлением дипломатического этикета. Ничто больше не указывает, что накануне приближающейся парламентской кампании они готовы отказаться от этнической карты. И это при условии, что содержание встреч членов правительств было заранее обсуждено и согласовано.

Возможно, разговор на «острые» для латвийско-российских отношений темы был спонтанной попыткой разрубить «гордиев узел»: простым разговором урегулировать сложные проблемы?

Так уже было несколько лет назад во время визита российских парламентариев в Эстонию для обсуждения спорного договора о границе. Тогда с наскоку решить сложные вопросы не удалось. С учетом сегодняшней общественно-политической ситуации в Латвии, не удастся и теперь.