Экономика Экономика

Эстония хочет строить свою АЭС: стоит ли овчинка выделки

Источник изображения: err.ee
 

В городе Кунда на севере Эстонии планируется строительство мини-АЭС. Старший эксперт Института энергетики и финансов Сергей КОНДРАТЬЕВ рассказал аналитическому порталу RuBaltic.Ru о перспективах данного проекта, сроках его реализации и самоокупаемости, возможностях Эстонии по его воплощению в жизнь, а также о будущих получателях производимой атомной энергии.

— Г-н Кондратьев, в Кунде планируется строительство мини-АЭС. С чем связано то, что в Эстонии решили сделать ставку именно на атомную энергетику?

— Страны Прибалтики достаточно долгое время обсуждали возможность строительства атомной станции для энергоснабжения. Я бы не стал говорить, что это оптимальное решение для той же Эстонии. Выбор в пользу строительства АЭС небольшой мощности свидетельствует о том, что атомная станция с традиционной мощностью энергоблоков в 1000–1200 МВт вряд ли может найти себя в эстонской энергосистеме в силу ее размеров и параметров спроса, которые есть на эстонском рынке.

— Можно ли принятие решения о строительстве мини-АЭС рассматривать в качестве политического шага?

— Я думаю, что да. Это во многом политический шаг в нынешних условиях.

Я бы отметил, что это пока что скорее декларативное заявление. Если мы говорим о современных проектах мини-АЭС, которые удовлетворяют всем требованиям безопасности ЕС, то их не так много. Соответственно, мало референтных образцов, уже имеющих опыт эксплуатации.

Это связано с тем, что в последние 30–40 лет атомная энергетика шла по пути увеличения удельной мощности энергоблока.

В этом плане Эстонии придется проделать большую работу: найти поставщиков, привлечь финансирование и обеспечить условия для окупаемости. Что касается последнего, нужно понимать, что в условиях низких цен на ископаемое топливо возникают сложности с возможным привлечением средств и инвесторов в такие долгосрочные проекты.

— Есть ли в Эстонии специалисты, которые способны реализовать данный проект?

— Если говорить о строительных организациях, то, конечно, для выполнения определенных работ, особенно на вспомогательных объектах, могут быть привлечены местные фирмы.

Но на этапе заказа оборудования, в том числе реактора и оборудования машинного зала, придется производить покупки за рубежом, причем за пределами Восточной Европы.

Как минимум 70–80% инвестиций придется потратить на услуги импортных поставщиков: проектные работы, значительную часть строительных и строительно-монтажных работ и покупку практически всего оборудования.

— А как будут обстоять дела на уровне эксплуатации мини-АЭС? Есть ли в Эстонской Республике специалисты для этого?

— На сегодняшний день их нет. Потребуется наладить их обучение. Возможно, сначала оно будет проводиться за рубежом с последующим перенесением в эстонские технические университеты и институты. Это, конечно, потребует очень серьезных усилий.

На примере Республики Беларусь, в которой большие объемы потребления и большее количество населения, мы можем наблюдать, что это достаточно сложный процесс, требующий серьезных усилий и координации от властей страны и участия образовательных учреждений и компаний.

— Кто, на Ваш взгляд, будет основным потребителем вырабатываемой на мини-АЭС электроэнергии?

— Сейчас в Эстонии нет таких крупных и энергоемких производств, поэтому мне сложно сказать, кто мог бы выступить в качестве базового потребителя.

Я могу предположить, что Эстония в последние полтора года столкнулась с не очень благоприятными последствиями реформы европейской системы торговли выбросами CO2.

В результате ее реализации снизилась конкурентоспособность электростанций, использующих в качестве топлива сланцы. Поэтому, возможно, Эстония рассматривает замещение мощностей тепловой генерации при помощи возведения АЭС малой мощности.

При этом я считаю, что в большей степени электроэнергия будет поступать на открытый рынок: в Финляндию, а также в страны Балтии.

Я отмечу, что в любом случае это будет очень длительный процесс.

Само строительство займет не меньше 5–6 лет.

А до этого необходимо будет провести проектные работы, получить все согласования, найти инвесторов. Поэтому можно говорить об очень серьезных сроках, в рамках которых базовый потребитель может появиться.

— А какой срок необходим, чтобы проектируемая мини-АЭС самоокупилась?

— Очень многое будет зависеть от цен на рынке. Сейчас ценовая ситуация не очень благоприятна, но цены достаточно изменчивы и волатильны. Низкая цена связана с тем, что в последние годы мы видим достаточно большое предложение на рынке электроэнергии.

При цене 30–35 евро за мегаватт-час вероятность того, что эта станция окупится за все время своей эксплуатации (50-60 лет), весьма невелика. Для АЭС, находящихся в Европе, стоимость должна составлять хотя бы 50–60 евро за мегаватт-час.

Можно прогнозировать, что цены будут ниже в том числе из-за растущего давления со стороны возобновляемых источников энергии. Так что если речь будет идти о привлечении внешнего инвестора, то эстонскому правительству придется гарантировать покупку электроэнергии по фиксированному, достаточно высокому тарифу, чтобы сделать проект возможным для реализации.

В любом случае срок окупаемости будет выходить за пределы 20 лет.

— Насколько безопасно устройство мини-АЭС в сравнении с привычной АЭС?

— Я бы не делал каких-либо серьезных различий между мини-АЭС и крупной АЭС. Конечно, в гражданской атомной энергетике накоплен существенно больший опыт эксплуатации крупных энергоблоков. Но есть и примеры работы малых энергоблоков. Я бы не говорил, что требования к надежности и опыту эксплуатации серьезно различаются.

Тем более что АЭС любой мощности должна соответствовать требованиям МАГАТЭ и Евратома и, соответственно, быть абсолютно безопасной.

— Стоит ли ожидать негативной реакции со стороны «зеленых» Эстонии и Евросоюза?

— Такая реакция возможна, потому что в соседней Швеции достаточно активно выступали политики и «зеленые» движения, требующие закрытия атомных станций. Хотя в то же время в Финляндии атомная энергетика продолжает развиваться.

Я думаю, что в рассматриваемом случае какие-либо протестные декларации могут быть, но очень многое станет зависеть от того, как данный проект будет продвигаться практически, потому что от начала заявлений до выхода на площадку может пройти достаточно много времени. Так что если все ограничится заявлениями, то и реакция будет несильной.

Подписывайтесь на Балтологию в Telegram и присоединяйтесь к нам в Facebook!

Читайте также
Литва обрекает себя на энергетическую нищету
1 июля
Из-за ремонтных работ на атомной электростанции в Швеции стоимость электроэнергии в Литве поднялась на треть. Для прибалтийской республики это уже третий скачок цен за неполный месяц.
Россия оставит Прибалтику без света: в Эстонии рассказали, почему нельзя провоцировать русских
3 июля
Сегодня мы разберемся, почему в Прибалтике скоро могут вспомнить, что такое лучины, керосинки и печное отопление. Для этого обратимся к словам руководителя эстонской государственной энергетической компании Elering Таави Вескимяги.
Элита Вооруженных сил Германии оказалась поклонниками Гитлера
6 июля
Немецкий бундесвер, часто попадающий в новостные сводки из-за многочисленных внутренних проблем, вновь оказался под ударом.
Президент Литвы стал политическим роботом
10 июля
За первый год на посту президента Литвы Гитанас Науседа показал, до чего ничтожны институт президентства и фактор личности в литовской политике.      
Обсуждение ()
Новости партнёров