Blogпост Blogпост

Две страны и одна деревня

Источник изображения: Sputnik
0  

Sputnik Литва рассказывает о людях, которых после распада Советского Союза разделили пограничные столбы.

Раньше деревни Норвилишкес и Пецкуны находились в одном большом государстве — СССР. И все у них было общее: и земля, и дороги, и костел, и кладбище. Теперь, чтобы попасть на службу в храм или проведать могилы предков, которые находятся в десятке метров от деревни, жителям Пецкунов нужно получать визу и ехать туда круговой дорогой сотни километров. 

Раньше деревни Норвилишкес и Пецкуны находились в одном большом государстве — ССС

Раньше деревни Норвилишкес и Пецкуны находились в одном большом государстве — СССР

Вымирающая европровинция 

«Норвилишкес сегодня — труба с одним заколоченным концом» 

 Роман-Петр Довель. Живет в Норвилишкес Роман-Петр Довель. Живет в Норвилишкес
«Трубой» называет свою деревню Роман-Петр Довель, который здесь родился и провел все детство, после чего уехал жить в Вильнюс, и в Норвилишкес возвращается только по выходным. 

«В довоенные годы и во времена советской власти Норвилишкес стоял на пересечении крупных дорог из Новогрудка в Вильнюс. Размеренная жизнь жителейрезко изменилась после того, как в 1996 году за оградой погоста возвели забор, провели государственную границу между Литвой и Беларусью, установили пограничные столбы. Увидеть родственников из деревни Пецкуны, которая осталась на белорусской территории, можно теперь только через сетку забора».

Сегодня в округе проживает лишь шесть человек — пожилых пенсионеров. С их уходом в мир иной Норвилишкес превратится в призрак с замком-крепостью на холме. 

Взгляд из-за забора

«Все у нас хорошо, живем, не тужим, печаль одна — деревня вымирает, а мы даже на кладбище к родственникам не можем сходить, могилки убрать, помянуть родственников и знакомых, помолиться за их души в храме»

Тереза Туркевич. Живет в ПецкунахТереза Туркевич. Живет в Пецкунах
Жительница белорусских Пецкунов Тереза Туркевич грустит о том, что после распада СССР деревню лишили доступа к храму и кладбищу: 

«Там похоронены моя мать, мать моего мужа, другая родня... Просто несправедливо — костел строили 11 белорусских деревень и 6 литовских, мой дед дал четыре коровы на костел, но достался он Литве. 

Я родилась в самом конце деревни, последний дом — мой, там прямо по надворку проходит граница, но кто мне запретит ходить в свой дом? Мои сестры, живущие в Литве, когда приезжают в костел и на кладбище, звонят мне по телефону — подойди к забору. Я подойду, мы поговорим, поплачем о своем, они уезжают». 

Тереза и Франц ТуркевичиТереза и Франц Туркевичи

Франц Туркевич. Живет в ПецкунахФранц Туркевич. Живет в Пецкунах
Франц Туркевич, муж Терезы, вспоминает о временах, когда в Пецкунах жизнь била ключом: 

«Раньше нашу деревню "Китайщиной" называли, потому что самая большая в округе была, человек 200 тут жило, 70 коров было на все Пецкуны. А сейчас 28 человек в деревне, даже магазин закрыли, автолавка к нам приезжает с продуктами. 

Раньше мы в Литву ходили в магазин, там больше выбор был — колбасы, рыба, шоколад всякий. В Вильнюс ездили за мясом, за одеждой, за колготками, потому что автобус два раза в день шел к ним и два раза — обратно. Многие устроились на работу в Вильнюс, туда ближе и удобнее было ездить, чем в Минск или Оршу. А как границу проложили — люди и работу потеряли, и семьи у некоторых там остались». 

Фото: Sputnik

Фото: Sputnik

Кружева молодости 

«Сейчас год, два — и все полиняло, разошлось. А наши работы — на столетия!»

Алина Мотылевич. Живет в ПецкунахАлина Мотылевич. Живет в Пецкунах
Алина Мотылевич хранит с самой юности льняные рушники с незамысловатыми вышивками и искусными кружевами: 

«И ничего им не делается, видите, как новенькие, только что пожелтели немного, но это дело такое, повисят на солнце, выгорят, станут белее, а то и в порошке замочу», — говорит рукодельница. 

«Мы сами в молодости и рушники ткали, и кружева делали, и вышивали. Зимой, когда работы нет, собирались вместе, лен чесали, нитки делали, на кроснах ткали, кружева плели. Хорошее было время — печь затопим, песни поем, сказки рассказываем. Ткацкие станки для льна тоже сами мастерили, наши мужчины на все руки мастера были. Да и где еще было взять такую технику тогда?» — рассказывает Алина. 

Фото: SputnikФото: Sputnik

Не хочу на ту сторону! 

«Я на ту сторону, в Литву, не хочу, любоньки! Я человек верующий, и со мной случилось чудо. Жил в Вильнюсе, очень сильно заболел, давление было ноль, две недели лежал в коме, врачи говорили, что конец мне. Но приехал в родные Пецкуны, все прошло, ожил и сейчас живу — точно есть Бог на свете!»
Станислав Туркевич. Живет в ПецкунахСтанислав Туркевич. Живет в Пецкунах

Станислав Туркевич живет почти в самом конце Пецкунов, рядом с пограничными столбами. 

Рассказывая Sputnik Литва о своей жизни, Станислав не жалуется: 

«Жизнь хорошая, хоть и пенсия маленькая. Только вот нас обидели, костел забрали. Мы уже и президенту писали, и руководителю пограничников, толку никакого. 
При советской власти я жил в Вильнюсе. Когда заболел, жена меня бросила, сейчас у нее уже третий муж. Я вернулся на родину, к маме. Семь лет лежала она парализованная, я ухаживал за ней, а четыре года назад мама умерла. Я хотел схоронить ее рядом с родными на той стороне, но где уж там — столько бумажек, столько километров ехать нужно! Пришлось тут, в соседней деревне Трабы хоронить. 

Живу один, получаю пенсию по инвалидности и помощь какую-никакую, то от Красного креста, то от Фонда мира, наши дров на зиму дадут, летом — яблоки, ягоды, грибов море в этом году. Живы будем, любоньки мои!»

На въезде в деревню стоит предупреждающий знак / Фото: SputnikНа въезде в деревню стоит предупреждающий знак / Фото: Sputnik

Жизнь на той стороне

«В первые дни после появления пограничного забора были очень горестные сцены. Люди плакали, через решетку целовали друг другу руки. Больно было на все это смотреть»
Леонарда Путель-Лялко. Живет в НорвилишкесЛеонарда Путель-Лялко. Живет в Норвилишкес

Леонарда Путель-Лялко после распада СССР оказалась по разные стороны границы с родителями: 

«Отец мой был единоличником и не хотел отдавать землю и лес колхозу, но его заставили. Лес отца был чуть ближе к Беларуси, вот он с мамой и переселился туда. А в костел ходили в Норвилишкес, и все было хорошо. Меня в этом костеле крестил ксендз Антоний Замара, я здесь принимала и первую комунию. 

Затем я вышла замуж и уехала в Шальчининкай. А когда здесь поставили этот забор вдоль границы, то мы с родителями оказались в разных странах. Через несколько лет я устала ездить к ним в гости с визой, и забрала родителей к себе, в Литву. Теперь с мамой приезжаем часто и в костел, и на кладбище», — рассказывает Леонарда. 

Линия границы здесь как раз совпадает с естественной оградой местного кладбища / Фото: lavagra.livejournal.comЛиния границы здесь как раз совпадает с естественной оградой местного кладбища / Фото: lavagra.livejournal.com

На кладбище в литовском Норвилишкес много белорусских могил. Однако попасть сюда жителям Пецкунов, что живым, что мертвым, очень сложно, хотя погост и храм находятся в десятке метров от деревни. 

Пункт упрощенного пропуска открывается только три раза в год, по большим религиозным праздникам, но, чтобы пройти к храму через калитку в пограничном заборе, белорусам сначала нужно получить визу в Гродно, а потом ехать на пропускной пункт Бенякони (сопредельный пункт пропуска со стороны Литвы называется «Лаворишкес» — Sputnik). 

Сколько всего километров жителям приграничных Пецкунов нужно преодолеть, чтобы почтить могилы предков — узнайте из нашей инфографики. 

Три сотни километров до храма

Инфографика: SputnikИнфографика: Sputnik

Оригинальная статья
Читайте также
Юзеф Пилсудский: друг большевиков или спаситель Литвы?
23 декабря 2017
В начале декабря в Варшаве широко отметили юбилей руководителя Польши межвоенного периода Юзефа Пилсудского, главной заслугой которого считается восстановление независимости государства после Первой мировой войны.
#28 И.Тимофеев: настоящее и будущее отношений России и Запада
23 декабря 2017
Итоги взаимоотношений России и Запада в уходящем году и перспективы их развития в году наступающем: потепление или новая эскалация, выборы президента России-2018, страны СНГ и их фактор в решении демографических проблем Российской Федерации. В гостях: программный директор Российского совета по международным делам Иван Тимофеев.
Как живет Донецк: торговые сети, продукты, литовские авто
24 декабря 2017
Обеспечение Донецкой и Луганской народных республик (ДНР и ЛНР) товарами народного потребления — дело непростое.
Беларусь предупреждает Литву об уходе транзита
18 декабря 2017
Посол Беларуси в Литве предупредил о возможном уходе белорусского транзита из Клайпеды из-за враждебной политики литовских властей.
Обсуждение ()