Контекст

В домах кенигсбержцев горел свет и играла музыка, они не ожидали, что советские танкисты так быстро прорвут оборону немцев: битва за Восточную Пруссию

 

В январе 1945 года Восточная Пруссия — это щит, прикрывавший пути в Центральную Германию с северо-востока. Немецкий генералитет стремился превратить немецкую провинцию в неприступную крепость, сковать здесь как можно больше советских войск, чтобы не допустить их использования на других участках фронта.

Военный корреспондент «Известий» майор А. Шестак:

«В системе обороны противника были также мощные опорные пункты, состоящие из долговременных укреплений, сплошных минных полей, фольварков и хуторов.

Об этих хуторах следует сказать особо... По их устройству можно судить, что их строили не архитекторы, а военные инженеры, которые заботились главным образом не об удобствах быта, а о военных целях. Хутор обычно занимает господствующее положение на местности. Окна легко превращаются в амбразуры, чердак — в наблюдательный пункт, подвал — в убежище».

Наступление советских войск было запланировано на 13 января. За 5 часов до начала наступления 3-го Белорусского фронта немцы начали артиллерийский обстрел советских позиций, под огонь попали советские части первого эшелона фронта, которые сосредоточились для броска в окопах первой линии. Помимо этого, разыгралась непогода: еще с вечера началась пурга, а с утра ко всему этому добавился сильный туман. В таких условиях рассчитывать на помощь авиации не приходилось.

Из воспоминаний рядового 130-й стрелковой дивизии Виктора Моисеевича Грановского:

«Внезапно артиллерия замолкла, в воздухе появилась белая сигнальная ракета, раздалась команда: "Вперед! Ура!!!" Вылез из траншеи первым, винтовка с примкнутым штыком наперевес, пробежал десять шагов и заметил перед собой флажки, которыми саперы обозначили проход в минном поле. Обернулся, посмотрел назад. За моей спиной сплошной стеной поднималась из траншеи в атаку наша рота с криком "Ура!" Я рванул вперед. Рядом со мной бежал молодой молдаванин, он наступил на мину, и его разнесло в клочья. Куски его мяса, его кровь... все это на меня. Я на бегу лицо рукавом от чужой крови вытер и помчался дальше».

Военный корреспондент Михаил Григорьевич Брагин:

«В первые дни сказалась мощность немецких укреплений и особенно их массовость. Борьба за траншеи, за группы дотов, за населенные пункты, имения, хутора, отдельные дома и каменные сараи потребовала своеобразной тактики… Решающую роль стали играть мелкие комбинированные штурмовые группы. В тумане наши бойцы и офицеры стремительно сближались с врагом, прорывались через пристрелянные рубежи, и на гигантском поле сражения шумел кровавый рукопашный бой. В первый день войска овладели только тремя траншеями, продвинулись всего на полтора километра. Во второй день войска усилили натиск, но немцы ввели в бой танки и десятки раз бросались в контратаки».

Наступление советских войск на главном направлении удара не привело к решительным результатам. К 16 января Красная армия проникла в немецкую глубоко эшелонированную оборону на 8–12 км, приходилось с боем выгрызать каждый километр.

В сложившихся обстоятельствах произошла перегруппировка войск, в бой были брошены резервы. Особую эффективность показали прорывы танковых соединений, которые проводили рейды по тылам немецких войск, перерезая коммуникации, дезориентируя противника, проводя разведку и расчищая путь для наступления основных сил.

Значительных результатов удалось достичь в ходе «огненного рейда» 89-й танковой бригады 1-го танкового корпуса, которым руководил полковник Андрей Иосифович Соммер. По воспоминаниям танкистов, когда они ворвались в пригороды Кенигсберга, сильно оторвавшись от передовых частей, в домах горел свет и играла музыка. Кенигсбержцы их явно не ожидали, учитывая, что фронт располагался намного восточнее. Правда, и потери бригада понесла тяжелые.

Нельзя не отметить вклад в прорыв восточно-прусской группировки противника 11-й гвардейской армии под командованием Кузьмы Никитовича Галицкого. В январе 1945 года ее диагональный марш-бросок на правый фланг фронта и последующий фланговый удар в направлении на Инстербург (ныне Черняховск) и Велау (ныне Знаменск) развалили оборону немцев. К концу января 11-я армия уже вплотную подошла к внешнему обводу крепости Кенигсберга.

Маршал Советского Союза Александр Михайлович Василевский:

«В результате стремительного выхода войск 2-го Белорусского фронта к заливу Фришес-Хафф и 3-го Белорусского фронта к морю севернее и южнее Кенигсберга советские войска отрезали восточнопрусскую группировку врага от остальных сил немецко-фашистской армии, расчленили уцелевшие от разгрома немецкие войска группы армий "Центр" на три части».

Четыре дивизии противника были прижаты к морю на Земландском полуострове, пять дивизий блокированы в Кенигсберге и до двадцати дивизий окружены южнее и юго-западнее Кенигсберга. Одновременно 1-й Прибалтийский фронт 28 января овладел Мемелем (Клайпеда). Таким образом, изоляция восточно-прусской группировки от основных германских сил облегчила Красной армии наступление на Берлинском направлении.

Источник: оригинальная статья

Подписывайтесь на Балтологию в Telegram и присоединяйтесь к нам в Facebook!

Читайте также
Советский Союз виноват в оккупации Украины Гитлером: Киев переписывает историю в ООН
29 декабря 2020
Постоянный представитель Украины при ООН Сергей Кислица заявил, что СССР якобы причастен к развязыванию Второй мировой войны, и обвинил советские власти в оккупации Украины и гибели тысяч украинцев.
У каждой эпохи свой Новый год: как отмечали любимый праздник детства в советской Прибалтике
1 января
Аналитический портал RuBaltic.Ru вспомнил со своими читателями, как праздновали Новый год советские дети Латвии и Эстонии.
«Верховный завел патефон… Буденный не усидел — пустился в пляс»: как Сталин праздновал Новый год
29 декабря 2020
Сталин занял свое обычное место во главе стола. С правой руки, как всегда, стоял графин с чистой водой. Никаких официантов не было, и каждый брал себе на тарелку то, что ему хотелось.
«Сбежать на торговом судне, зарывшись в кокс»: самый безумный побег советских военнопленных из немецкого лагеря
12 января
В крупном шведском порту Гетеборге рабочие, разгружая кокс, обнаружили в одном из трюмов "Ариеля" два человек в одежде военнопленных с буквами "SU" на спине. Вызвали врача. Один из найденных и в самом деле был уже мертв, в другом еще теплилась слабая искорка жизни. Его увезли в больницу, а гетеборгские грузчики с волнением обсуждали происшествие. Побег этих двух русских был первым и единственным побегом пленных из Гамбурга в Швецию на торговом судне.
Обсуждение ()
Новости партнёров