Культура Культура

Крепостное право в Латвии: как немцы и шведы закабалили латышей

Источник изображения: cont.ws
0  

Крепостное право на территории Латвии имело давнюю историю. Медленное закрепощение латышских крестьян началось еще в раннем Средневековье, в эпоху, когда Восточная Прибалтика была объединена в колонию, названную Terra Mariana (Земля Святой Марии). Тогда же большая часть землепашцев оказалась в зависимости от немецких феодалов, однако долгое время крепостное право не было нигде прописано. Действовали скорее негласные законы. И только в конце XVI века за оформление официального крепостного права серьезно взялись немецкие власти.

Владения Ливонского орденаВладения Ливонского ордена

В те времена в Риге жил Давид Хильхен — умный чиновник, полиглот, который много сделал для города. Известно, что он был глубоко образован и умел красиво и грамотно писать на разных языках. Со временем Хильхен смог занять должность секретаря Рижского рата, а позже стал синдиком — одним из крупнейших советников города.

Он периодически ездил с дипломатическими миссиями в Польшу и Швецию, где пытался выторговать для Риги условия наибольшего благоприятствования. Ведь именно во второй половине XVI века после крушения Ливонского ордена Рига была яблоком раздора между шведской и польской короной. Кому сдаться — вот был краеугольный вопрос эпохи для членов Рижского магистрата.

В 1599 году Давид Хильхен объявил о том, что он по заданию прибалтийско-немецких землевладельцев, чьи интересы представлял магистрат, завершил работу над созданием кодекса крепостного права.

Предполагалось, что латышские крестьяне, пользовавшиеся участком земли помещика в течение трех лет, будут окончательно привязаны к владениям своих помещиков. Дети таких крестьян автоматически становились крепостными.

За побег следовали жестокие санкции, а поиск крестьянина должен был продолжаться в течение десяти (!) лет. Также узаконивалось право домашнего наказания, которое в прямом смысле развязывало немецкой аристократии руки.

«Обновленное положение о свадьбах и костюмах высокочтимого рата королевского города Риги в Лифляндии», напечатанное в 1593 году в типографии Николая Моллина«Обновленное положение о свадьбах и костюмах высокочтимого рата королевского города Риги в Лифляндии», напечатанное в 1593 году в типографии Николая Моллина

Кодекс, разработанный достаточно тщательно, так и не был введен в ближайшее время, поскольку уже в 1601 году между Польшей и Швецией разгорелась жестокая война за право обладания Восточной Прибалтикой. Война, во время которой крестьянские поля были опустошены, а урожай активно конфисковывался воюющими сторонами, принесла много бед латышским землепашцам.

Они массово собирались под стенами Риги и разбивали лагеря беженцев, ожидая скорых благоприятных новостей о прекращении войны. И только в 1621 году бои закончились, и Рига досталась шведам. Многие пункты, которые излагал Хильхен, действовали, правда, неофициально.

Территориальные изменения в результате Ливонской войныТерриториальные изменения в результате Ливонской войны

Шли годы, условия содержания латышских крестьян ужесточались, и почва для введения крепостного права подготавливалась.

Латыши, правда, могли рассчитывать на побег, который оставался их единственной возможностью спастись от произвола и беззакония.

Можно было скрыться у городских стен, просочиться в город, поступить в услужение к бюргерам, затаиться. Конечно, губернские чиновники направляли погоню, которая должна была обнаружить беглых крестьян, но официального закона о наказании сбежавших, в общем-то, не было. Помещики начали жаловаться. И вот…

Клас Окесон Тотт, губернатор Шведской Ливонии (1665–1672)Клас Окесон Тотт, губернатор Шведской Ливонии (1665–1672)

Жил-был высокопоставленный шведский чиновник Клас Окесон Тотт. Представитель шведской аристократии, доверенное лицо королевы Кристины. В дальнейшем — советник Карла X Густава и Карла XI, который приходился отцом Карлу XII, известному тем, что он потерпел поражение в Северной войне и уступил Петру Великому Прибалтику.

Тот был образованным человеком, просвещенным гуманистом; он замечательно владел несколькими иностранными языками и бывал с дипломатической миссией в Париже. Очень похоже на Давида Хильхена.

В 1665 году его, занимавшего должность губернатора Стокгольма, отправляют на новое место — губернатора Шведской Ливонии, процесс колонизации которой шел полным ходом.

Шведы завладели правом собирать пошлины за использование торговых путей, в том числе устья Западной Двины. Шведская администрация контролировала большую часть сделок на городском рынке. А еще шведские короли задумали редукцию поместий: немецкие землевладельцы, таким образом, утратили часть своих имущественных прав в пользу шведской короны.

И вот, чтобы задобрить балтийских помещиков, Клас Окесон Тотт по приказу короля начал разрабатывать полицейские правила для Ливонии, которые касались в том числе ужесточения судьбы и без того бесправных латышских крестьян.

К 1668 году правила были готовы.

Один из главных пунктов, ужесточавший кодекс Давида Хильхена, гласил, что крестьянин, который к настоящему моменту пользуется помещичьей землей, закрепощается и переходит в собственность помещика. Не три года, не два, — вообще.

Латышские крестьяне в национальных костюмах, реконструкцияЛатышские крестьяне в национальных костюмах, реконструкция

Раньше крестьянин мог по закону воспользоваться правом ухода, хотя на самом деле его редко соглашались отпускать и привязывали к земле, используя властные полномочия, но с момента принятия правил Тотта вольная жизнь завершилась. Очевидно, среди латышских крестьян, пользовавшихся землей помещика три года, таковых было большинство.

Следующий пункт был и того беспощаднее: дети такого закрепощенного крестьянина автоматически переходили в разряд крепостных. И не только родные, но и приемные.

Тотт учел один фактор: когда умирали родители-крестьяне, ребенка могли усыновить дяди и тети. Тогда они формально могли претендовать на личную свободу. Теперь же шансов не было.

Все свободные люди, которые вступали в брак с крепостными, также объявлялись крепостными. Как мы видим, закрепощение по Тотту было на самом деле тотальным.

А как же быть с извечной проблемой немецких землевладельцев — поиском беглого крестьянина? Считалось, что если крестьянина не могут поймать один год и один день (в разное время эта норма менялась), то он может закрепиться в городе и стать свободным человеком, хотя и находиться на низшей ступени внутригородской иерархии, поскольку латышские ремесленные цеха в XVI и XVII веках были строжайшим образом запрещены. Ремесло и торговля в Ливонии были сосредоточены в руках немцев. Тотт учел этот фактор.

Рижская ратушаРижская ратуша

Согласно его правилам, срок выдачи беглых крестьян достигал десяти лет. Как и у Хильхена.

В полицейских правилах 1668 года был еще один пункт, который отличался особым цинизмом и существенно усложнял жизнь латышским крестьянам. Если немецкий помещик имел финансовую задолженность перед соседом (например, проигрался ему в карты), то он имел право расплатиться «живым товаром» — латышскими крепостными, при этом он оставлял за собой право разлучать детей с родителями.

Такие отданные в заклад на неограниченный срок крестьяне должны были отрабатывать на полях долг своего господина, а потом им разрешалось вернуться. При этом норму отработки определял обычно сам кредитор.

Все правила в целом были чрезвычайно выгодны немецкой феодальной аристократии, и одно из них обслуживало военно-политические интересы шведской короны. Клас Окесон Тотт предписал всем латышским крестьянам в случае необходимости принимать участие в военных походах в составе королевской армии.

Из завербованных латышей и эстонцев формировались передовые военные подразделения, которые обычно засылались в самые горячие точки.

Их можно было пустить на штурм под прицельным огнем неприятеля или прикрыть ими отступление шведских соединений. Иными словами, крепостным латышам была уготована роль «пушечного мяса».

Карта Шведской Ливонии и ЭстонииКарта Шведской Ливонии и Эстонии

Впрочем, в официальной латвийской историографии как минимум со времен диктатуры Карлиса Ульманиса (1934–1940 гг.) фигурирует тезис о «золотых шведских временах». С ним можно частично согласиться.

«Золотыми» они были только для шведской администрации и немецких торговцев, но уж никак не для латышей, которые в годы шведского управления Ливонией окончательно утратили свою личную свободу и перешли в разряд частной собственности государства и помещиков.

Это неоспоримая часть латвийской истории.

Шведские ворота в Риге со стороны улицы Торня Шведские ворота в Риге со стороны улицы Торня

Читайте также
Советская промышленность Латвии, которую разрушили националисты
7 марта
Латвийская ССР была одним из индустриальных «локомотивов» советской сверхдержавы. В Латвии производились портативные радиоприемники и высокоточные микросхемы, операционные усилители и удобные микроавтобусы, выдающиеся электропоезда и дизели.
3 забытых народа Восточной Европы
13 марта
Европейские империи ставили перед собой задачу ассимиляции малых этнических групп. Народы, которым история не предоставила шанса на самоопределение, ушли с исторической арены и перестали играть активную роль в современной Европе.
Вырезали красноармейцам звезды на лбу: «подвиги» Латышского добровольческого легиона СС на восточном фронте
16 марта
Из спецсообщения начальника Управления контрразведки «СМЕРШ» 2-го Прибалтийского фронта от 18 августа 1944 года «Об издевательствах немцев и их пособников из латышских частей "СС" над советскими военнопленными».
Отправить в игнор. Шествия легионеров СС в Риге перестают будоражить умы
18 марта
В Латвии в очередной раз состоялось шествие легионеров СС и их сторонников. 16 марта около тысячи человек прошли по Риге, чествуя бойцов латышского легиона.
Обсуждение ()
Новости партнёров
Загрузка...