Политика Политика

«Архитектор сближения с путинской Россией»: Германия выбрала президента

Президентом ФРГ избран один из самых популярных и авторитетных политиков страны. За социал-демократа Франка-Вальтера Штайнмайера проголосовал 931 из 1260 зарегистрированных делегатов. Кандидат получил благословение канцлера Ангелы Меркель и заручился поддержкой «большой коалиции», состоящей из СДПГ и ХДС-ХСС. Прежний президент Йоахим Гаук отказался баллотироваться на новый срок ввиду преклонного возраста (ему 77 лет). Штайнмайер — давний соратник экс-канцлера Герхарда Шредера, во многом обязан ему карьерой. В начале 90‑х годов Штайнмайер возглавлял администрацию Шредера, когда тот работал премьером земли Нижняя Саксония. В 2005–2009‑м и 2013–2017 годах Штайнмайер был главой МИД. 

Главный моралист

Президент Германии в основном церемониальная фигура, выполняющая представительные функции. Согласно Конституции, именно он от имени ФРГ подписывает международные договоры. Его главная роль — медиатор; президент традиционно считается арбитром и моральным авторитетом в немецкой политике. Заслуживший репутацию миротворца и опытного переговорщика Штайнмайер выглядит идеальным кандидатом на этот пост. Немецкая пресса встретила его избрание сдержанным одобрением. 

Среди достоинств нового президента называются таланты дипломата, умеренные взгляды и то, что Штайнмайер стал консенсусной фигурой. Его хвалят за умение «разруливать» конфликты. Из минусов — общий образ «скучного политика» и неяркость риторики, так как, в отличие от предшественника, Штайнмайер склонен избегать забористых выражений. Последнее, впрочем, одновременно является и плюсом. Как пишет газета Nordwest-Zeitung, «сегодняшнему миру не нужен очередной крикун; ему нужен кто-то, кто вдумчиво подходит к вопросам». 

Главной задачей президента обозреватели видят борьбу против растущего правого популизма и прочих «антиевропейских» тенденций. Не зря Штайнмайера теперь очень часто описывают как «анти-Трампа», его избрание презентуется как «немецкий ответ Трампу».

Его миссия — охрана «старого» европейского порядка от многочисленных кризисов и поиск диалога. Сам Штайнмайер пообещал защищать свободу и демократию не просто в Германии, а в «Единой Европе», делая акцент на слове «единая». 

Дональд Трамп

Сенсационная победа Трампа на выборах в США позволила аналитикам надеяться, что факел стража либерально-глобалистской идеологии перейдет к Германии. Штайнмайер, похоже, признаёт эту цель. Принимая присягу, он прочел речь

в духе Барака Обамы и Хиллари Клинтон. «На самом деле великолепно, что Германия, наша непростая Родина, наша страна, для многих в мире стала якорем надежды», — сказал он, открыто противопоставляя инклюзивную модель формату «охраны границ» и лозунгу «America First!», который предлагает Трамп. 

С будущим президентом Америки Штайнмайер вступил в заочную полемику еще во время праймериз, когда Трамп официально не был выдвинут единым кандидатом от Республиканской партии. Царящая в его штабе антилиберальная риторика ошеломляла главу немецкого МИД, а эксцентричного миллиардера он называл не иначе как «проповедником ненависти». Его победу — концом существующего миропорядка. 

Трамп в свою очередь откровенно злорадствовал, критикуя немецкую миграционную политику и приводя Европу в качестве примера того, как не должны поступать США.

Штайнмайеру, равно как и его сменщику в МИД Зигмару Габриэлю, всякий раз приходилось реагировать на выпады Трампа, отстаивать европейский образ жизни. На нового президента возлагаются большие надежды: ему придется одновременно продолжать строить «Единую Европу», теперь уже как альтернативу «трампизму», и противостоять правым вроде AfD у себя дома.

Предчувствие 1914‑го

Заступая на должность, Штайнмайер во второй раз в жизни заменяет собой политика с ярко выраженной антироссийской риторикой. В декабре 2013 года в МИД он сменил Гидо Вестервелле, который прилетал в Киев открыто поддержать протестующих на майдане. Предыдущий президент Гаук тоже отличался громкими выпадами в адрес Москвы. Бывший лютеранский пастырь и диссидент-антисоветчик во втором поколении (его отца в 50‑х годах высылали из ГДР в сибирский трудовой лагерь), Гаук отказывался поехать на Олимпиаду в Сочи и военный парад на Красной площади, после чего заявлял, что вообще воздержится от визитов в Россию. 

Экс-президент Германии Йоахим Гаук

Выступая в Гданьске 1 сентября 2014 года по случаю годовщины начала Второй мировой войны, Гаук обвинил Россию в агрессии, провел параллель с немецким прошлым и напомнил, что «территориальные уступки зачастую лишь увеличивают аппетит агрессоров». 

Штайнмайера, наоборот, критики обвиняют в чрезмерной приверженности традиции немецкой «Восточной политики» (Ostpolitik), предполагающей дипломатичный и примирительный подход к России.

Его стратегия в отношении Москвы считается «мягкой». Более того, Штайнмайер периодически появляется на таких мероприятиях, как Потсдамские встречи, организуемые Германо-российским форумом. 

Подобные площадки в немецкой прессе зачастую характеризуются как сборища пророссийских «полезных идиотов», а их организаторы, вроде главы Германо-российского форума экс-премьера Бранденбурга Маттиаса Платцека, воспринимаются как «путинферштееры» — «люди, понимающие Путина».

Ведущее польское издание Gazeta Wyborcza после избрания Штайнмайера припомнило его тесную совместную работу со Шредером и назвало его «архитектором сближения с Россией Владимира Путина». Именно вклад философии Штайнмайера (по мнению поляков, наивной) в том числе позволил Шредеру в свое время подружиться с российским лидером. Несмотря на произошедшее потом охлаждение, тон Штайнмайера по отношению к России не изменился до сих пор, отмечают авторы. 

В связи с примирительной позицией Штайнмайера издание вспоминает характерный эпизод, связанный с выступлением в Бундестаге президента Польши Бронислава Коморовского. Коморовский сказал, что Европа напоминает ему 30‑е годы, следовательно, важно понимать, что «аппетиты агрессора» нельзя снизить умиротворением. Штайнмайер возразил: Европа напоминает 1914 год, поэтому во избежание большого конфликта нельзя действовать слепо и опрометчиво. 

Будучи во главе МИД, Штайнмайер действительно последовательно придерживался сдержанной, комбинированной политики, направленной на диалог и поиск компромиссов. Он поддержал санкции, но подчеркивал, что их надо применять «по-умному», что санкции не могут служить самоцелью и уж точно не должны видеться инструментом для того, чтобы «поставить партнера на колени» и разрушить его экономику. В схожей манере он отказался расширять существующие санкции или из-за Сирии вводить новые. Порой он позволял себе совсем нетипичные для западных политиков жесты. Прошлым летом он поверг партнеров в шок, когда неожиданно раскритиковал военные учения «Анаконда» в Польше. 

Штайнмайер призвал не «бряцать оружием» и пояснил: «Если кто-то полагает, что весь этот символический парад танков на восточных границах Альянса обеспечит безопасность, то он ошибается».
Франк-Вальтер Штайнмайер и Сергей Лавров в Волгограде

Ранее, когда европейские лидеры, за редким исключением, дружно бойкотировали 70‑летнюю годовщину Победы в Великой Отечественной войне и осуждали российские памятные мероприятия, Штайнмайер прилетел в Волгоград, где вместе с главой МИД РФ Сергеем Лавровым посетил Мамаев курган. Там он прочел красивую и трогательную речь, в которой вновь говорил о преодолении противоречий и примирении. Выступление заканчивалось призывом: «Послушаем вместе музыку мира». 

Какой на деле получится «музыка» у президентства Штайнмайера, покажет время, но пока можно надеяться, что конфронтационной риторики на самом «моральном» посту будет существенно меньше, чем ранее. И что новый президент продолжит выступать миротворцем.