Культура Культура

«Зря, ребята, на Россию ропщем»: Владимир Маяковский о Латвии

Источник изображения: v-v-mayakovsky.ru
0  

Сегодня исполнилось 125 лет со дня рождения Владимира Маяковского. Аналитический портал RuBaltic.Ru решил вспомнить, как с 3 по 12 мая 1922 года поэт побывал в Риге и какие впечатления у него остались от знакомства с городом, его жителями, а также — с местной властью. Интересно, что почти за сто лет мало что изменилось. Свой рассказ мы сопроводим отрывками из стихотворения «Как работает республика демократическая?», которое Маяковский написал под впечатлением от поездки в Латвию.

В Риге в 1921 году гостила возлюбленная поэта Лилия Брик. Именно она позвала Маяковского посетить Латвию, прочесть лекцию для почитателей его творчества. В письме, написанном Владимиру Владимировичу в январе 1922 года, говорится: «Тебе предлагают в марте месяце 5 выступлений: 2 — в Риге, 2 — в Ревеле, 1 — в Ковно. Казенный проезд и гостиница и 50 000 латвийских рублей — по 10 000 за выступление. С тем, конечно, чтобы ты сам хлопотал о визе...». И поэт начал готовится к небольшому турне, которое осуществить удалось только в начале мая.

Словно дети, просящие с медом ковригу,

буржуи вымаливают.

«Паспорточек бы!

В Р-и-и-и-гу!»

Поэтому,

думаю,

не лишнее

выслушать очевидевшего благоустройства заграничные.

Во-первых,

как это ни странно,

и Латвия — страна.

Все причиндалы, полагающиеся странам,

имеет и она.

И правительство (управляют которые),

и народонаселение,

и территория…

Маяковский и Брик / Фото: Комсомольская правдаМаяковский и Брик / Фото: Комсомольская правда

Дело в том, что Латвия стала первой зарубежной командировкой Маяковского, поэтому он начал изучать данные о населении республики, достопримечательностях, а также о людях, с которыми нужно будет договариваться о выступлениях.

Прибыв в Ригу, поэт остановился в гостинице «Бельвью», которая находилась на углу улицы Мариинской и бульвара Наследника (бульв. Райня, 33).

Ригу не выругаешь —

чистенький вид.

Публика мыта.

Мостовая блестит.

Отчего же

у нас

грязно и гадко?

Дело простое —

в размерах разгадка:

такая была б Русь —

в три часа

всю берусь

и умыть и причесать.

Гостиница «Bellevue», где останавливался Вл.Маяковский / Фото: rigacv.lvГостиница «Bellevue», где останавливался Вл.Маяковский / Фото: rigacv.lv

По приезде Маяковский отправился к столичному префекту Янису Дамбекалнсу, чтобы получить разрешение на лекцию «перед трудящимися города». Организатором лекции был Народный университет Латвии, но властям было нужно личное присутствие поэта. Владимир Владимирович прибыл на встречу, но Дамбекалнс не выдал разрешение, сославшись на решение министра внутренних дел Альберта Квиесиса.

Фотография Маяковского в паспорте / Фото: rigacv.lvФотография Маяковского в паспорте / Фото: rigacv.lv
Оказывается, еще до приезда «опасного иностранца» местные стражи порядка завели на Маяковского «дело под № 4773». В графе «Обвинение» было записано: «Работник комиссариата просвещения — работник представительства советской России».

Гражданина Маяковского поставили на особый учет в полиции и завели на него дело, которое до сих пор хранится в Латвийском государственном историческом архиве. Там же хранится и копия фотографии Маяковского из его паспорта.

Помимо запрета читать лекцию (который потом смогли обойти), местная полиция конфисковала тираж поэмы «Люблю», отпечатанной для рижского читателя в одной из местных типографий. Рабочие типографии за одну ночь набрали и отпечатали поэму, но уже через три дня в издательство примчались полицейские с распоряжением министра Квиесиса: «конфисковать!».

Через несколько дней издательство оспорило это решение. И Рижский окружной суд постановил отменить распоряжение полицейского начальства — за отсутствием «в содержании брошюры состава преступления».

СВОБОДА СЛОВА

Конечно,

ни для кого не ново,

что у демократов свобода слова.

У нас цензура —

разрешат или запретят.

Кому такие ужасы не претят?!

А в Латвии свободно —

печатай сколько угодно!

Кто не верит,

убедитесь на моем личном примере.

Напечатал «Люблю» —

любовная лирика.

Вещь — безобиднее найдите в мире-ка!

А полиция — хоть бы что!

Насчет репрессий вяло.

Едва-едва через три дня арестовала.

СВОБОДА МАНИФЕСТАЦИЙ

И насчет демонстраций свобод немало —

ходи и пой досы́та и до отвала!

А чтоб не пели чего,

устои ломая, —

учредилку открыли в день маёвки.

Даже парад правительственный — первого мая.

Не правда ли,

ловкие головки?!

Народ на маёвку повалил валом:

только

отчего-то

распелись «Интернационалом».

И в общем ничего,

сошло мило —

только человек пятьдесят полиция побила.

А чтоб было по-домашнему,

а не официально-важно,

полиция в буршей* была переряжена.

* Бурш (немецк.) — студент.

Рижское издание поэмы «Люблю» / Фото: rigacv.lvРижское издание поэмы «Люблю» / Фото: rigacv.lv
Все же Маяковский выступил перед рижанами. Одну встречу удалось организовать в клубе торгового представительства советской России в Латвии. В зале собралось около 100 человек. А полиция оцепила улицу. 

Вторая встреча была в рижском еврейском коммунистическом издательстве «Арбетергейм». Маяковский читал членам литературной секции поэму «150 000 000».

КУЛЬТУРА

Что Россия?

Россия дура!

То-то за границей —

за границей культура.

Поэту в России —

одна грусть!

А в Латвии

каждый знает тебя наизусть.

В Латвии

даже министр каждый —

и то томится духовной жаждой.

Есть аудитории.

И залы есть.

Мне и захотелось лекциишку прочесть.

Лекцию не утаишь.

Лекция — что шило.

Пришлось просить,

чтоб полиция разрешила.

Жду разрешения

у господина префекта.

Господин симпатичный —

в погончиках некто.

У нас

с бумажкой

натерпелись бы волокит,

а он

и не взглянул на бумажкин вид.

Сразу говорит:

«Запрещается.

Прощайте!»

— Разрешите, — прошу, —

ну чего вы запрещаете? —

Вотще!

«Квесис, — говорит, — против футуризма вообще».

Спрашиваю,

в поклоне свесясь:

— Что это за кушанье такое —

К-в-е-с-и-с? —

«Министр внудел,

— префект рёк —

образованный —

знает вас вдоль и поперек».

— А Квесис

не запрещает,

ежели человек — брюнет? —

спрашиваю в бессильной яри.

«Нет, — говорит, —

на брюнетов запрещения нет».

Слава богу!

(я-то, на всякий случай — карий).

НАРОДОНАСЕЛЕНИЕ

В Риге не видно худого народонаселения.

Голод попрятался на фабрики и в селения.

А в бульварной гуще —

народ жирнющий.

Щеки красные,

рот — во!

В России даже у нэпистов меньше рот.

А в остальном —

народ ничего,

даже довольно милый народ.

МОРАЛЬ В ОБЩЕМ

Зря,

ребята,

на Россию ропщем.


В статье использовались материалы lsm.lv и rigacv.lv, а также отрывки из стихотворения В.В. Маяковского «Как работает республика демократическая?»

Обсуждение ()
Новости партнёров
Загрузка...