Во многих странах мира 8 марта отмечается на государственном уровне и является официальным выходным днем, а ООН в этот день отмечает Международный день борьбы за права женщин и международный мир.
Замечательный праздник 8 марта любят практически во всем мире. Женщины — за то, что эта дата является лишним поводом услышать в свой адрес комплименты, добрые пожелания, провести время с близкими. Мужчины — за возможность напомнить любимым женщинам — женам, матерям, сестрам — о том, какое место они занимают в их жизни, выразить свои чувства, порадовать их подарками и вниманием.
Праздник сегодня носит аполитичный характер. Для большинства он является обыкновенным «Женским днем», и историю его появления мало кто изучает. В условиях, когда женщины в западных странах и на постсоветском пространстве уравнены в политических и гражданских правах, о том же выступлении ткачих в Нью-Йорке в 1857 году, которое и стало началом борьбы женщин за свои права, уже мало кто вспоминает. Однако политизация этого праздника приходит с неожиданной стороны.
Отличились в этом отношении страны Балтии. Несмотря на то, что в них проживает значительная доля населения, мыслящего категориями «мужчина-женщина» и любящего праздник 8 марта, власти все равно продвигают свою повестку.
Литва пошла своеобразным путем. Еще с 1994 года 8 марта был праздничным днем, однако позднее праздник был отменен. Повлияло ли это как-нибудь на желание мужчин уделить любимым женщинам свое внимание и проявить нежные чувства? Кажется, нет. Флористы в период конца 1990-х – начала 2000-х годов фиксировали всплеск продаж цветов именно 8 марта. Возникла коллизия — явление существовало, но официально его не признавали, а потому в 2002 году Сейм страны все же включил День женской солидарности в список памятных дат. Но официального празднования так и не предполагалось, выходным днем праздник не стал.
Эстонские же политики, например, с выходом страны из состава СССР отменить 8 марта не успели, но составили ему конкуренцию в лице Дня матери, отмечаемого в этот же день.
Противостояли 8 марта и власти Латвии. В мае 2007 года Сейм республики все же включил Международный женский день в список праздничных дат. Борьба за принятие этого решения шла более 15 лет. В 1991 году, с окончательным выходом республики из СССР, празднование 8 марта было отменено. В 2019 году юрист Яриновска поддержала идею о повторном исключении 8 марта из национального календаря праздников. Повод — связь его с периодом «советской оккупации».
Абсурдно, но в 2023 году Сейм принял закон о запрете «коммунистических праздников», под раздачу попал и Международный женский день. Предполагалось даже формирование отрядов из числа сотрудников полиции и националистов с целью выслеживать собрания людей, которые могли бы праздновать 8 марта.
Ничего не скажешь, весьма «демократично». Это определение особенно любят в Евросоюзе, высшим чиновникам которого стремятся подражать прибалтийские элиты. На Западе движение за права женщин сегодня в значительной степени скомпрометировано. В нынешнем варианте оно должно было быть сосредоточено скорее на таких конкретных вопросах, как домашнее насилие, работа женщин на вредных производствах и стремление разрушить представление о женщине исключительно как матери/хранительнице очага.
В «прогрессивных» же странах реальное стремление изменить положение женщин заменил радикальный феминизм. Исчерпав свой первоначальный смысл существования после предоставления женщинам права голоса и допуск их к государственному управлению, феминизм вынужден был искусственно обострять риторику. Отсюда проистекает идейное слияние радикального феминизма с идеями извращений над человеческой природой. Популярно мнение, что все игры с «гендерными ролями» и идеологией добровольного отказа от рождения детей есть проект так называемых глобалистов. Проводниками их идей, собственно, и считаются многие высокопоставленные чиновники ЕС. Так что «советский характер» праздника для прибалтийский элит становится неприемлемым, не вписывающимся в «повестку». Почему же?
В СССР борьба за права представительниц слабого пола прошла довольно стремительно и будто бы «сверху».
Практически моментальное обретение женщинами права голоса в Советском Союзе проложило им дорогу даже в партийное, государственное руководство.
На ранних этапах была, например, заметна Александра Коллонтай, в поздний период — Екатерина Фурцева. Женщины гордо смотрели на советских граждан с агитплакатов, они массово шли в водители троллейбусов и тракторов, вставали рядом с мужчинами на производствах. И все это без искусственно созданного дискурса, без громких и ненавистнических заявлений. Эмансипация женщин в советский период произошла естественным путем.
Этого-то и не скажешь ни о современной Европе, ни о Прибалтике, как ее части. Насаждение противных человеческой природе нарративов является ложным и лицемерным путем. Равно как и подмена движения за права женщин радикально-феминистической повесткой, едва не переходящей грань с мужененавистничеством. Любопытно будет наблюдать за развитием всех этих противоестественных идей в Европе после того, как в «светоче демократии», в США, Трамп уже фактически заявил о том, что вся леволиберальная идеология — выдумка и ложь.
