Закончившееся лето прошло под знаком эскалации на западных границах Союзного государства России и Беларуси. Польша и Литва занимались ужесточением пограничного режима и созданием проблем для белорусских водителей и грузоперевозчиков. Украина, со своей стороны, устраивала провокации вдоль южных рубежей Беларуси. Это направление не стало «горячим», но складывается впечатление, что Запад не оставляет попыток открыть еще и «белорусский фронт» в дополнение к украинскому.
Происходит это на фоне постепенно ухудшающейся обстановки для Украины и ее западных союзников. В последние недели наблюдается фактический обвал фронта в Донбассе и быстрое продвижение российских войск в ДНР. ВСУ истощены, а объемы западной помощи явно не в состоянии переломить ситуацию в пользу Киева.
Закономерным выходом из создавшегося положения могут быть попытки переключить внимание России на другие направления, вынудить ее распылить свои войска и ресурсы, тем самым ослабив давление на Украине. Более того, растягивание линии фронта, по замыслу западных стратегов, должно способствовать общему ослаблению и изматыванию России.
Вторжение ВСУ в Курскую область, очевидно, должно было решать именно эти задачи, чтобы вынудить Россию сосредоточиться на купировании широкомасштабного прорыва и прекратить наступление в Донбассе.
Этот план был сорван. Широкомасштабного прорыва не получилось, ВСУ удалось закрепиться лишь в узкой пограничной полосе. Тем не менее и это может быть расценено как успех, а значит, вполне возможны новые попытки эскалации на других направлениях. Это могут быть попытки атак на другие пограничные регионы России, но также и на Беларусь как главного союзника Москвы.
Существование «белорусского балкона», нависающего над Украиной и глубоко вклинивающегося в восточный фланг НАТО, давно раздражает Запад. Кроме того, там не забыли провала попытки осуществить прозападный политический переворот в 2020 году и хотят взять реванш. Именно поэтому давление по периметру белорусских границ не только не ослабевает, но и постепенно нарастает.
Белорусско-украинская граница с 2022 года фактически превращена в позиционный фронт. С белорусской стороны действует режим усиления, с украинской — выставлены минные заграждения и взорваны мосты.
В начале июля белорусский Генштаб объявил о дополнительном усилении подразделений на белорусско-украинской границе в связи с информацией о накапливании украинских войск в районе Овруча (Житомирская область недалеко от границы с Беларусью). Однако уже в середине июля Александр Лукашенко заявил об отводе дополнительных сил от границы с Украиной в ответ на аналогичные действия Киева. Через некоторое время, однако, Минску пришлось вновь усилить группировку в связи с вторжением украинских дронов в белорусское воздушное пространство.
В связи с этими событиями закономерно возникает вопрос: не готовится ли Киев к вооруженной конфронтации с Беларусью? Еще в феврале этого года в Лельчицком районе Гомельской области, граничащем с Украиной, вводился режим КТО из-за проникновения украинской ДРГ. Кроме того, появлялись сообщения об угрозе захвата диверсантами Кобринского района Брестской области.
По всей видимости, сценарии белорусско-украинского конфликта действительно прорабатываются западными партнерами Украины. Однако сам Киев объективно в этом не заинтересован и по возможности будет уклоняться от подобного плана. У Украины попросту может не хватить ресурсов для войны на два фронта, и ценой конфликта с Беларусью может стать окончательный развал фронта в Донбассе. Именно поэтому после 2022 года Киев в отношении РБ избрал тактику «холодной войны», избегая масштабной конфронтации и ограничиваясь мелкими провокациями.
Что касается Польши и Литвы, то они на протяжении лета продолжали нагнетать напряженность на границе с Беларусью, вводя дополнительные ограничительные меры.
На сегодняшний день на границе Литвы и РБ действуют только два из шести погранпереходов. На польской границе остался единственный пункт пропуска для пассажирского автотранспорта и один для грузового.
16 августа Литва ввела запрет на въезд автомобилей с белорусскими регистрационными знаками на свою территорию. Исключение сделано только для граждан, имеющих литовский ВНЖ или визу. Чтобы въехать на машине с белорусскими номерами в Польшу, теперь необходимо личное присутствие собственника авто.
Кроме того, пограничные службы соседних с Беларусью стран намеренно замедляют процедуры оформления, создавая очереди из большегрузов, легковых автомобилей и автобусов.
Литва и Польша возводят на границе с Беларусью проволочные заграждения и требуют у ЕС дополнительного финансирования для строительства новых укреплений. Кроме того, польские власти ввели специальную буферную зону, нахождение в которой строго запрещено.
Одновременно с этим Польша и Литва собираются существенно нарастить свои военные группировки. Так, польские власти в ближайшие годы намерены увеличить свою армию в два раза, со 150 до 300 тысяч военнослужащих.
В Литве, в свою очередь, готовятся принимать добровольческую бригаду бундесвера и строят полигон и военный городок для ее размещения в Руднинкае (12 км от границы с Беларусью). Общая численность Вооруженных сил республики составляет 20 тысяч военнослужащих, то есть почти в два раза меньше, чем у Вооруженных сил РБ. При этом число жителей Литвы меньше населения Беларуси более чем в три раза.
Милитаризация западных соседей не может не тревожить белорусские власти. В то же время Польша и Литва, как и Украина, вряд ли готовы к прямому военному столкновению с Беларусью и предпочитают действовать косвенными методами, провоцируя напряженность в пограничных районах. Очевидно, что Варшава и Вильнюс хотели бы достичь своих целей в РБ «малой кровью», без значительных военных издержек. Кроме того, там не могут не понимать, что конфликт с Беларусью автоматически означает и конфликт с Россией.
Белорусское направление остается напряженным и потенциально угрожаемым, но пока соседи Беларуси еще не готовы к началу открытого конфликта с Минском.
Всеволод Шимов, советник президента Российской ассоциации прибалтийских исследований, старший научный сотрудник Центра белорусских исследований Института Европы РАН
