Контекст

Немецкий пилот: «Уровень советских летчиков куда выше ожидаемого… Они сражаются до конца даже без надежды на выживание»

 


Спустя девять дней после начала боевых действий генерал-майор Гофман фон Вальдау докладывал начальнику верховного штаба Главнокомандования вермахта Гальдеру следующее:

«Наше командование ВВС серьезно недооценило силы авиации противника в отношении численности. Русские, очевидно, имели в своем распоряжении значительно больше, чем 8000 самолетов. Правда, теперь из этого числа, видимо, сбита и уничтожена почти половина, в результате чего сейчас наши силы примерно уравнялись с русскими».

3 июля фон Вальдау доверил своему дневнику еще один любопытный факт: он, оказывается, убедился, что внезапный удар немецких сил пришелся на группировку советских войск, размеры и численность которой поражают. Иными словами, данные, которые удалось добыть разведке и которые считались «пропагандистскими», оказались реальностью и требовали суровой переоценки. «Качественный уровень советских летчиков куда выше ожидаемого», — сетовал фон Вальдау. По его мнению, дальнейшие успехи становились возможными за счет нанесения максимально больших потерь русским при «минимальных собственных». Но реальность подсказывала иное: 

«Ожесточенное сопротивление [русских. — Прим. перев.], его массовый характер не соответствуют нашим первоначальным предположениям».

И первым признаком этого стал таран, предпринятый одним из советских летчиков, младшим лейтенантом Дмитрием Кокоревым из 124-го истребительного авиаполка в небе над Кобрином. Израсходовав боекомплект в ожесточенном бою с немцем, младший лейтенант Кокорев направил свою машину прямо на Me-110. Оба самолета, сорвавшись в штопор, устремились к земле. Неподалеку от Жолквы другой летчик на истребителе И-16, лейтенант И. Иванов, воздушным винтом повредил хвостовое оперение немецкого бомбардировщика Хе-111. Кокорев выжил, а вот Иванов погиб. По имеющимся данным, девять советских летчиков совершили таран только в первый день войны 22 июня 1941 года. Полковник люфтваффе поражен: 

«Советские пилоты — фаталисты, они сражаются до конца без какой-либо надежды на победу и даже на выживание, ведомые либо собственным фанатизмом, либо страхом перед дожидающимися их на земле комиссарами». 

Немцы побеждали в воздухе, но их противник, несмотря на нанесенный ему урон, все еще представлял смертельную опасность.

Иду на таран

Источник: Кершоу Р. 1941 год глазами немцев. Березовые кресты вместо Железных. — М.: Яуза-Пресс, 2010.

Подписывайтесь на Балтологию в Telegram и присоединяйтесь к нам в Facebook!

Читайте также
«Здесь ад. Советские солдаты не уходят из Москвы. Они начали наступать»: письма немцев из-под Москвы
11 ноября
«Судьба Наполеона и замерзших в 1812 году французских солдат», как утверждали в декабре 1941 г. германские пленные, угнетающе действовала на личный состав группы армий «Центр».
«Советский солдат нападает из засад… нельзя от него избавиться, даже если дважды прочесать территорию»:  немецкий генерал о тактике советских воинов
5 ноября
Увы, русская артиллерия очень хороша. Они много попадают и, к сожалению, очень часто меняют позицию. Пилоты тоже удалые и летают даже в ужасных погодных условиях.
Захваченных в плен мучили в лесу, а затем сжигали: нападение бандеровцев на белорусские деревни
7 ноября
Бандиты с целью срыва мобилизации в ряды РККА стали убивать семьи крестьян только за то, что члены их семейств служат в Красной Армии.
Я не брился 14 дней... Прекратите войну: письма из немецких окопов
10 ноября
Эхо прошедшей войны доносят до нас письма ефрейтора Ширнахера к жене Ильзе (Фельтен под Берлином, ул. Кох-штрассе, 44). Письма не были отправлены, так как почта в это время уже не действовала.
Обсуждение ()
Новости партнёров