Политика Политика

«Латвию на выборах хотят накормить подогретым супчиком вместо свежего»

Незадолго до выборов в 12-й Сейм Латвии в стране появляются новые партии. Однако по факту это оказывается лишь перегруппировкой прежних, хорошо знакомых политиков. Значит ли это, что Латвия испытывает трудности с наполняемостью политической элиты? И насколько остро сейчас стоит вопрос о смене поколений в латвийской политике? Эти и другие вопросы портал RuBaltic.Ru обсудил с профессором факультета социальных наук Латвийского университета Юрисом РОЗЕНВАЛДСОМ:

- Г-н Розенвалдс, в настоящее время активно идёт предвыборная избирательная кампания в латвийский Сейм. Какие особенности кампании в этом году можно выделить, на Ваш взгляд?

- Стоит оговориться, что кампания по-настоящему ещё не развернулась. Сейчас партии или их объединения подают свои списки в ЦИК, и пока есть информация лишь о двух-трех партиях. Поэтому полного комплекта нет, и, соответственно, нет предвыборных программ. Надо учитывать и это тоже, поскольку избиратели часто ориентируются на личности, и борьба между партиями идёт как борьба личностей.

Если говорить об особенностях избирательной кампании этого года, то можно прогнозировать, что выборы, скорее всего, не внесут ощутимых изменений в расклад политических сил. С вероятностью в 70-75% можно говорить, что правящая коалиция будет той же самой. Доля «Центра согласия», а теперь уже просто «Согласия», скорее всего, увеличиваться не будет. Об этом можно говорить на основании достаточно неудачного выступления «Согласия» на выборах в Европейский парламент.

Со стороны «Согласия» при этом чувствуется стремление сделать упор не на этнический фактор, хотя они объективно являются политической силой, представляющей, прежде всего, интересы русскоязычной части электората, а на демократические ценности.

Не уверен, что это обеспечит им успех на этих выборах, но стратегически это, на мой взгляд, верная позиция.

В то же время, происходит перегруппировка политических сил. В частности, «Согласие», которое стремится отделить себя от более радикальных сил, доставляющих умеренным лидерам «Согласия» определенные неприятности. Они выбрали путь избавления от некоторых одиозных фигур, с точки зрения латвийского электората, чтобы сделать себя более открытыми и привлекательными для этого электората. То же можно сказать и о партии «Единство», которая претендует сейчас на роль партии власти. Она поглотила Партию реформ, и теперь часть их политиков будут во главе списка «Единства».

Другой характерной чертой, думаю, будут вопросы безопасности Латвии, связанные с теми событиями, которые происходят сейчас на юго-востоке Украины. Несомненно, они оказывают ощутимое влияние и радикализируют некоторые политические события.

- Насколько активно в избирательной кампании себя проявляют новые партии?

- В Латвии новые политические силы появляются на каждых выборах. Наиболее серьёзные из них сейчас, с точки зрения голосов, - это только что созданная партия Ингуны Судрабы. Её политическая платформа явно популистская, но по рейтингам они подходят к пятипроцентному барьеру. Это даёт серьёзные основания для того, чтобы считать, что они могут пройти в Сейм.

Есть другие небольшие партии. Целый ряд тех бывших политических лидеров, которые, казалось бы, ушли из политики, сейчас возвратились обратно. Ярким примером является «вечный возвращенец» Айнарс Шлесерс, чьей задумкой было создать чуть ли не «партию бывших премьеров». Но пока, судя по рейтингам, это не очень серьёзно.

Что касается русскоязычной части политического спектра, то всё выглядит вполне закономерно. На прошлых выборах партия «Согласие» монополизировала русскоязычный электорат, что ненормально.

Русскоязычных электорат не монолитен и не гомогенен, и в этом смысле закономерно для других партий на этих выборах вставать на более радикальные позиции, чем позиции «Согласия».

Я не исключаю, что эти более радикальные силы в Сейм смогут пройти.

- Получается, что накануне выборов появляются новые партии, однако люди, которые их формируют, обычно не новички в политике. Не свидетельствует ли такое положение дел о том, что политическая элита «состаривается» и наблюдается дефицит новых лиц?

- Вообще Латвия – это маленькая страна, и круг политических лидеров достаточно узок. Думаю, что в настоящее время, если смотреть объективно, то претензии «Единства» на то, чтобы быть партией власти, обоснованы. С точки зрения количества и качества предлагаемых кандидатур, надо признать, что «Единство» тут выбивается в лидеры.

«Согласие» может долго говорить о том, что она хочет всё сделать иначе. У них есть и козырь – Рига. Мэр Риги Нил Ушаков показал себя как приемлемый мэр и для латышей, и для русскоязычных жителей. Но, даже выдвинув Нила Ушакова на пост премьер-министра, «Согласие» всё равно не сняло главной проблемы - их «скамеечка» всё равно короче «скамейки» партии «Единство».

Я бы не стал говорить о «состаривании» элиты, новые процессы происходят. Скорее, следует говорить о качестве политической элиты, но это уже вопрос для всего постсоветского пространства. Несомненно, есть проблема качестве политической элиты, но можно сказать, что, судя по попыткам возвращения политиков вроде Репше и Шлесерса, наблюдается изменение даже в их взглядах. Их предложения не похожи на те, что были несколько лет назад. Но при этом у них низкие рейтинги, люди учатся и не хотят ступать на одну дорогу дважды.

Это как если бы кто-то утверждал, что подогретый суп вкуснее свежего.

Какой-то процесс обращения происходит. Я бы не сказал, что есть острый дефицит новых политических лидеров. Они выдвигаются, но круг политической элиты, конечно, довольно узкий. Это проблема маленького общества.

- Как Вы упомянули ранее, Партия реформ в итоге вошла в состав «Единства». Можно ли считать это попыткой решить проблему кадрового голода?

- Конечно. Это было поглощение, то есть слияние на условиях «Единства». Рядовые члены Партии реформ повозмущались, но в итоге партия умерла. В этом есть и положительный момент – на этой волне в политику пришел целый ряд новых и достаточно способных людей. Не думаю, что есть стагнация политической элиты. Но есть вопрос о её качестве.

Под этим я имею в виду умение ставить стратегические вопросы развития общества и их решать, так, как может даже не понравиться части электората.

Для этого нужна политическая воля и политическая смелость, и этого правящей латвийской элите часто не хватает.

- Но, по сути, на протяжении последних двадцати с лишним лет во власти Латвии вращаются одни и те же люди. Не кажется ли Вам, что сейчас Латвия подходит к определенному рубежу, когда в среде политической элиты должна произойти смена поколений? Не грозит ли Латвии политический «застой», если этой смены не произойдет?

- Как я уже говорил, смена всё-таки происходит. Если посмотреть на людей у власти, то они меняются. Процесс происходит. Кроме того, при всех недостатках и проблемах, которые есть в Евросоюзе, пребывание в нем Латвии оказывает на страну положительное значение в отношении влияния на неё определенного политического порядка. Это не приказы Брюсселя, а, скорее, школа для латвийской политической элиты.

Поэтому я бы не согласился с таким утверждением о стагнации нашей элиты. Я думаю, что происходит естественная её смена, но при этом нам нужны люди, которые смогут решить проблемы последних 20 лет, накопившиеся за это время. Главное для политика, по моему мнению, осознавать, что существуют проблемы в обществе, решение которых требует смелости.

- Что же необходимо, чтобы такая смелая политическая элита Латвии появилась?

- Ничего нового, как мне кажется, я не скажу. Если политик ориентируется только на желания массы, то это очень опасно. На основе последних событий мы видим, как просто с помощью СМИ настроить людей и заставить их думать в определенном направлении. В этом плане политик должен быть способен видеть дальше и смотреть на ситуацию с точки зрения общества в целом, а не какого-то отдельного этноса, скажем. Это звучит очень абстрактно, но это важно. В Латвии эта способность особенно нужна.