Экономика Экономика

Почему газовые концерны Европы поддерживают «Северный поток — 2»

Источник изображения: https://www.nord-stream2.com
0  

Одна из причин, по которым страны Балтики выступают против проекта магистрального газопровода «Северный поток — 2», декларируемая политиками, — опасения, что таким образом государственный газовый концерн России «Газпром» увеличит свое политическое влияние во всём ЕС. Тем не менее, несмотря на риторику политиков, которая четко укладывается в современные антироссийские настроения, европейские участники проекта не намерены от него отказываться. Почему европейские газовые концерны готовы инвестировать в «Северный поток — 2»?

Для того чтобы понимать причины такой пристрастности, стоит посмотреть, что происходит с поставками природного газа в Европе, поскольку в ней одновременно действуют сразу несколько тенденций. Есть «классический» подход: поставки идут по магистральным трубопроводам, продавец и покупатель подписывают долгосрочные, до 25 лет, контракты, в которых цена газа «привязана» к стоимости нефти, учитывает расходы на транспортировку и цену транзитных услуг стран, через которые проходит газопровод. Обычно действует и принцип «бери или плати». 

Есть в Европе и столь любимый руководством Евросоюза спотовый рынок, при котором права собственности передаются и оплата контракта происходит едва ли не день в день и который позволяет становиться поставщиками газа даже небольшим трейдинговым компаниям. И третий подход — достаточно быстро растущий рынок сжиженного природного газа (СПГ). Из-за того, что поставщики и потребители в своей деятельности порой используют все три подхода, со стороны рынок природного газа выглядит довольно сумбурно. Попробуем в этом разобраться.

Страны Балтики выступают против проекта магистрального газопровода «Северный поток — 2» / Источник: DP.ruСтраны Балтики выступают против проекта магистрального газопровода «Северный поток — 2» / Источник: DP.ru

«Классический» подход отличается тем, что в качестве поставщиков мы видим только государственные компании: из Алжира, Норвегии и России поставки ведут национальные газовые компании.

Связано это прежде всего с огромными капитальными вложениями: длина трубопроводов измеряется тысячами километров, их «обслуживают» десятки и сотни компрессорных станций. Инвестиции в систему магистральных трубопроводов настолько велики, что частные компании никогда в них не вкладывались. И контрольный пакет обсуждаемого «Северного потока — 2» будет принадлежать государственной компании «Газпром» именно, скажем так, по праву сильного. 1 250 км через Балтийское море — это ведь только часть, финальная часть системы трубопроводов, по которым газ из сибирских месторождений приходит на берег Балтики. 

«Газпром» вкладывал финансы в создание этой системы и вполне законно желает контролировать непосредственно поставку конечному потребителю. Поэтому совершенно логично появление принципа «бери или плати»: поставщику необходима уверенность в том, что вложения в газотранспортную систему будут окупаться. Этот принцип снимает с него часть коммерческих рисков.

Привязка цены газа к цене нефти — это, на самом деле, просто традиция, сложившаяся в те времена, когда в Европе работали электростанции на мазуте — продукте переработки нефти. Нефть и газ, сгорая, выделяют тепло, только в одном случае «горят литры», в другом — «горят кубометры». Вот на основании теплотворности этих двух ресурсов и возникла ценовая взаимосвязь.

Но нефть давно стала биржевым товаром. Цены на нее меняются едва ли не ежеминутно. С газом же такого не происходит, и причина тоже понятна. Если у вас в наличии контракт продолжительностью в 10 или 20 лет, то ежеминутный пересчет стоимости поставки становится ненужным обременением. Поэтому в формуле, по которой определяется стоимость газа, учитывается не только сиюминутная стоимость барреля нефти, но и то, сколько он стоил шесть и девять месяцев назад. 

Источник изображения: unian.netИсточник изображения: unian.net

Таким образом, цена газа при «классическом» подходе усредняется, что удобно как поставщику, так и потребителю. Поставщик может рассчитать свою прибыль, заранее спланировать необходимые дополнительные работы: где-то заменить компрессорную станцию, где-то подключить к газотранспортной системе новую буровую установку и так далее. Потребителю это тоже удобно. Он тоже может заранее рассчитывать прибыль и планировать свою деятельность. 

В качестве примера: «Северный поток», придя на берег Германии, потребовал дополнительных расходов: на компрессорную станцию, достаточно крупное газовое хранилище, распределительную сеть трубопроводов, по которым газ приходит на электростанции, на крупные предприятия, к населенным пунктам, к другим конечным потребителям. Инвестиции в такую систему хранения и распределения весьма масштабны, усредненные цены газа позволяют заранее распланировать сроки окупаемости.

Таким образом, описываемая «классика жанра» максимально комфортна как для компаний-поставщиков, так и для компаний-потребителей; проигравшей стороны нет.

Сметная стоимость «Северного потока — 2» составляет 9 млрд долларов. Сумма серьезная, финансирование будет частично банковским, планирование получения прибыли и сроков возврата кредитов — естественная часть проекта. Логично и то, что формулы расчета стоимости газа всегда «индивидуальны»: «Газпром» не поставляет газ в некую абстрактную «Европу» — все свои контракты он заключает с совершенно определенными потребителями, чаще всего с национальными газовыми компаниями. 

Газ, приходящий в латвийское газовое хранилище Инчукалнс, «пробегает» одно количество километров, разительно отличающееся от расстояния до Италии или до Франции, следовательно, на прибалтийском направлении работает одно количество компрессорных станций, для южных европейских стран — совсем другое. Объем газа, который ежегодно закупает у «Газпрома», например, Польша, — около 9 млрд кубометров, а Германия приобрела в 2017 году больше 53 млрд. Логично, что и цены кубометра были разными, так как эта разница существует всегда при оптовой и розничной продаже.

Инчукалнское газовое хранилище / Источник: sputniknews.ltИнчукалнское газовое хранилище / Источник: sputniknews.lt

Влияет на цены еще и политика: Белоруссия, к примеру, всегда имеет преференции, поскольку входит в состав Союзного государства и в ЕАЭС.

И совершенно понятно, что и «Газпром», и его европейские потребители считают формулы расчета цены газа коммерческой тайной: конечных потребителей должна интересовать конечная цена, а не то, на каких конкретно условиях газ пришел к владельцу распределительной сети.

Поэтому в своих публичных отчетах «Газпром» предпочитает сообщать только о средней цене — в 2017 году для европейских потребителей она составила 190 долларов за тысячу кубических метров.

Вот так схематично выглядит «классический» подход к торговле газом в Европе. В качестве примера мы использовали ситуацию, складывающуюся вокруг «Газпрома» и его «Северного потока — 2», но она мало отличается и для алжирского Sonatrash, и для норвежского Statoil. 

Как и «Газпром», эти компании желают заранее просчитывать свои бизнес-планы. Вот месторождение, которое способно давать столько-то миллиардов кубометров в год, вот затраты, которые необходимы для строительства буровых установок, для первичной очистки газа, для строительства газопровода от месторождения до страны Х и функционирования системы компрессорных станций. А вот контракт, который показывает, сколько именно газа и по какой цене будет приобретать эта страна Х в этом году, сколько — через год, два, три. 

Точно так же ведет себя и владелец распределительной сети газопроводов и хранилищ: вот цена, по которой ко мне придет газ, вот мои потребители, вот затраты на хранение газа, вот стоимость трубопроводов до моих конечных потребителей, теперь я могу составить бизнес-план и приступить к переговорам с банками. И для поставщиков газа, и для владельцев распределительных сетей, которые выступают в качестве покупателей, эти бизнес-планы чрезвычайно важны, ведь речь идет о многомиллиардных сделках, приходится учитывать множество вот таких «линейных» факторов и даже пытаться отгадать факторы труднопредсказуемые, но очень важные. 

Какой будет зима в этом году, что делать, если вышла из строя компрессорная станция или, не дай бог, случился разрыв магистрального газопровода, каким будет курс валюты сделки… Свести к минимуму риски, сделать бизнес предсказуемым — желание любого бизнесмена во все времена, газовые компании исключением не являются. 

Именно по этим причинам европейские газовые концерны стремятся к реализации проекта «Северный поток — 2» по «классической» схеме, именно поэтому газовые концерны не желают вмешательства в проект Еврокомиссии, пытающейся подчинить проект требованиям Третьего энергопакета. А вот чего именно пытается добиться Еврокомиссия — тема отдельного разговора.

Какое энергонаследие осталось Прибалтике от СССР?

Читайте также
Какое энергонаследие осталось Прибалтике от СССР?
20 апреля 2018
Прибалтийские страны, пожалуй, наиболее активные противники строительства магистрального трубопровода «Северный поток — 2».
Глава МВД Украины призвал прекратить работу с инвесторами «Северного потока — 2»
13 апреля 2018
Глава МВД Украины Арсен Аваков призвал отказаться от сотрудничества с зарубежными компаниями, задействованными в проекте «Северный поток — 2».
Меркель связала украинский транзит с судьбой «Северного потока — 2»
10 апреля 2018
Строительство газопровода «Северный поток — 2» невозможно без определения дальнейшей судьбы украинского транзита, заявила канцлер Германии Ангела Меркель.
Как создавалась «газовая паутина» Европы
3 мая 2018
Прежде чем рассказывать о том, что такое спотовые цены природного газа, которые в последние годы ЕС старается сделать основой конкуренции «газ — газ», нам придется совершить экскурс в историю становления газотранспортной системы Европы.
Обсуждение ()
Новости партнёров
Загрузка...