Контекст

Был издан приказ ни шагу назад... Но венгры панически бежали: как советские войска венгров под Воронежем разгромили

0  

Всего за несколько дней после начала советского наступления в январе 1943 г. полный разгром 2-й венгерской армии стал очевидным. Командующий генерал Густав Яни издавал грозные приказы: «Ни шагу назад... Стоять до последнего человека!», но одновременно обращался к немецкому командованию с просьбами разрешить отход, указывая, что «командиры и солдаты держатся до конца, однако без немедленной и действенной помощи дивизии одна за другой будут рассеяны и искрошены».

То, что происходило со 2-й венгерской армией в эти январские дни 1943 г., действительно нельзя было назвать отступлением — это было паническое бегство дезорганизованных подразделений и деморализованных людей. 

Генерал-полковник Дальноки Верешш Лайош писал об этом отступлении: «Состав вырвавшихся войск постоянно менялся, место ушедших вперед и отставших постоянно занимали новые группы. Численность некоторых групп была 800–1000 чел. ...Путь группы до места сбора и переформирования этих войск шел через разгромленное поле битвы, картина которого превосходила все воображение. Увиденный ужас был даже хуже наполеоновского отступления. На улицах сел лежали замерзшие трупы, сани и расстрелянные машины преграждали дорогу. Среди расстрелянных немецких противотанковых пушек, автомобилей и грузовых машин лежали трупы лошадей, оставленные боекомплекты, останки человеческих тел указывали путь отступления. Солдаты, лишенные одежды и обуви, укоризненным взглядом смотрели на небо, и кроме этого, в свистящем холодном ветре кружились сотни ворон, ожидающие пир. Вот это — ужас живых. Так влекла себя голодная и уставшая армия в сторону жизни. Пища состояла в основном из кусков мяса, вырезанных из ног лошадиных трупов, мерзлой капусты, супа, сваренного из морковки, а пили растопленный снег. Если они ели это около горевшего дома, то чувствовали себя счастливыми».

Отступление венгров представляло собой зрелище военной катастрофы. Части и подразделения превратились в дезорганизованные группы людей, переставших подчиняться приказам. В воспоминаниях Бартфои Сабо Ласло описывается одна из типичных сцен этих дней: «Масса людей уже крутилась на том же уровне, где мы стояли, там, где около минуты тому назад стояли мы. Зрелище было ужасное, как друг друга затаптывая, толкая, с воем отступали солдаты. Были такие, которые бросили свое оружие и рюкзаки, чтобы легче было бежать в глубоком снегу. 

Один офицер на лошади с кнутом в руках махал над солдатами и орал ненормальным голосом: "Назад к машине! Свиньи, назад к машине!" Но все угрозы, все крики были бесполезны, никто не остановился и никто не пошел назад, чтобы вытащить застрявшую в снегу машину. 

Среди лошадей, которые тащили сани, было много раненых, кровь вытекала из них струей, одна за другой они падали, а сзади идущие топтали их. Со стороны дамбы все не прекращался поток людей. Я не думал, что перед нами столько групп, я пошел вперед, чтобы все солдаты меня видели и, показав на дорогу, крикнул: "Смотрите! Смотрите! Вот как выглядит армия, когда она потеряла голову, когда нарушается порядок. Разве это солдаты? Смотрите! Смотрите!" Мой голос упал. Я отвернулся, чтобы не видели, что я плачу».

31 марта 1943 г. Гитлер наградил бывшего командующего разгромленной 2-й венгерской армией Г. Яни орденом Железного Креста в память о былых заслугах венгров. Это был жест скорее политического, нежели военного характера. 1 мая 1943 г. генерал Яни с последним эшелоном 2-й венгерской армии вернулся на родину. Чудом выжившие в России солдаты 2-й венгерской армии так вспоминали свое возвращение на родину в 1943 г.: 

«Мы ждали радостную толпу ликующих, машущих, вручающих нам цветы людей, марши военных оркестров и пламенные речи. Не потому, что нам это было нужно, а потому, что это было бы честно перед пролившими кровь, отдавшими жизнь на фронте и защищавшими покой оставшихся дома. Из города Сомбатхеи ушло на фронт 6500 человек, вернулось — 1456. А остальные? ...Как же нас встретили на самом деле? 

По пути движения на каждой станции наши эшелоны были оцеплены солдатами. Прием в конце пути представлял из себя жалкое зрелище. Жандармское оцепление и безмолвная толпа гражданских. Не было произнесено ни одного дружелюбного слова, осуждающие взгляды сопровождали нас. 

И только родственники возвращавшихся тихо плакали. Пересекая Польшу, и даже в русских деревнях мы не встречали такого подчеркнуто холодного приема. А мы с пылающими лицами шли, как через палочный строй, подобно осужденным преступникам.



Источник: Филоненко С. И., Филоненко А. С. Острогожско-Россошанская операция «Сталинград на Верхнем Дону». — Кварта. — Воронеж, 2005.

Читайте также
«Немцы очень быстро узнали о приходе сибиряков — почувствовали на себе»: как сибирские дивизии опрокинули немцев в битве под Москвой
27 декабря 2018
Они прибыли в разгар великой битвы за Москву. Из вагонов на жестокий мороз степенно выходили в распахнутых ватниках, в гимнастерках с раскрытыми воротами, деловито умывались на ледяном ветру.
Чтоб не быть расстрелянными, спускали штаны: пленные немцы под Сталинградом
25 декабря 2018
Немецкие солдаты, прятавшиеся в подвалах, сдались без единого выстрела. О своем намерении сдаться немцы оповещали криком «Гитлер капут!». Красноармейцы, немного знавшие немецкий язык, отвечали: «Паулюс капитулирт!», но чаще русские кричали просто: «Фриц, комм, комм!».
Здесь немцы потеряли тех, кто умел побеждать, остались те, кто умел умирать: цена поражения вермахта под Москвой
16 декабря 2018
Под Москвой во время контрнаступления советской армии вермахт потерял наиболее боеспособные части.
«Скользнуть, пока не поздно, на парашюте и, оказавшись на территории врага, сдаться в постыдный плен?»: последний подвиг капитана Гастелло
28 декабря 2018
С первого же дня Великой Отечественной войны капитан Гастелло во главе своей эскадрильи громил фашистские танковые колонны, разносил в пух и прах военные объекты, в щепу ломал мосты.
Обсуждение ()
Новости партнёров
Загрузка...