Контекст

«Когда наши вернулись и у них открылась рвота, мы поняли, что их дни сочтены»: работник Чернобыльской АЭС об аварии

0  
Источник изображения: ТАСС. Военнослужащие Ленинградского военного округа участвуют в ликвидации аварии на ЧАЭС, 1 июня 1986 года.

В 80-е годы квартиры в Ленинграде и Москве люди с удовольствием меняли на жилье в Припяти — настолько этот город был престижным. В 1982-ом году 60-тысячный населенный пункт занял первое место по рождаемости, средний возраст жителей Припяти был 26 лет.

«Казалось бы, жизнь начала потихоньку налаживаться: нам дали трехкомнатную квартиру в хорошем районе, жена устроилась на работу радиозавода «Юпитер», я тогда получал 300 рублей, а это были немалые деньги по тем временам», — вспоминает Алексей Демченко.

«Если быть точным, то взрыв произошел с 25-го на 26-е апреля в час ночи двадцать три минуты двадцать три секунды. Я тогда вышел на смену, был в должности старшего оператора на втором энергоблоке. Погас свет, включилось аварийное освещение. Мы почувствовали запах гари, копоти, металлический привкус во рту. По громкоговорящей связи прошла команда надеть марлевые повязки. Что произошло, мы толком не знали. Через час прибыл начальник цеха, заместитель начальника цеха и старший инженер-механик. Нам сказали, что случилось непоправимое.

Трех операторов послали проводить аварийные работы, спасать людей. Мы остались на месте. Когда наши коллеги вернулись и у них открылась рвота, мы поняли, что их дни сочтены… Их уже никого нет в живых, только я остался…

Саша Лелеченко, заместитель начальника электроцеха, достоин только лучших слов в свой адрес. Он знал, что он получил смертельную дозу, и не посылал своих ребят на аварийные работы, все сам делал. В больнице на него нельзя было смотреть без слез: здоровенный, красивый парень усыхал на глазах, как ребенок, мясо отделялось от кости. 

Заместитель начальника цеха Слава Орлов не спасовал перед опасностью. Он получил команду зайти на крышу третьего блока и посмотреть, действительно ли разрушен реактор и что происходит в четвертом энергоблоке. Он получил 460 рентген (при смертельной дозе 600) — и до сих пор живой. Трагедия на ЧАЭС показала, кто есть кто на самом деле: кто трус, кто друг, кто враг….

Саша Добников, вертолетчик, он со своей командой на вертолете зависал над жерлом горящего реактора и тушил его песком и жидким каучуком. Днище вертолета нагревалось до 70 градусов, они получали смертельные дозы. Саня придумал так называемые «свинцовые трусы». Они обкладывались свинцом, чтобы уменьшить воздействие радиации на организм…

 

Источник: PRIPYAT.com

Обсуждение ()
Новости партнёров
Загрузка...