Контекст

На 87-летнего советского снайпера, ликвидировавшего 10 немцев, приходили смотреть солдаты и офицеры: Николай Морозов — старейший участник Великой Отечественной войны

 

Зимой 1942 года в один из пехотных батальонов, воевавших с немцами на Волховском фронте, прислали нового снайпера. Им оказался знаменитый на весь мир ученый Николай Морозов. Академику исполнилось к тому времени... 87 лет. Многие историки-исследователи считают, что именно этот человек стал самым пожилым воином регулярной армии, принимавшим участие в боевых действиях на фронтах Второй мировой войны и сумевшим лично нанести неприятелю урон.

Николай Александрович Морозов — человек с уникальнейшей биографией. Даже скупое перечисление некоторых фактов из нее приводит в изумление: неужели все это может вместить одна человеческая жизнь?!

Он родился во время Крымской войны, в 1854-м. Еще будучи гимназистом вступил в кружок народников и позднее стал одним из создателей террористической организации «Народная воля».

Участвовал в подготовке покушения на императора Александра II. Опасаясь ареста, выехал за границу, где познакомился с Карлом Марксом.

В 1882 году при попытке нелегально вернуться в Россию был арестован. Состоялся суд, вынесший суровый приговор: за терроризм — пожизненное заключение.

Последующие 23 года Морозов провел в тюрьме. Сперва в Алексеевском равелине Петропавловки, потом в застенках Шлиссельбургской крепости. Однако даже находясь в столь суровых условиях, Николай Александрович не терял времени даром. Он сумел в тюремных условиях выучить 10 иностранных языков, написать десятки научных работ по физике, математике, химии, астрономии, биологии, истории, философии, авиации, политэкономии... В общей сложности Морозов подготовил в тюрьме 26 томов своих рукописей!

Его пожизненное неожиданно закончилось в революционном 1905 году. Подписанная тогда царем амнистия «политическим» открыла для Морозова дверь тюремной камеры. Однако воздухом свободы будущий академик дышал недолго. В 1911-м его снова арестовали за «неблагонадежное сочинение» — изданную им книгу стихов «Звездные песни» — и продержали в тюрьме почти целый год. Вслед за этим последовал еще один арест экс-народовольца — в 1912 году, во время поездки в Крым. В итоге тюремный стаж Николая Александровича продолжил расти: будущий академик просидел в казематах Двинской крепости вплоть до начала 1913-го. И вновь он вышел на волю по амнистии, на сей раз объявленной в связи с грядущим 300-летием дома Романовых.

Так что в общей сложности Н.А. Морозов провел в застенках более четверти века.

В промежутках между «посадками» он отважился опробовать «последнее чудо техники» — в 1910 году совершил полет на аэроплане-«этажерке».  

После революции, начиная с 1918 года, Н.А. Морозов работал директором одного из крупнейших тогда научных центров страны — Естественно-научного института им. П.Ф. Лесгафта. В последние предвоенные годы ученый-универсал — тогда уже являвшийся почетным членом Академии наук СССР — довольно много времени проводил в своей прежней фамильной усадьбе Борок на Ярославщине, где специально для него построили обсерваторию.

В 1939-м этот неугомонный человек совершил очередной свой нестандартный поступок. 85-летний «мафусаил» записался в популярное тогда оборонное общество ОСОАВИАХИМ на снайперские курсы. И успешно закончил их! А потом, к удивлению родных и знакомых, регулярно тренировался в стрельбе.

Может быть, Николай Александрович заранее готовился к неминуемой войне с нацистской Германией? Во всяком случае, в первые же часы после нападения немцев на СССР заслуженный академик-ветеран, находясь в Ленинграде, написал заявление в военкомат с просьбой направить его на фронт. Ему, естественно, отказали, но Морозов не успокоился и буквально бомбардировал военкома письменными заявлениями и телефонными звонками, подчеркивая, что, несмотря на почтенный возраст, отлично стреляет из винтовки. Выдающийся ученый считал, что просто обязан внести свой вклад в будущую победу над врагом, поквитаться с немцами за те разрушения, которые они причинили его любимому Ленинграду, за смерть женщин и детей на улицах города при бомбежках и артобстрелах...

В конце концов, чтобы добиться желаемого результата, Морозов пошел на хитрость. Он явился в военкомат и заявил: мол, я разработал конструкцию нового телескопического прицела и должен теперь провести его испытания в боевых условиях. Свою просьбу Николай Александрович подкрепил ультиматумом: если его не пустят на передовую, он обратится в Москву к самому товарищу Сталину!

Вот уж действительно вода камень точит! Военные капитулировали под натиском этого настойчивого старика. Однако предупредили: ввиду почтенного возраста его на фронт отправляют в качестве добровольца-командированного, а срок этой командировки — один месяц.

Вот так заслуженный академик и оказался в одном из батальонов, воевавших с немцами на Волховском фронте. Молодого комбата, который просил прислать в расположение части снайпера, предупредили, чтобы он был с этим стрелком «поаккуратнее». Однако офицеру сперва было непонятно, какой смысл за предупреждением скрывается. Он и вообразить не мог, что за пополнение прибыло в батальон: перед ним стоял седобородый старик в очках, казалось, с трудом удерживающий на плече винтовку. Первая реакция комбата была вполне предсказуема, он задал естественный в данном случае вопрос: сколько лет этому странному воину? Дедушка спокойно ответил, что скоро ему исполнится восемьдесят восемь, но ни на какие поблажки он не рассчитывает, собирается воевать всерьез и просит показать позицию для снайпера.

Своим дальнейшим поведением Николай Александрович Морозов полностью развеял все сомнения командира. В предутренней темноте он ползком добрался до подготовленной стрелковой ячейки на передовой и залег в ней. Ожидание подходящего момента затянулось почти на два часа, которые пожилой человек провел прямо на снегу. Но это испытание было не напрасным. Доброволец подкараулил момент, когда на вражеской стороне замелькала фигура офицера, и с одного выстрела уложил врага наповал.

После первого успеха последовали и другие. Почетный член Академии наук записал на свой снайперский счет около десятка убитых немцев. Наблюдавшие за его работой однополчане заметили, что ученый и на передовой остается ученым: готовясь стрелять, он рассчитывал поправки на ветер, на влажность воздуха... Чудо-снайпер быстро стал знаменитостью фронтового масштаба. Чтобы увидеть его, в батальон даже специально приходили офицеры и солдаты из других частей.

Фронтовая эпопея пожилого добровольца оказалась непродолжительной. Как ему и было обещано, срок командировки истек через месяц, после чего Морозова, несмотря на его категорические протесты, отправили в тыл, предложив продолжить свои научные изыскания. Он не успокоился и на протяжении еще почти полугода добивался возвращения на фронт. Однако попытки эти на сей раз не увенчались успехом.

А в 1944 году, после освобождения Северной столицы от кольца немецкой блокады, академик Николай Морозов был наряду с другими защитниками города на Неве награжден медалью «За оборону Ленинграда». В июле 1944-го получил он и еще более высокую правительственную награду — орден Ленина.

Исполнилась мечта Николая Александровича — самый пожилой участник Великой Отечественной сумел дожить до Победы. Этот человек со столь необычной биографией скончался летом 1946-го на 93-м году жизни. А в великий день, 9 мая 1945 года, он отправил письмо-поздравление Сталину, в котором написал: «Я все-таки поквитался с фашистами за ленинградцев, жаль, что мало. И я счастлив, что дожил до Победы над германским фашизмом».

Самый старый участник Великой Отечественной. Академик Морозов Николай Александрович

Источник:  оригинальная статья



Подписывайтесь на Балтологию в Telegram и присоединяйтесь к нам в Facebook!

Читайте также
На шею советского солдата надели петлю, немец хотел выбить табурет, но получил удар ногами в лицо. Узники Освенцима потом нашли его зубы
3 декабря 2020
Молодой русский солдат — ему было, возможно, 18–19 лет, мне было 15 — попытался сбежать из Освенцима. Ему удалось выбраться из лагеря, но его схватили, привели обратно и собирались повесить перед тысячами заключенных в знак устрашения. Его подвели к виселице, повесив на грудь картонную табличку с надписью на немецком: «Ура! Ура! Ура! Я рад, что вернулся!»
«Казалось, что Москва в наших руках, но русские нас удивили»: контрнаступление советских войск под Москвой глазами немецкого генерала
3 декабря 2020
С удивлением и разочарованием мы обнаружили в октябре и начале ноября, что разгромленные русские вовсе не перестали существовать как военная сила. В течение последних недель сопротивление противника усилилось, и напряжение боев с каждым днем возрастало. Командование русскими войсками, прикрывавшими Москву, теперь принял маршал Жуков.
Каждый должен иметь свой дом: жилищное строительство в имперской и советской Риге
4 декабря 2020
В Риге 240 многоквартирным домам требуется срочный ремонт, еще 300 домов могут достичь критического состояния в ближайшее время. Муниципальные чиновники бьют тревогу по поводу ремонта, но они совершенно отказываются учитывать имперский и советский опыт по жилищному строительству.
Сначала прятался в лесу, потом вырыл в навозе земляку: последний латышский дезертир более 50 лет скрывался от советской власти и вышел только 1995 г.
4 декабря 2020
9 мая 1995 года в полицейский участок Пелечской волости Латвии явился Янис Пинупс. Он заявил, что последние 50 лет скрывался от властей, опасаясь преследования за дезертирство во время Второй мировой войны.
Обсуждение ()
Новости партнёров