Blogпост Blogпост

Латвия — страна ударной деиндустриализации

Недавно в Риге снесли многоэтажный корпус бывшего завода Radiotehnika.Вместо него на проспекте Курземес, по адресу 3 В появится магазин товаров для дома и сада сети Depo. Судьба «Радиотехники» оказалась типичной для многих заводов и фабрик, доставшихся Латвийской Республике в наследство от СССР.

Плановый снос

Снос здания был завершен до конца прошлого года. Без малого тремя годами ранее, 30 апреля 2015 года, производитель акустических систем VEF Radiotehnika RRR сообщил о продаже своей недвижимости на проспекте Курземес. Стоимость объекта была определена в 945 000 евро. 

Так закончилась история предприятия, с 1945 года массово выпускавшего электромагнитные трансляционные динамики, трансформаторы, усилители для киноустановок, радиоприёмники, радиолы, автомобильные приёмники. Его изделия неоднократно отмечались высокими наградами. 

В конце 80-х на предприятиях «Радиотехники» (Рижский радиозавод им. Попова, конструкторское бюро «Орбита», Рижский электромеханический завод (РЭМЗ), Кандавский радиозавод, завод микроэлектроники «Эмира» и т. д.) трудилось 16 тысяч человек. 

В эти годы на долю объединения приходилось примерно 35% всей выпускаемой в СССР бытовой аудиотехники. Но после распада СССР «Радиотехника» попала в кризисную ситуацию, и в 1992 году объединение расформировали. Большинство относившихся к нему предприятий, получив самостоятельность, вскоре закрылись. В октябре 2015 года здание «Радиотехники» и прилегающая территория были проданы фирме Pārupes būmaņi. Это предприятие принадлежит компании DMT PLUSS, управляющей сетью магазинов Depo.

30 апреля 2015 года производитель акустических систем VEF Radiotehnika RRR сообщил о продаже недвижимости на проспекте Курземес / Фото: eadaily.com

Справедливости ради, стоит отметить, что в лихолетье 90-х сгинули не все крупные латвийские предприятия. Так, Рижский вагоностроительный завод, основанный в 1895 году немецко-балтийским предпринимателем Оскаром Фрейвиртом как акционерное общество Fenikss, некогда считался крупнейшим производителем вагонов в Российской Империи. 

При наступлении немцев в 1915 году, в ходе эвакуации предприятий с территории Латвии, оборудование завода было срочно вывезено в российскую глубинку. В 1930-х годах в пустых помещениях Fenikss начало деятельность АО Vairogs, получившее лицензию от Ford Motor Company для монтажа автомашин. Предприятие стало крупнейшим производителем автомобилей в Прибалтике — а за период 1930—1940-х гг. здесь воссоздали также и вагоностроение. 

Во времена СССР завод оказался одним из крупнейших производителей электропоездов и дизель-поездов, а также трамвайных вагонов. 

В 90-х вокруг предприятия кипели приватизационные страсти, а в 1998 году вообще была объявлена его неплатежеспособность. Объёмы производства сократились многократно, численность персонала упала с 6 до менее 2 тысяч работников. К 2001-му там вообще осталось чуть более 120 человек. В процессе приватизации территория РВЗ оказалась разделена на две части, одна из которых отошла частному предпринимателю, а на второй в 2000-х начало понемногу возрождаться вагоностроение.

Однако от судьбы не уйдёшь — в итоге предприятие всё равно пришло в полный упадок и несколько раз сменило владельцев. В 2012 году оборот акционерного общества «Рижский вагоностроительный завод» составил 1,76 млн евро, убытки — 1,9 млн евро, на предприятии тогда трудились всего 95 человек. 

А в ноябре 2017 года коллегия по гражданским делам Рижского окружного суда приняла решения начать процесс неплатежеспособности завода. 
Въезд в Рижский вагоностроительный завод, 2013 год / Фото: citariga.lv

Данный процесс уже начинался в апреле прошлого года, но в августе он был приостановлен, так как РВЗ уплатил свои долги в отношении бывшего председателя правления Гатиса Камарутса. Однако Камарутс это решение обжаловал, мотивировав это тем, что он получил лишь невыплаченную заработную плату, но в отношении него не были произведены обязательные выплаты по государственному социальному страхованию. 

Кроме того, предприятие задолжало более миллиона евро по налоговым выплатам Службе государственных доходов и получило множество претензий и предупреждений от кредиторов. Все это свидетельствует о том, что РВЗ не имеет оборотных средств для расплаты по долгам. 

В 2016 году предприятие имело убытки в размере 2,96 млн евро, тогда как ещё в 2015 году оно сработало с прибылью в 182 794 евро. Резко упал и оборот — с 12,7 млн евро в 2015 до 2,68 млн евро в 2016 году.

Это фиаско, братан!

В январе 2018 года был подписан окончательный приговор и «Лиепайскому металлургу» — администратор неплатёжеспособного предприятия Гунтар Корисрешил продать имущество завода по частям на аукционах. Как сообщил представитель администратора Дзинтарс Хмиелевскис, такое решение принято потому, что ни один из претендентов на покупку предприятия KVV Liepajas metalurgs не выполнил условий, выдвинутых обеспеченными кредиторами, и не предоставил гарантий того, что способен купить завод как единое целое и возобновить его работу.

Ранее, 4 января, правительство постановило дать заводу две недели отсрочки. Тогда министр экономики Арвил Ашераденс заявил, что ведутся переговоры с потенциальным инвестором, но тот пытается добиться для себя более выгодных условий — в то время как Кабмин заинтересован в том, чтобы максимально вернуть государственные средства, вложенные в предприятие. 

Арвил Ашераденс / Фото: BaltNews.lv

В течение двух недель возможный инвестор должен был дать правительству гарантии и перечислить средства на счета кредиторов KVV Liepаjas metalurgs — но этого в итоге так и не случилось. «Ответственность за ситуацию с Liepajas metalurgs должны взять на себя политики, а избиратели — сделать свои выводы и думать, за кого голосовать на очередных парламентских выборах», — сказал глава Латвийской торгово-промышленной палаты Айгар Ростовскис

Айгар Ростовскис / Фото: BaltNews.lv

По его мнению, политики не должны заниматься бизнесом, это должны делать профессионалы. «Если здесь нет ничего криминального, то ответственность за последствия с заводом Liepajas metalurgs будет политическая. Поэтому нам — обществу, надо осознать это до парламентских выборов. Политики с большими лозунгами идут достигать своих целей, а потом всё заканчивается так, как сейчас», — указал эксперт. 

Liepājas Metalurgs / Фото: liepajniekiem.lv

Ростовскис напомнил, что некогда власти вложили огромные деньги из госбюджета в спасение завода. В итоге, оказавшееся в тяжелом положении предприятие было продано в октябре 2014-го украинской компании KVV group. 

Однако, украинцы лишь окончательно «добили» завод, некогда являвшийся флагманом металлургической промышленности Прибалтики.

Кроме того, пожалуй всем жителям СССР был известен такой бренд, как ВЭФ. Рижский Государственный электротехнический завод ВЭФ вёл свою историю ещё с 1898 года, с кустарной мастерской по ремонту телефонных аппаратов. В последующем, меняя названия и хозяев, скромная мастерская превратилась в крупнейшее промышленное предприятие, выпускавшее фотоаппараты, кинопроекторы, трансформаторы, насосы, утюги, электромоторы, провода, кабели, ветровые генераторы, станки, коммутаторы, автоматические телефонные станции, радиоприемники, телефоны. 

Почти любому из сегодняшних взрослых знаком, хотя бы по детским воспоминаниям, вэфовский радиоприёмник — вещь поистине культовая и ценимая в каждой советской семье. На транзисторные приёмники 2-го класса Spidola приходилось до 40% производства предприятия. Объем — около 1 млн. штук в год.

Радиоприёмник Spidola / Фото: he-legends.ru

Как вспоминают ветераны ВЭФа, их предприятие считалось передовым центром СЭВ по выпуску радио- и телефонной продукции. В частности, венгерские и болгарские заводы производили автоматические телефонные станции (АТС) по вэфовской технической документации. Официально признанный головным предприятием в отрасли, ВЭФ стягивал к себе лучших специалистов в области научных разработок, конструкторских решений и т. д. 

На пике производства, в конце 80-х, только в Риге на заводе работало свыше 14 тысяч человек, да ещё 6 тысяч по остальной Латвии. Прибыль, поступавшая в республику, достигала 580 миллионов долларов в год. 

Но это не уберегло ВЭФ от гибели: в середине 90-х годов завод прекратил существование, а на его месте был открыт огромный торговый центр. Государство и пальцем не шевельнуло для спасения промышленного гиганта. 

Например, когда в 1993 году в Латвию пришла британская фирма Tilts Communications, предложившая свои услуги по модернизации системы связи в республике, правительство тут же заключило с ней договор о создании компании «Латтелеком». Иностранные партнеры получили там не только контрольный пакет, но и вообще все латвийские телефонные сети. Хотя на тот момент ВЭФ (уже более чем вдвое сокративший своё производство из-за нарушения прежних связей) предпринял последний большой технологический прорыв: заводские специалисты в короткие сроки разработали продвинутую и недорогую цифровую АТС «Квант-Е». 

Но руководство «Латтелекома» полностью отказалось от дешёвых рижских АТС в пользу английских Tesla. Как же не порадеть «цивилизованным европейцам»!

Журналист Юрий Алексеев, некогда работавший на «Радиотехнике» инженером-конструктором, рассказывает: «У нас в Латвии главное предприятие, предоставляющее услуги связи, зовется Lattelekom. В начале 90-х сорок девять процентов его акций государство продало англо-финскому консорциуму TILTS Communications под будущие инвестиции, составлявшие примерно 500 млн долларов. Инвесторы начали перестраивать систему телефонной связи Латвии, переводить её с аналоговой основы на „цифру“. 

Замечу: государственное предприятие ВЭФ тогда ещё как-то жило! А чем в основном занимался ВЭФ в советское время? Выпуском оборудования именно для телефонных станций… Так вот, государственное предприятие „Латтелеком“ при своей модернизации не дало государственному же предприятию ВЭФ из этого полумиллиарда долларов заказов ни на копейку. 

Если бы ВЭФ получил из этого „праздника жизни“ хотя бы десять процентов заказов, он бы выжил и сейчас бы процветал», — уверен Алексеев. 

Впрочем, по его словам, выпускать современные цифровые станции полностью «под ключ» ВЭФ тогда не смог бы. «Но „цифровизация“ — это не только „умный процессор“, который ВЭФ тогда делать не умел, это еще тысячи наименований вспомогательного оборудования. Вот эти-то провода-разъёмы-корпуса для телефонной „цифры“ ВЭФ сделал бы запросто — причем, за гораздо меньшие деньги. А потом бы и „умную плату“ освоил», — считает эксперт.

Юрий Алексеев / Фото: sputniknewslv.com

Одним из известнейших латвийских предприятий являлся завод «Альфа», производивший полупроводниковые компоненты для микроэлектронной промышленности. Его костяк составляли опытнейшие специалисты, многие из которых приехали из Москвы и Ленинграда. Устройства, создававшиеся на основе «альфовских» разработок, использовались в целях «оборонки» — для военных ЭВМ, в самолетах, радиовзрывателях, фильтровой технике, устройствах связи и обнаружения.

На пике развития, в 80-е, «Альфа» давала работу 10 тысячам сотрудников. В независимой же Латвии предприятие быстро развалилось — хотя целый ряд российских корпораций был готов выкупить «Альфу» и стать акционерами. Но местное руководство было категорически против и «Альфа» умерла. 

Те из специалистов, кто помоложе, уехали в Россию. Тем не менее, старые кадры умудрились сохранить небольшое предприятие, где выпускают современную электронику. На месте же «Альфы» теперь красуется большой магазин с таким же названием.

Завод Альфа» / Фото: imhoclub.lv

Мы всё прое… потеряли!

Урон, понесённый Латвией из-за гибели промышленности, бросается в глаза даже приезжим. В частности, известнейший российский блогер, дизайнер, изобретатель, бизнесмен, путешественник Артемий Лебедев пишет: 

«Жила-была Латвия. Страна на глобусе не очень заметная. О важности страны можно судить по старинной русской поговорке: „У меня, как у латыша — только х… да душа“. 

Артемий Лебедев / Фото: life.ru

После нахождения под шведами и немцами достаётся Российской империи. Во время революции впервые становится независимой страной (потому что в XVIII веке такого вопроса не возникало). В 1940 году силой присоединяется в СССР. В 1941 году оккупируется фашистами. В 1944 году снова возвращается в СССР. 

То есть, независимой страна была только с 1918-го по 1940 годы, а триста лет до того и все годы после была частью империй. Но после войны там происходят чудеса — Латвия становится самой промышленно развитой республикой».

Лебедев напоминает: «В Латвии выпускаются все крутые радиоприемники (РРР/Радиотехника/Ригонда — радиозавод им. Попова), телефонные аппараты (ВЭФ — государственный электротехнический завод), единственный советский микроавтобус (РАФ — рижская автобусная фабрика), почти все советские электрички и вагоны (РВР — Рижский вагоноремонтный завод, ЭР-200 — электропоезд рижский со скоростью 200 км/ч, который был на рафинаде в поездах нарисован). 

Даже тостер „Сейм“ помню из детства. Когда безграмотный тщеславный неуч Ельцин развалил союз, Латвия вкусила все плоды независимости. И в качестве бонуса решила задушить все советские начинания. Точнее, создать для всех русских невыносимые условия… Ну ок, закрыли заводы, разогнали всех. 

Потеряли рынки сбыта, порвали все цепочки поставок (понятно же, что для строительства вагонов металл привозили с Урала, а не выкапывали под Даугавпилсом). И остались в полнейшей…», — отмечает популярный блогер.

«ГАЗ ждал лет десять, прежде чем придумать „Газель“. До последнего издыхания ездили „рафики“ (неизвестное сегодня новому поколению слово). Когда последний сдох, в Новгороде начали делать свое г… но на замену. А Латвия про… ла шанс века — производство микроавтобусов для всей России. Я наблюдал распад и переосмысление почти что в прямом эфире. С одной стороны — практически полностью русскоязычное население, с другой — затирание указателей на русском краской. Кончилось всё тем, что теперь в аэропорту Риги надписи на трёх языках — на латышском, на английском и на русском. Язык вернулся. А деньги и люди — нет. Возможности тоже не вернулись», — заключает наблюдатель.

Юрий Алексеев напоминает, что Латвия пробыла в составе Евросоюза уже тринадцать лет. Он отмечает, что за меньший период (две пятилетки) с 1965 по 1975 годы СССР построил в Латвии более 4 тысяч километров асфальтовых дорог. «Я помню Латвию 1960-х. В те времена асфальт заканчивался в 30 км от Риги. Далее шли вихляющие пыльные грунтовки-гравийки. Рейсовый автобус Рига-Цесис-Валмиера-Руйиена (родина моей мамочки) ехал 6,5 часа. 160 км — 6,5 часа! Скорость неторопливого велосипедиста, а быстрее не получалось. 

И ещё напомню. За те же две пятилетки СССР построил в Латвии две гидроэлектростанции — Плявиньскую (1966 год) и Рижскую (1974 год). Две огромные гидроэлектростанции! С плотинами, дамбами, водохранилищами, городами по берегам… 1,3 гигаватта абсолютно „зелёной“ энергии, как сейчас говорят. А еще СССР построил в Латвии кучу огромных отраслеобразующих предприятий — „Радиотехнику“, „Альфу“, РАФ, РЭЗ, РВЗ… Их перечисление займёт несколько страниц мелким шрифтом».

В противовес Алексеев напоминает, что за двенадцать «евросоюзных» лет из Латвии уехала примерно четверть населения. «Уехали грамотные инженеры, врачи, учителя. Уехали квалифицированные работяги. Ускакала разумная и деятельная молодежь. Дай им бог счастья на чужбине. 

А нам тут, в Латвии, сейчас остаётся надеяться, что после развала Евросоюза разные британии-ирландии-германии-швеции устроят великую депортацию наших бывших соотечественников на родину. В товарных вагонах. И в товарных количествах», — высказывается журналист. 

По его мнению, лишившаяся промышленной базы, потерявшая значительную часть населения страна стоит сейчас перед лицом мрачных перспектив.


Читайте также:

«Последний из могикан»: Liepājas metalurgs пойдет с молотка

Оригинальная статья
Читайте также
29 января 2018
Пришла новость: Литва вырвалась на первое место в Европе по количеству алкоголиков и самоубийц. Не удивлён.
25 января 2018
Недавно некоторыми кругами в Польше была предпринята очередная попытка сфальсифицировать историю обороны Бирчи и обвинить ее защитников в военных преступлениях.
26 января 2018
Пора противопоставить прибалтийскому реваншизму что-то новое.
31 января 2018
В ноябре прошлого года представители польского правительства принялись обсуждать снос Дворца культуры и науки в Варшаве. Подобные разговоры для Польши не новы, и споры о судьбе «символа СССР» возникают регулярно.