Политика Политика

Литва может получить зеркальный ответ за «дело Юрия Меля»

В Литве арестован офицер запаса, российский военный пенсионер, тяжело больной диабетом Юрий Мель. Литовские власти обвиняют его в участии в штурме Вильнюсской телебашни 13 января 1991 года – то есть в том, что Мель как советский военнослужащий исполнял приказ на территории Литовской ССР. «Дело Юрия Меля» может стать новым прецедентом уголовного преследования по политическим мотивам в Литве и спровоцировать очередной межгосударственный конфликт Литовской республики с Россией.

Полковника запаса Юрия Меля задержали 12 марта на погранпереходе «Советск-Панемуне», спустя два дня Вильнюсский участковый суд разрешил взять бывшего военнослужащего под арест. Жителя Калининградской области Юрия Меля обвиняют в том, что он участвовал в штурме Вильнюсской телебашни 13 января 1991 года и произвёл три холостых выстрела из танка.

Инициировавший арест Меля прокурор Гинтаутас Пашкявичюс пояснил, что арест необходим, потому что Мель может скрыться от правосудия. По утверждению Пашкявичюса, литовский суд выдал постановление об аресте российского гражданина ещё в сентябре 2013 года, и эта информация якобы была передана российской Генпрокуратуре.

По словам прокурора, Юрию Мелю предъявлены подозрения в преступлениях против человечности и в военных преступлениях. За это ему грозит пожизненное лишение свободы.

Как уточняет адвокат Витаутас Савчук, арестованного Меля, бывшего в январе 1991 года лейтенантом Советской армии, обвиняют помимо прочего… в сговоре с министром внутренних дел Борисом Пуго и министром обороны СССР Дмитрием Язовым и иными представителями высших эшелонов советской власти того времени. «Он выполнял приказ как военный, приведённый к присяге СССР. Его танк никого не задевал - ни людей, ни автомобили. Было три выстрела из орудия, но наводчиком был командир взвода. Однако кто отдавал приказ, он не слышал. Сам он не стрелял», - заявляет адвокат.

Арестованный Юрий Мель уже был подвергнут пятичасовому допросу в Генеральной прокуратуре Литвы. На допросе, помимо прочего, офицер запаса рассказал о том, что 13 января около телебашни с крыши одного из домов по людям вели огонь трассирующими пулями. Сослуживцам Юрия Меля приходилось прятаться за танк.

Свою вину в убийстве людей, «военных преступлениях» и «преступлениях против человечности» Мель отвергает категорически. «Он не признаётся, только утверждает, что выполнял приказ как военный….Я не вижу в его действиях преступления: какое это преступление - ехать на танке? Теперь ему инкриминируется, что он был сообщником Язова и Пуго», - заявил по итогам допроса адвокат подсудимого Витаутас Савчук.

Кроме того, «дело Юрия Меля» изначально юридически несостоятельно, так как противоречит международным нормам уголовного права. «Следует заметить, что на момент тех событий Юрий Мель, являясь военнослужащим Вооруженных Сил СССР, был обязан выполнить приказ своего командования, в противном же случае ему могло грозить уголовное преследование за невыполнение приказа, - оценивает позицию Литвы в данном вопросе юрист Европейской юридической службы в Москве Андрей Токарев. - Согласно одному из общепризнанных принципов уголовного права, закрепленном, в частности, в ст. 33 Римского статута Международного уголовного суда от 17 июля 1998 г, исполнение обязательного для лица приказа или распоряжения является обстоятельством, исключающим преступность деяния (в таком случае уголовную ответственность должно понести лицо, отдавшее незаконный приказ или распоряжение). Исполнение приказа является обстоятельством, исключающим преступность деяния, в том случае, когда речь не идет о явно незаконном приказе. Учитывая обстоятельства дела, те крайне неопределенные политические условия, никак нельзя говорить об осознании военнослужащими даже потенциальной неправомерности полученного приказа. Таким образом, уже по сути предъявленного обвинения возникают большие вопросы относительно его состоятельности с точки зрения международно-правовых стандартов». Но юридическая сторона вопроса литовское правосудие, похоже, слабо интересует.

«Дело Юрия Меля» превращается в новый международный скандал, связанный с уголовными преследованиями в Литве по политическим мотивам. И повод уже классический – кровопролитие 13 января при штурме Вильнюсского телецентра. И последствия ожидаемы – новый дипломатический конфликт Вильнюса с Москвой.

«Позиция литовских властей нам известна – их трактовка тех событий весьма политизирована, и это уже не первый случай, когда эта позиция негативно отражается на российских гражданах», - заявил RuBaltic.ru уполномоченный МИД РФ по вопросам прав человека, демократии и верховенства права Константин Долгов. «Мы будем предпринимать всё необходимое для того, чтобы права российского гражданина были обеспечены. Мы эти вопросы не политизируем, в отличие от литовской стороны, и будем работать в этом направлении», - заявил представитель российского МИД.

Однако «дело Юрия Меля» представляет угрозу не только для самого арестованного жителя Калининградской области и других бывших советских военных, участвовавших в вильнюсских событиях 13 января.

Процесс может запустить цепную реакцию и вызвать зеркальный ответ России, которая со своей стороны вправе начать уголовное преследование лиц, причастных к гибели людей у Вильнюсского телецентра. Например, лидеров «Саюдиса», среди которых – и «отец литовской независимости» Ландсбергис.

Литовские власти схватили военного пенсионера за то, что 23 года назад он, находясь на территории СССР (а международного признания Литва на тот момент не получила, следовательно, это была по-прежнему Литовская ССР, несмотря на Акт о восстановлении независимости 1990 г.), выполнял законные приказы своего законного руководства и при этом не причинил вреда ни единому человеку. Но ведь во время тех же событий 13 января был убит советский омоновец, 22-летний Виктор Шатских. Его убийцы не найдены до сих пор. Однако свидетельств, обильно «рассыпанных» во множестве публичных источников (статьи в литовской печати, литовские книги), в которых описывалось бы, кто мог стоять за убийством Шатских – предостаточно.

«Утверждение работников прокуратуры Литовской республики о том, что лейтенант КГБ Шатских В.В был убит у здания телерадиокомитета выстрелом в спину кем-то из своих товарищей военнослужащих, опровергается показаниями опрошенной по делу свидетельницы, которая заявила, что видела, как находившийся в толпе неизвестный ей мужчина в гражданской одежде выстрелил в спину военнослужащего и тот упал. Последующее утверждение работников прокуратуры Литовской республики о том, что Шатских В.В был убит случайно срикошетившей автоматной пулей калибра 5,45 мм., опровергается заключением экспертизы, установившей, что он был убит выстрелом в упор, а срикошетившая пуля пробить находившийся на нем бронежилет не могла», - говорится в информационной записке Генеральной прокуратуры СССР о ходе расследования уголовного дела по событиям в Вильнюсе от 28.06.1991 года. «Судя по направлению раневых каналов, указанных в справке начальника бюро судебно-медицинской экспертизы Литвы, 6 потерпевших были убиты в результате 1-7 выстрелов в каждого из них с разных точек, в том числе при выстрелах сверху и в спину, т.е. не военнослужащими при непосредственном столкновении с ними лицом к лицу, а боевиками во время стрельбы из здания телецентра и с крыш ближайших домов в военнослужащих, которые находились у телецентра в толпе гражданских лиц», - доказывается в записке.

Поэтому, следуя литовской логике, Следственный комитет РФ имеет все основания возбудить уголовное дело по событиям 23-летней давности в связи с вновь открывшимися обстоятельствами.

К последним можно отнести, например, признания бывшего министра обороны Литвы, в 1991 году командира боевых отрядов «Саюдиса», Аудрюса Буткявичюса, заявившего несколько лет назад следующее: «Прокуратура в ходе обследования жертв, убитых из огнестрельного оружия на площади, пришла к выводу, что пули их поразили сверху вниз, а не по прямой. Значит, стреляли в этих людей не бойцы «Альфы», а люди с башни».

На основании показаний Буткявичюса и других очевидцев произошедшего у Вильнюсской телебашни литовский исследователь тех событий, активный участник Саюдиса Витаутас Пяткявичюс позже сделал вывод, что «военнослужащие Советской армии непричастны к гибели людей трагической ночью 13 января 1991 года в Вильнюсе». За это он подвергся жесткому прессингу со стороны властей.

«Из зданий телерадиокомитета и телецентра, из окружавшей здания толпы, с крыш расположенных рядом домов и рощи по дружинникам и военнослужащим велась интенсивная стрельба из автоматического оружия, в том числе трассирующими пулями. В связи с этим дружинники и военнослужащие неоднократно были вынуждены даже укрываться за бронетехникой», - говорит о том же служебная записка Советской Генпрокуратуры.

«Если вопрос касается возбуждения уголовного дела, например, по убийству Шатских Следственным комитетом РФ против литовских "протестующих", то потенциально это возможно, - считает юрист Европейской юридической службы А.Токарев.

– В практической плоскости проблемы могут быть связаны лишь с тем, что истекли сроки давности привлечения к уголовной ответственности. Но поскольку речь может идти о возбуждении уголовного дела по признакам состава преступления, за которое предусмотрено наказание в виде пожизненного лишения свободы, то по данной категории дел прекращение уголовного преследования по этому основанию может не применяться».

Следовательно, свидетелями и даже обвиняемыми по делу могут стать лидеры «Саюдиса» во главе с Витаутасом Ландсбергисом? Ведь «Саюдис» был одной из сторон разрешившегося кровопролитием конфликта. Именно его боевики противостояли советским омоновцам.

Причём позиция Москвы в этой истории будет более выигрышной в сравнении с позицией Вильнюса: в Литве, как известно, действует закон, запрещающий оспаривать официальную версию событий 1991 года – «факт советской агрессии». В события у Вильнюсской телебашни в Литве требуют просто верить, не рассуждая и не прося доказательств. В России же закона, устанавливающего истину в последней инстанции, нет. Поэтому в российском случае вместо сугубо идеологического, политизированного сюжета будет полноценное расследование в соответствии со всеми процессуальными нормами - свидетелями, доказательствами, судебными прениями.

Возможно, что это разбирательство затем выйдет на международный уровень.

Хотят ли литовские политики такого для себя сценария? Уверены ли они в своей непогрешимой правоте? И осознают ли тот международный резонанс, к которому в итоге может привести решение литовской прокуратуры арестовать отставного военного из Калининградской области, который ехал в Клайпеду за дешёвыми лекарствами?