Контекст

«Если бы все солдаты фюрера дрались, как этот русский, мы завоевали бы весь мир»: немцы о советских солдатах

Воспоминания, письма и записки из дневников немецких солдат и офицеров с Восточного фронта.

«Мой командир был в два раза старше меня, и ему уже приходилось сражаться с русскими под Нарвой в 1917 году, когда он был в звании лейтенанта. "Здесь, на этих бескрайних просторах, мы найдем свою смерть, как Наполеон", — не скрывал он пессимизма... — Менде, запомните этот час, он знаменует конец прежней Германии"» (Эрих Менде, обер-лейтенант 8-й силезской пехотной дивизии о разговоре, состоявшемся в последние мирные минуты 22 июня 1941 года).

«На Восточном фронте мне повстречались люди, которых можно назвать особой расой. Уже первая атака обернулась сражением не на жизнь, а на смерть» (Ганс Беккер, танкист 12-й танковой дивизии).

«Потери жуткие, не сравнить с теми, что были во Франции… Сегодня дорога наша, завтра ее забирают русские, потом снова мы и так далее… Никого еще не видел злее этих русских. Настоящие цепные псы! Никогда не знаешь, что от них ожидать» (дневник солдата группы армий «Центр», 20 августа 1941 года).

«Никогда нельзя заранее сказать, что предпримет русский: как правило, он мечется из одной крайности в другую. Его натура так же необычна и сложна, как и сама эта огромная и непонятная страна... Иногда пехотные батальоны русских приходили в замешательство после первых же выстрелов, а на другой день те же подразделения дрались с фанатичной стойкостью… Русский в целом, безусловно, отличный солдат и при искусном руководстве является опасным противником» (Меллентин Фридрих фон Вильгельм, генерал-майор танковых войск, начальник штаба 48-го танкового корпуса, впоследствии начальник штаба 4-й танковой армии).

«17 июля 1941 года… Вечером хоронили неизвестного русского солдата [речь идет о 19-летнем старшем сержанте-артиллеристе Николае Сиротинине]. Он один стоял у пушки, долго расстреливал колонну танков и пехоту, так и погиб. Все удивлялись его храбрости... Оберст перед могилой говорил, что если бы все солдаты фюрера дрались, как этот русский, мы завоевали бы весь мир. Три раза стреляли залпами из винтовок. Все-таки он русский, нужно ли такое преклонение?» (дневник обер-лейтенанта 4-й танковой дивизии Хенфельда).

«Мы почти не брали пленных, потому что русские всегда дрались до последнего солдата. Они не сдавались. Их закалку с нашей не сравнить…» (интервью военному корреспонденту Курицио Малапарте (Зуккерту) офицера танкового подразделения группы армий «Центр»).

«Русские всегда славились своим презрением к смерти; коммунистический режим еще больше развил это качество, и сейчас массированные атаки русских эффективнее, чем когда-либо раньше. Дважды предпринятая атака будет повторена в третий и четвертый раз, невзирая на понесенные потери, причем и третья, и четвертая атаки будут проведены с прежним упрямством и хладнокровием... Они не отступали, а неудержимо устремлялись вперед» (Меллентин Фридрих фон Вильгельм, генерал-майор танковых войск, начальник штаба 48-го танкового корпуса, впоследствии начальник штаба 4-й танковой армии, участник Сталинградской и Курской битв).


Источник:  оригинальная статья

Читайте также
14 декабря 2020
В лагере находилось около 1500 тыс. человек. Подъем в 5 час. Были выделены сотники. За малейшее нарушение избиение 25 палок как система. Основные пытки: сажали человека на дерево и спиливали, если он не убился, его живым закапывали или добивали палкой 200–300.
15 декабря 2020
Боксеры попадали на фронт по-разному — одних призывали, другие уходили добровольцами, одни шли в партизанские отряды, другие наряду с боксом занимались летным делом, и, конечно, попали в воздушные войска. Каждый прошел свой путь, внес свою лепту в общее большое дело победы.
16 декабря 2020
На допросах о конкретной своей преступной деятельности не говорил. Дело сдвинулось с мертвой точки, как только поймали еще нескольких бандитов-эсбэшников. Один, по кличке Тарас, признался, что он земляк Яноша и знает его с младых лет. В банде тот ходил под псевдонимом Удавка.
10 декабря 2020
Ефрейтор Шагвалеев с возгласом «За Родину!» первым выскочил на крутой берег, вступил в рукопашную схватку с вражескими солдатами. За ним устремился весь десант. Автоматными очередями Шагвалеев подавил ручной пулемет и уничтожил 12 вражеских солдат. Десантники, воодушевленные его подвигом, выбили противника из первой линии траншей.