Политика Политика

Быть ли в Латвии созидательной экономике? Ответ — за школьной партой

Система образования является фундаментом для устремлений общества. Именно от нее зависит, по какому пути будет развиваться государство: станет ли оно ориентированным на науку и высокие технологии или будет взращивать обслуживающий персонал. Поэтому рассуждая об иных путях развития маленькой прибалтийской страны – надо сознавать, что в основе всего лежит школа.

Педагоги старой закалки, да и просто грамотные люди, заканчивавшие советскую школу, уже обругали нынешнюю латвийскую систему образования вдоль и поперек, и не только за языковые «кандибоберы» местного Минобра. Хотя важно понимать: латвийская школа создавалась для страны чужих банков и супермаркетов. Но вдруг выяснилось, что совсем скоро жителям Латвии в массовом порядке придется вспомнить, как самим заниматься созидательным трудом.

«Да поможет нам Перконс*!»

*Перконс – бог-громовержец в балтийском языческом пантеоне (латышское произношение), аналог славянского Перуна.

Почти два года назад аналитический портал RuBaltic.Ru уже писал о том, что финансирование стран Прибалтики из структурных фондов ЕС планомерно сокращается, а в 2020 году, скорее всего, будет полностью прекращено. А чуть больше года назад автору этой статьи довелось участвовать в освещении мероприятия под названием «I Европейско-латвийский экономический форум Made in Latvia», которое проходило в здании Латвийской Академии наук (ЛАН). Форум посетил премьер-министр Марис Кучинскис, а также «национально мыслящая» Инесе Вайдере — депутат Европарламента. Тогда же профессор, доктор экономических наук, академик ЛАН и экс-министр образования и науки (2006–2007) Байба Ривжа в своем программном докладе обозначила стратегической целью построение в Латвии «мудрой экономики».

I Европейско-латвийский экономический форум Made in Latvia / Фото: baltnews.lv

Вообще-то в оригинале было использовано словосочетание viedā ekonomika. Слова viedums, vieds обычно переводят как «мудрый», «умный», иногда — «интеллектуальный». Но они имеют явно сакральный оттенок. Они сродни русскому «ведать» или исконному значению слова «ведьма», то есть «ведающая», «знающая». Но — не просто обладающая информацией или навыками, а владеющая неким тайным, непонятным большинству знанием. Можно сказать, наукой, если по-современному. Но наукой особой, способной на пророчество и спасение.

То есть построение наукоемкого инновационного производства было обозначено и поддержано государственной властью как стратегическая задача, окруженная некоторым мистическим ореолом.

К сожалению, дальше все продолжилось как обычно… Всколыхнулась небольшая волна в СМИ, один портал даже взялся за серию публикаций — своеобразную ревизию промышленного потенциала Латвии. Но очень скоро эта тема как в медиа-пространстве, так и в речах политиков как-то незаметно угасла: на горизонте замаячили очередные выборы, и публичные персоны уже чисто рефлекторно уселись на своих, проверенных годами «коней».

Снос здания предприятия «Радиотехника» / Фото: YouTube

Страна чужих супермаркетов, чиновников и собранных чемоданов

Нельзя сказать, что в Латвии совсем уж нет промышленности и науки. Просто ни то, ни другое не может стать для страны системообразующим фактором. Потому что для этого надо кардинально менять многие социальные институты, в том числе систему образования.

Напомним, Латвия «образца 1991-го» формировалась под совсем иные задачи: как территория чужих супермаркетов, западных банков, дилинговых компаний, быстрых кредитов, но только не как территория созидания. Даже национальная валюта — лат — была создана настолько твердой и дорогой (изначально курс был примерно таким: 1 лат равен 2 долларам США), что это делало нерентабельным любое серьезное производство. Впрочем, теперь страна вошла в зону евро, то есть полностью утратила возможность корректировать направление своего развития, управляя курсом национальной валюты.

А между тем, как говорит вице-президент ЛАН и профессор Рижского технического университета Андрей Красников, уже сегодня ощущается нехватка инженеров: в машиностроении — около 5 тысяч, а в целом — около 25 тысяч человек.

По данным латвийского управления статистики, за период 2015–2016 годов уйти из науки, а зачастую и уехать из страны были вынуждены 596 ученых, работавших на полную ставку. На самом деле их количество гораздо больше, так как в последнее время многие из них работали на полставки. Для страны, где, по данным

того же ЦСУ от 2015 года, живет 1,978 миллиона (по неофициальным данным на сегодня — чуть больше 1,5 миллиона) человек, это немало. Как и 226,6 тысячи чиновников, занятых только в правительственном секторе, —многовато.
Среди русских Латвии ходит такая шутка: «латыш – не национальность, а профессия». Действительно, чиновничество страны — это либо коренные латыши, либо русскоязычные, «проинтегрированные в латышскость».

Хотя на самом деле бюрократ везде и всегда мыслит примерно одинаково. Сегодня этот класс-гегемон управляет в Латвии практически всем, в том числе наукой и образованием, часто не понимая специфики и особенностей ни того, ни другого. Впору вновь поднимать лозунг, с которого когда-то началась перестройка: «Долой номенклатуру!»

Вместе с тем ежедневно за границу в поисках лучшего отправляется на ПМЖ более 50 человек, а приезжает лишь 20 с небольшим. Сегодня Латвию с полным правом можно назвать «страной собранных чемоданов».

Наконец, как следует из информации на сайте латвийского Минобра, за период с 1999/2000 по 2017/2018 учебный год количество первоклашек снизилось на 40%, девятиклассников (так называемая основная школа) — на 34%, а учеников выпускного 12-го класса — на 36%.

Фото: Vesti.lv

«Пожизненное природоведение»

На основе материалов с сайта Государственного центра содержания образования (VISC) посмотрим, каковы же «успехи» бюрократов-реформаторов страны в деле школьного строительства.

Успех первый: «отмена бесполезных знаний», успех второй: «сортировка по способностям». Эти два «достижения» тесно взаимосвязаны. Сначала в «бесполезные знания» попала, например, астрономия. Потом добрались до физики, химии и биологии. Нет, это по-прежнему предметы обязательного цикла, поэтому ситуация выглядит так: в основной школе биологию изучают в 7–9-х классах, а физику и химию — в 8–9-х.

По одному часу в неделю — это так называемый «первый вариант». По два часа в неделю — «второй вариант», он для детей «со способностями». Экзамены по этим предметам в 9-м классе не сдают. Кроме того, в учебной программе доминируют предметы гуманитарной и общественной направленности, что также отбивает у школьников интерес к естественным наукам.

В средней школе (10–12 класс) интеллектуальная сегрегация продолжается. Здесь учащийся может выбрать одну из трех программ: общеобразовательного, гуманитарно-социального или — условно — физмат-направления. И наконец, четвертое направление, профессиональное, — это ПТУ. И если общеобразовательное и физмат-направления включают в себя изучение естественных наук, то на гуманитарно-социальном и профессиональном их заменяет… снова природоведение! Как и в начальной школе, его задача — дать учащемуся самые общие представления о мире, чтобы он не смотрелся совсем уж полным болваном!

Гуманитарно-социальное направление очень востребовано. Во-первых, учиться там гораздо легче. Во-вторых, сама школьная программа имеет ярко выраженную социальную, даже «бытовую» ориентацию.

И наконец, престиж в обществе, например, инженера, изобретателя или ученого гораздо ниже, чем того же менеджера по продажам, директора очередного департамента или «руководителя проектов».

В то же время уровень большинства латвийских гуманитарных вузов — это фактически уровень советского ПТУ, только под вывеской «высшая школа». Поэтому, что давно уже ни для кого не секрет, все управленческие структуры страны забиты квазигуманитариями, которые искренне верят: для того, чтобы решить какую-то проблему, надо просто сделать хорошую презентацию, провести несколько семинаров и заказать знакомому журналисту грамотный пресс-релиз. Просто их так учили.

Фото: wehaveanyspace.com

В то же время возможности продолжить образование на технических или естественно-научных факультетах вузов лишены и выпускники ПТУ, ведь они вместо химии и физики изучают то же самое «природоведение».

В советское время именно из тех, кто окончил среднее профтехучилище, а потом поступил в технический вуз, получались в итоге наиболее грамотные и самостоятельно мыслящие инженеры и конструкторы. Рабочая школа плюс точно такое же, без всяких скидок, среднее образование, — такая комбинация часто давала прекрасные результаты.

Цех Рижского завода «ВЭФ» / Фото: Комсомольская правда
К тому же сортировка учеников на тех, у кого «ярко выражена мотивация к учебе», и тех, с кем «не стоит возиться», не гарантирует и не может гарантировать отбор действительно талантливых школьников. Любой честный и грамотный школьный психолог вам скажет, что даже ярко выраженные способности, как и мотивация к учебе, могут временно блокироваться по самым разным причинам. Это могут быть конфликты в семье или с одноклассниками, психологическое давление учителя, наконец, навязанная окружением заниженная самооценка и много чего еще.

Советская система образования в свое время сумела обеспечить кадрами технологический подъем страны именно из-за массовости этого образования, когда фактор случайности сводится к пренебрежимо малой величине.

А в нынешнем подходе к образованию мы видим схемы, удобные и понятные бюрократу.

«Угадай мелодию»

Успех третий: «это же все одна и та же математика». Классический курс математики в средней школе традиционно включал в себя родственные, но во многом принципиально разные дисциплины. Это алгебра и геометрия, которая в свою очередь делится на планиметрию и стереометрию. Тригонометрию можно отнести и туда, и туда, хотя алгебраический и геометрический подходы к ней будут разными. Отдельным подразделом школьной алгебры были начала анализа и основы матричной алгебры.

Сегодня все, что от этого осталось, залито в один флакон с надписью «математика». Чиновники латвийского Минобра искренне уверены, что «это все одно и то же».

Вместе с тем алгебра — это понятийно-логическое мышление, а геометрия — это, прежде всего, пространственное воображение. Да, иногда оба этих типа мышления могут быть развиты у человека одинаково. Но не обязательно и далеко не всегда.

Успех четвертый: «и вырвем грешный ваш язык». Здесь прежде всего имеется в виду прямо-таки маниакальное стремление чиновников Минобра перевести все образование в Латвии на латышский язык. Стремление, не имеющее под собой никакого научного обоснования.

Нет, само по себе обучение на разных языках – это хорошо, что успешно доказывает опыт многих европейских стран. Поэтому проблема тут не в языке, а в психологическом насилии и непрофессионализме, которые часто и вызывают у русских школьников Латвии стресс и, как следствие, временную блокировку способностей и мотивации к учебе.

Но, тем не менее, на сайте Минобра можно найти исследование, которое свидетельствует: еще на централизованных экзаменах 2008/2009 учебного года, когда они впервые проводились для всех школьников на латышском языке, «школы нацменьшинств», а попросту, те самые русские школы Латвии, показали более высокие результаты по биологии, физике и химии. С тех пор результаты централизованных экзаменов, если верить официальным данным, остаются в пределах статистических колебаний.

Протесты в Риге против перевода обучения в школах на национальный язык / Фото: Vesti.lv

Успех пятый: «угадай мелодию». Надо отметить, что в Латвии обязательными для всех школьников являются только экзамены по математике, латышскому и иностранному языкам. Одну из естественных наук — по выбору — можно сдать добровольно. То есть физика, химия, биология и тут «не обязательны»! Но главная проблема в другом: тестовая система оценки практически вытеснила все иные формы контроля знаний. И главная ее опасность в том, что она мотивирует к формированию бинарной логики вместо вариантной, свойственной классическому экзамену.

А бинарная, лишенная нюансов и оттенков логика «правильно – неправильно», — это и есть основа мышления чиновника, бюрократа, но никак не ученого, изобретателя, мастера.

В результате всех этих «успехов» латвийского Минобра, как говорит академик, профессор, многолетний директор Латвийского института оргсинтеза, а ныне председатель его Ученого совета Ивар Калвиньш, сегодня больше половины школьников не могут поступить на специальности, которые нужны народному хозяйству.

Кстати, Ивар Калвиньш — изобретатель того самого, ставшего знаменитым после скандала вокруг российской олимпийской сборной милдроната, — действительно уникального препарата, нормализующего энергообмен на клеточном уровне и не имеющего никакого отношения к «допингу».

Ученый видит единственный выход в создании нулевого курса по естественным наукам в вузах, где за государственный счет обучались бы те, кто хочет выучить естественные науки действительно на уровне средней школы. Иначе, говорит он, ничего не изменится… Действительно, в противном случае мечта о стране с «ведающей» инновационной экономикой так и останется для Латвии «плясками на Лысой горе».

Читайте также
19 июля 2018
Интервью с одной из молодых активисток Штаба защиты русских школ Екатериной Гавриловой.
21 июля 2018
В Верманском парке Риги 19 июля Штаб защиты русских школ и Русский союз Латвии провели акцию «СтихоМарш "Русская СтихиЯ"», приуроченную к 125-летию Владимира Маяковского и посвященную делу защиты русских школ Латвийской республики.
27 июля 2018
Интервью с известным латвийским журналистом, главным редактором портала IMHOclub Юрием Алексеевым.
20 июля 2018
Аналитический портал RuBaltic.Ru продолжает знакомить читателей с историями людей, подавшихся в эмиграцию.