Политика Политика

Вторая Женева: Кем Минск хотели бы видеть в европейской семье?

В феврале ЕС будет решать вопрос о санкциях против Белоруссии: продлить или приостановить? В последние месяцы Минск оживлённо контактирует с Западом, чтобы повлиять на вердикт ЕС. 28 января депутат Николай Самосейко, курирующий контакты нижней палаты парламента Белоруссии с ПАСЕ, провёл переговоры в Страсбурге. «Мне дали понять, что ПАСЕ хотела бы видеть Беларусь в европейской семье, а белорусских парламентариев – в европейских структурах», – заявил он по итогам визита. Какое место в этой семье готовы предложить Минску и какова цена «клубной карты»?

Прогрессоры для «белорусской Вандеи»

Минск традиционно стремится проводить активную дипломатическую деятельность на всех направлениях. Это можно только приветствовать: в современном мире нельзя избегать международного общения. Неизбежны и необходимы контакты с Западом, из которых также можно извлечь выгоды – хотя бы для торговли. Однако, по мере развития этих контактов, речь всё чаще заходит о ценностях белорусского общества, которые, по мнению еврочиновников, нуждаются в корректировке. Как метко выразилась посол Франции, санкции против Белоруссии находятся в «подвешенном состоянии»

– т. е. в любой момент могут упасть кирпичом на голову, если партнёр начнёт поступать неправильно. А как правильно, Евроатлантика окончательно поняла после распада СССР. Тогда де-факто был провозглашён принцип безальтернативности неолиберализма.

Представители объединённой Европы намерены вплотную заняться «белорусской Вандеей», не принявшей ультралиберальные правила игры после распада СССР.

Уже подготовлены и прогрессоры, которых забросят на территорию Основания. Именно так, вспоминая цикл «Академия» Азимова, обозначил миссию Белоруссии философ А. Дзермант, видя в ней оплот для преодоления «российской смуты» 1990-х гг.

Следует отметить, что у образа Белоруссии как Основания, оплота развития в России сегодня немало сторонников. Неподдельный интерес «белорусская модель» вызывает у консервативных кругов в Восточной Европе и других странах ЕС. Сегодня этой модели предстоит пройти испытание, по результатам которого станет ясно, есть ли у неё будущее в качестве центра регионального притяжения. На западе Белоруссии предлагают

сменить амплуа, примерив на себя роль «новой Швейцарии» или «второй Женевы», нейтральной в отношении России.

Моральное несоответствие

Комментируя январские переговоры с представителями Парламентской ассамблеи Совета Европы (ПАСЕ), Самосейко отметил: «Вопросы были в плоскости имплементации европейских ценностей в белорусское государство, в белорусское общество».

На кону вопрос о возвращении Белоруссии статуса спецприглашённого в ПАСЕ. Этот статус, полученный Минском в 1992 г., был приостановлен после референдума 1996 г., на котором более 80% белорусов высказались против отмены смертной казни в стране. Поэтому введение моратория, на котором настаивает Совет Европы, для белорусской власти является чувствительным вопросом: мнение народа (консервативное, да, но от этого не менее ясное) было выражено сравнительно недавно.

Представители ПАСЕ заинтересованы и в работе по другим темам: вопросам свободы СМИ в Белоруссии, коррупции и т. д. В назидательном тоне список требований к белорусской власти выкатила и делегация Бюро по демократическим институтам и правам человека (БДИПЧ) ОБСЕ. Данная организация, занимающаяся вопросами демократизации и выборов, требует от Минска провести «всеобъемлющую» реформу избирательного законодательства, поработать над свободой собраний, ассоциаций, СМИ. «Мяч на стороне ваших властей», – сообщают руководители делегации белорусскому обществу.

Всё это ставит сложные дилеммы перед белорусской властью. И дело вовсе не в том, что Лукашенко боится потерять власть, как любят подтрунивать оппозиционные комментаторы. Вопрос в ценностном выборе.

Лукашенко пришёл к власти на платформе консервативных, общечеловеческих ценностей и социального государства. Если пойти на поводу и начать проводить реформы по рекомендациям западных прогрессоров, то можно быстро лишиться не только инициативы, но и разделяемых обществом ценностных ориентиров. Путь в тысячу ли начинается с первого шага.

В чём отличие Москвы от Страсбурга?

И по мере развития диалога Белоруссии с ЕС «неудобных» вопросов будет становиться всё больше. Так, 28 января в ПАСЕ приехала и выступила экс-кандидат в президенты Белоруссии Татьяна Короткевич, в то время как начальник её президентской кампании А. Дмитриев встретился с делегацией БДИПЧ ОБСЕ. Эти новости прошли тихо.

Однако стоило двумя днями ранее Короткевич посетить Россию для участия в научной конференции в Высшей школе экономики, как в белорусском экспертном сообществе поднялся шум о «покупке» белорусской оппозиции Москвой. Откуда такое разительное отличие в реакции? Неужели доверия к Западу, обложившему Беларусь санкциями, стало больше, чем к России, с которой связывают два десятилетия союзного строительства, не говоря о предыдущей истории?

Конечно, нет. С Западом сейчас – курс на оттепель, поэтому лучше не будить лихо. Отношения же в Союзном государстве намного более тесные, поэтому можно позволить более откровенный разговор по душам, не скрывать эмоций. Нередко и в российских СМИ отдельные обозреватели в погоне за сенсациями критикуют Белоруссию не по делу. И всё же подобные «противофазы» оставляют неприятный осадок – это предмет для большого разговора между экспертами.

Новые «любители» Белоруссии

На фоне бурных «разоблачений» белорусской оппозиции и её мнимых российских искусителей незамеченной прошла другая новость. 28 января всё в том же Страсбурге состоялось заседание Парламентской конференции Балтийского моря. Для оценки перспектив членства Белоруссии в данной организации (сейчас есть лишь эпизодические контакты) в апреле этого года в Минск прибудет специальная делегация. Ответственными назначены дипломат Дирк Шубель и евродепутат Анджей Здроевский. В их задачи войдёт не только оценка положения на месте, но и политическая поддержка белорусской оппозиции.

Скажем прямо, лучших кандидатов найти было сложно. Тут всё в порядке не только с политическими взглядами, но и с ценностями. Дирк Шубель, например, делился с публикой своими сокровенными ожиданиями, что украинский Майдан скоро произойдёт в «российской версии». Дипломат плотно курировал «молдавский кейс», в т. ч. с акцентом на права сексуальных меньшинств. Пару лет назад Шубель заявил, что является не просто другом Молдавии, а «любителем, даже любовником!».

Но дипломатия есть дипломатия. По всей видимости, прогрессорам в Белоруссии придётся оказывать тёплый прием и брать на карандаш наставления старшего европейского брата. Всё это наталкивает на недвусмысленный вывод.

Чтобы стать «новой Швейцарией», надо проститься с амбицией белорусских консерваторов – Основания для нового толчка в развитии Большой России.

Конечно, сколько-нибудь искушённый наблюдатель понимает, что никакой «новой Швейцарии» Минску на Западе не светит – максимум предложат «вторую Болгарию». И тем не менее цена «клубной карты» – это нейтралитет (политический и ценностный) в отношении России, которую сегодня на Западе силами многих хотят изобразить как злобного реваншиста или ретрограда. Им подпевают некоторые голоса как в России, так и в Белоруссии. Россия тоже проходит испытание на прочность, в стране укрепляются ростки разумного консерватизма, прочной государственности, новых подходов к интеграционным процессам. Можно пытаться закрывать на это глаза, обличая злые российские нравы. Но это не освобождает от решений, которые придётся принимать на западном дипломатическом треке. И что-то подсказывает, что Белоруссия с честью выдержит искушение «второй Женевой».