Контекст

В 1944 г. в Приуралье была сброшена немецкая диверсионная группа с задачей взрывать заводы. Из-за ошибки летчика они оказались в тайге и стали есть друг друга

 

Проект с условным наименованием «Ульм» по уничтожению оборонной промышленности Урала родился в недрах Главного управления безопасности рейха. После проигранных сражений под Сталинградом и Курском ведомство рейхсфюрера СС Гиммлера разработало план масштабных диверсий на Урале. Первоочередными целями должны были стать танковые, боеприпасные и металлургические заводы. По данным бывшего диверсанта Павла Соколова: «По замыслам нашего руководства, группе "Ульм" ставилась задача десантироваться с воздуха на Урале, мелкими группами разойтись по намеченным маршрутам, держа связь с Центром по радио, а затем, в назначенное время, одновременно вывести из строя линии высокого напряжения, питающие энергией промышленность Уральского региона. Это должно было вызвать не только временную остановку заводов, но и выход из строя многих производств металлургического профиля».

Одна из группировок немецкой разведки, состоящая из коллаборационистов, предавших свою родину, потерпела крах в пермских лесах. Семь человек диверсантов должны были десантироваться предположительно в 50-60 километрах северо-восточнее города Кизела. Они были отлично экипированы: от саней и лыж до аптечек и альпинистских защитных очков. Помимо оружия, боеприпасов, взрывчатки и прочего, диверсантов снабдили ядом, отравленным коньяком и папиросами, масками, предохраняющими от холода.

18 февраля 1944 года группу сбросили над лесной чащей, как выяснилось позже — в глухих лесах Юрлинского района. Но диверсанты об этом узнают лишь после задержания. По одной из версий, пилоту не хватило топлива на оставшиеся 300 километров до «расчетной точки», по другой — пилот ошибся в расчетах в условиях зимней ночи. 

Сброшенных на парашютах диверсантов и их грузы раскидало по тайге в радиусе нескольких километров. Первым в ту ночь погиб радист Юрий Марков из белоэмигрантов. Запутавшись в кромешной тьме в ветках деревьев, он намертво затянул петлю парашютных строп на своем теле.

Командир группы коллаборационист 35-летний Игорь Тарасов приземлился на родную землю жестко и, обездвиженный, вскоре обморозил ноги. Боясь окончательно замерзнуть, он стал усиленно согреваться спиртом. От полного бессилия и одиночества принял решение отравиться штатным средством, но после спирта смертельный яд даже двойной дозы действовал как… слабительное. Вконец измучившись от поноса, обезвоживания организма и головокружения, он застрелился, оставив записку с описанием своих страданий и пожеланием: «Пусть сгинет коммунизм. В моей смерти прошу никого не винить». Так Тарасов исполнил приказ Гиммлера: «Ни один человек из Службы безопасности не имеет права попасть живым в руки противника!»

Бывший красноармеец-военнопленный Халим Гареев прыгал с тяжелой рацией, ударился об землю, промерз и вскоре покончил с жизнью.

Четвертый диверсант, он же второй радист Анатолий Кинеев, дождался рассвета и даже пытался выйти на связь с разведцентром. Безрезультатно — немецкая техника не работала при трескучем морозе. Позже гангрена обмороженных конечностей и пуля «сердобольного» сослуживца оборвали его затянувшиеся мучения.

Оставшихся в живых парашютистов настиг голод. Чтобы найти друг друга в условиях глубокого снежного покрова им понадобилось несколько суток. От безысходности ели трупное мясо. Первым нашли тело командира… Факты каннибализма были задокументированы смершевцами в ходе расследования. Иногда архивисты Свердловского Управления ФСБ между собой называют неординарные материалы с фотографиями человеческих останков «делом людоедов».

В начале июня, когда закончились все найденные немецкие консервы и подсохли лесные тропы, выжившие потопали к жилью в юго-западном направлении. Настороженное местное население отказалось продавать «лесным» красноармейцам продукты даже за приличные деньги. Одичавшая и деморализованная троица вынуждена была сдаться властям.

В ходе следственных действий арестованные показали останки парашютистов, схроны с оружием, тротилом, рациями и другим снаряжением. К уголовному делу было приобщено значительное количество взрывчатки, бикфордова шнура, взрывателей и боеприпасов, вполне бы удовлетворившее какой-нибудь партизанский отряд в лесах Белоруссии. Исследуя взрывчатку и взрыватели, эксперты НКГБ сделали вывод о приготовлении к «подрыву и поджогу крупных объектов».

Следователи СМЕРШ отметили, что заброшенные диверсанты были адаптированы к работе с населением и властями. Каждый был снабжен комплектом добротно фальсифицированных советских документов, красноармейских и трудовых книжек, справок фронтовых госпиталей. Изъятый «общак» включал около полумиллиона рублей, а в то время за сотню можно было купить буханку хлеба на рынке, а в дальнем селе даже не одну.

Выжившие в зимней приуральской тайге диверсанты были осуждены на 15, 10 и 8 лет за измену Родине и принадлежность к немецко-фашистским диверсионно-разведывательным органам, как составной части армии противника. После отбытия наказания вышедшие на свободу П.А. Андреев и Н.К. Грищенко просили власти о реабилитации, однако им было отказано.

Организатор ряда эффектных акций гитлеровских частей специального назначения Отто Скорцени спустя годы был вынужден признать выношенную Гиммлером операцию «Ульм» «абсурдной».

Источник: оригинальная стать



Подписывайтесь на Балтологию в Telegram и присоединяйтесь к нам в Facebook!

Читайте также
Штандартенфюрер Пауль Блобель — палач Бабьего Яра
25 апреля
Штандартенфюрер Пауль Блобель в сорок первом командовал солдатами, осуществлявшими убийства киевских евреев. Спустя два года он снова появился в городе — на сей раз как командующий зондеркоманды 1005.
Что случилось с пожарными, первыми приехавшими тушить Чернобыльскую АЭС после взрыва
26 апреля
Людмила не поверила своим глазам: эта мирная картина была из других времен — ребята сидели на кровати, играли в карты и смеялись. Даже отеков на лице не осталось. Правда, Гуськова сказала: «Полностью поражена нервная система и костный мозг». «Ну что ж, будет немножко нервным», — подумала Людмила.
Перед расстрелом мальчик говорил: «Не плачь, сестричка, мы пойдем туда, где наша мамочка». Воспоминания тюремной надзирательницы из Риги
28 апреля
Старшая надзирательница ТАБАКС рассказывала, что в больничном корпусе было очень много случаев смерти детей от недостаточности питания. Дети буквально были живыми скелетами, ножки у них были толщиной с палец. Возраст детей колебался от 4 до 12 лет.
Партизанский псевдоним «Иван Иванович»: удивительная история о том, как солдат вермахта стал Героем Советского Союза
29 апреля
Явившись в село, в дом посаженного оккупантами старосты,  Фриц Шменкель потребовал собрать окрестных полицаев. Чтобы пришли с оружием. На проверку особой важности. Всю эту группу он якобы для проверки ее боевых качеств отвел в лес. Она попала в руки партизан. Сдалась, не произведя ни одного выстрела. Потом пособники противника были судимы партизанским судом...
Обсуждение ()
Новости партнёров