Политика Политика

Постсоветские страны в ближайшем будущем не имеют перспективы членства в ЕС

Источник изображения: /i1.wp.com
0  

В Брюсселе 24 ноября пройдет очередной саммит «Восточного партнерства». В саммите примут участие представители ЕС и шести постсоветских стран: Азербайджана, Армении, Беларуси, Грузии, Молдовы и Украины. О значении этого проекта и его перспективах аналитическому порталу RuBaltic.Ru рассказал доцент кафедры международных отношений Белорусского государственного университета Александр ТИХОМИРОВ:

— Г‑н Тихомиров, расскажите о программе «Восточное партнерство». Каковы цели этой инициативы? В чём заключаются мотивы участия в программе постсоветских стран?

— Проект «Восточное партнерство» возник по инициативе Польши и Швеции в 2008 году. Была провозглашена его цель: сближение Европейского союза с государствами-соседями на востоке. Есть четыре платформы, которые предполагают, что сближение будет проходить по линии гражданского общества, экономики, охраны окружающей среды и в области межцивилизационных гуманитарных контактов. 

В свое время этот проект был интересен. Европейский союз пытался найти способ воздействия на соседние странны, которые входили в состав СНГ. Этим странам был предложен некий вариант взаимодействия без возможности предоставления полноценного членства в ЕС.

Александр ТихомировАлександр Тихомиров

В 2009 году на учредительном саммите в Праге были определены основы сотрудничества Европейского союза с восточными соседями. С этого момента «Восточное партнерство» было запущено как проект всего ЕС, а не отдельных его государств.

— С Вашей точки зрения, выполняет ли данный формат сегодня поставленные цели?

— Инициаторами «Восточного партнерства» были поляки. В нынешних условиях даже они понимают, что данный проект сегодня не отвечает, во-первых, потребностям Европейского союза, а во-вторых, потребностям государств, которые стремятся взаимодействовать с ЕС. Ведутся разговоры о том, что нужно найти новый формат, однако непонятно, какой именно. И пока Европейский союз не может ответить на этот вопрос.

На днях состоялось заседание Европарламента, где была принята резолюция и появилась идея «Восточного партнерства +». Этот проект предполагает, что Европейский союз будет более тесно общаться с теми государствами, которые ставят целью достичь ассоциации с ЕС и по возможности вступить в него в обозримом будущем. Речь идет об Украине, Молдове и Грузии.

На днях состоялось заседание Европарламента, где была принята резолюция и появилась идея «Восточного партнерства +»На днях состоялось заседание Европарламента, где была принята резолюция и появилась идея «Восточного партнерства +»

— Какова тогда роль участия в данном формате стран, которые не стремятся в ЕС, в частности Беларуси? Получается, что она выпадает из «Восточного партнерства +»?

— Подобный вопрос возникает не только по поводу Беларуси, но и в отношении Азербайджана. С Арменией есть нюансы. Армянское правительство заявляет сейчас, что хочет подписать соглашение о партнерстве и сотрудничестве с Европейским союзом и углубить контакты. Азербайджан проводит политику неприсоединения ни к каким блокам. А Беларусь участвует в проекте Евразийского экономического союза (ЕАЭС), и для нее это направление является приоритетным. Беларусь предполагает выстраивать отношения с Европейским союзом, исходя из своей ориентации на Евразийский союз.

В 2011 году в Беларуси была официально провозглашена идея о сопряжении двух интеграций. Стране выгодно, чтобы Европейский союз активно взаимодействовал с ЕАЭС. В этом случае Беларусь займет положение «между двумя союзами».

— Вокруг приближающегося саммита ведется много дискуссий. Стоит ли ожидать презентации новых проектов, важных заявлений? Какова повестка саммита «Восточного партнерства» в Брюсселе?

— По моему мнению, новые проекты на саммите обсуждаться не будут. Главный вопрос стоит иначе: как выйти из той ситуации, которая сложилась ныне в рамках «Восточного партнерства», когда одни государства хотят ассоциации с Европейским союзом, а другие не хотят.

Белорусская сторона четко заявила, что не стремится к подписанию Соглашения об ассоциации. Беларусь хочет иметь нормальное соглашение с ЕС о неких основах взаимоотношений, о характере диалога между Брюсселем и Минском, а также реализовывать конкретные проекты в области экономики и энергетики.

Беларусь не заинтересована в предложениях о том, чтобы выстраивать диалог на условиях принятия белорусской стороной ценностей и стандартов ЕС. С точки зрения белорусской дипломатии, взаимодействие должно быть равноправным и учитывать специфику Беларуси. Только на таких условиях оно возможно.

С учетом резолюции Европарламента и идеи о «Восточном партнерстве +» можно предположить, что на саммите в Брюсселе основное внимание будет уделено выстраиванию отношений Европейского союза с теми странами, которые стремятся в него попасть. А с остальными будут обсуждать, как сопрячь это стремление с тем, что другие страны в ЕС не хотят и отдают предпочтение иным проектам.

— Председатель Европейского совета Дональд Туск на прошлой неделе отправил президенту Беларуси Александру Лукашенко официальное приглашение на саммит в Брюсселе. На Вильнюсском саммите, на котором Янукович не одобрил ассоциацию Украины с ЕС, Лукашенко не присутствовал; не присутствовал он и на Рижском саммите 2015 года. Можно ли ожидать, что президент Беларуси приедет в Брюссель?

— Здесь есть определенная интрига, которая до сих пор не разрешена: кто поедет на этот саммит, сам президент, которому направлено приглашение, или кто-то другой. Ранее, в том же 2013 году, возможность участия президента Беларуси в саммите не исключалась. Но в Вильнюс, как и на учредительный саммит в Праге в 2009 году, были отправлены другие люди. На саммите в Риге в 2015 году белорусскую сторону представлял министр иностранных дел Владимир Макей.

Владимир МакейВладимир Макей

Президент Беларуси примет то решение, которое сочтет нужным принять. Исходя из того, как сейчас складываются отношения Беларуси с Европейским союзом, визит возможен. Но сможет ли этот визит повлиять на какие-то решения по Беларуси — этот вопрос остается открытым.

Установка белорусской стороны неизменна: Беларусь предлагает ЕС прагматичное и равноправное сотрудничество без намерения получить членство. Данная точка зрения останется такой же вне зависимости от того, кто будет представлять Беларусь на саммите.

Также представительство Беларуси на саммите в Брюсселе не изменит позицию Евросоюза, который сделал свой выбор. Хотя ЕС официально направил приглашение президенту Лукашенко, вопрос о том, насколько представители Евросоюза готовы говорить с ним на языке прагматизма, остается открытым.

— На предыдущих саммитах «Восточного партнерства» постсоветские страны представляли либо президенты, либо премьер-министры. Беларусь же в последние годы неизменно посылает министра иностранных дел. Статус представителя Беларуси говорит о том, что у официального Минска есть особое отношение к «Восточному партнерству»?

— Этот статус говорит о том, что Беларусь готова к прагматичному диалогу, но интеграция в ЕС для нее приоритетом не является. Это показывает то место, которое Европейский союз занимает во внешней политике Республики Беларусь, в отличие от Евразийского экономического союза. На мероприятиях ЕАЭС обычно присутствуют руководители государств объединения. Хотя всякое бывало. Но от этого ничего не менялось в подходах, и взаимодействие продолжалось.

— Активно муссируется вопрос о попытке Польши посредством «Восточного партнерства» как-то влиять на политику Беларуси. Какое место во взаимоотношениях Беларуси и Польши занимает «Восточное партнерство»? Можем ли мы говорить, что этот проект в первую очередь отражает интересы Польши?

— Я бы сказал, что этот проект отражал интересы Польши на том этапе, когда она его запускала. Нынешняя Польша в глазах ЕС не настолько значима. В ЕС принимаются решения о введении санкций в отношении Польши за ту внутреннюю политику, которую она проводит. Польско-германские отношения стали напряженными из-за подхода Польши к США, к европейским интеграционным процессам.

В нынешних условиях Польша больше не является основным бенефициаром идеи «Восточного партнерства». Поляки пытаются предложить что-то новое, например «Инициативу трех морей».

Политика, которую сейчас проводит Польша, в том числе по отношению к соседям, не слишком успешная: ни по отношению к Беларуси, ни по отношению к Украине, ни даже по отношению к Литве. Взять хотя бы недавние демонстрации с лозунгами о том, что Львов и Вильно — это польские города. В Польше сейчас есть установка на жесткий национализм, который не учитывает интересы восточных соседей.

В нынешних условиях Польша больше не является основным бенефициаром идеи «Восточного партнерства»В нынешних условиях Польша больше не является основным бенефициаром идеи «Восточного партнерства»

Однако отказываться от идей «Восточного партнерства» жалко. Поскольку Польша позиционировала себя как страна, которой это интересно, она и дальше будет делать вид, что каким-то образом влияет на восточную политику ЕС. Нынешним бенефициаром этих отношений выступает Германия, не Польша. У Германии больше возможностей влияния. Судьба «Восточного партнерства» во многом зависит от германской политики.

— В чём интерес Германии?

— Это бизнес-интересы и вопрос влияния. После выхода Великобритании и возникновения проблем во Франции Германия остается единственным связующим звеном всего Европейского союза. Конечно, у нее тоже есть внутренние проблемы, например формирование правительства после парламентских выборов. Тем не менее возможность влиять на политику Европейского союза у Германии есть, и она не скрывает, что в таком влиянии заинтересована.

Немецкая политика по отношению к восточным соседям двойственна. Часть германского истеблишмента хочет, чтобы «Восточное партнерство» не противопоставлялось России; политики, которые напрямую не связаны с экономикой, хотят, чтобы противопоставлялось.

Польский план заключается в противопоставлении «Восточного партнерства» России. Польша рассчитывает или рассчитывала раньше с помощью этого формата повысить свою значимость в ЕС. Однако это не очень продуктивная позиция, которая, скорее всего, не реализуется.

— Вы упомянули о проекте «Междуморья» от Балтийского до Черного моря. На Ваш взгляд, насколько сегодня жизнеспособна эта идея? Обсуждается ли она в польском обществе?

— В польском обществе эта идея очень активно обсуждается и продвигается. Единственное, что это раньше говорили «до Черного моря». В нынешних условиях эта инициатива звучит так: «от Балтийского моря до Адриатического». Польша старается вовлечь в проект соседей, которые входят в Европейский союз или стремятся в него войти.

Если получится с Украиной, то будет и «до Черного моря». Но, как я вижу по актуальной пропаганде, сегодня проект «Междуморья» рассчитан больше на то пространство, которое уже в Европейском союзе, и на Балканы.

Если бы Украина активно сближалась с Европейским союзом на условиях ЕС, если бы в стране проходили демократизация и борьба с коррупцией, то проект мог бы осуществиться и до Черного моря. Понятно, что у нынешней Украины очень большие проблемы. Пока страна настолько нестабильна, строить какие-либо планы о вовлечении ее куда-либо преждевременно. И уж точно поляки не собираются входить в Киев, как в 1920 году делал Юзеф Пилсудский (польский военный и политический деятель, который в мае 1920 года захватил Киев в ходе советско-польской войны — прим. RuBaltic.Ru).

— Можем ли мы ожидать, что соглашения об ассоциации c ЕС будут подписаны другими странами — членами «Восточного партнерства»? Может ли это быть для них первым шагом на пути вступления в Евросоюз? Речь, конечно, не о Беларуси.

— Три страны подписали соглашения об ассоциации: Украина, Молдова и Грузия. Насколько они стали ближе к вступлению в ЕС после этого подписания? Вопрос открытый.

Европейский союз сейчас недоволен результатами сближения с Украиной. Одни считают, что сближение слишком медленное, другие прямым текстом пишут, что у Украины не будет перспективы членства.

В Нидерландах народ проголосовал против Украины в ассоциации с ЕС. И правительство Нидерландов потребовало, чтобы это было учтено. И этот факт был реально учтен в документах Европейского союза.

Ассоциация на неопределенное время — вот перспектива Украины.

Перспективы интеграции Украины таковы: в решениях Европейского союза по Украине однозначно записано, что страна не будет иметь перспективы членства в ЕС в обозримом будущем, пока не произведет все необходимые изменения. Я думаю, что такая же установка будет и по Грузии, и по Молдове, несмотря на их стремление сблизиться с ЕС. Пока Европейский союз не готов принимать такие государства в свои ряды.

В Грузии и Украине население настроено проевропейски. В Молдове ситуация не столь однозначная, и у президента Додона есть разные мысли по этому поводу. Пока в Молдове не пройдут внеочередные парламентские выборы, видимо, вектор движения четко определен не будет.

Игорь ДодонИгорь Додон

— Как повлиял внешнеполитический курс Украины на евроинтеграцию, на украинско-белорусские отношения? Что в них изменилось и каковы тенденции?

— У Украины не было интереса к взаимодействию с Беларусью. Пока со стороны Украины вопрос ставится таким образом: есть поддержка в борьбе против России или нет поддержки. Если поддержки нет, значит, Беларусь становится неинтересной.

Что касается интеграции в Европейский союз, то Беларуси было бы интересно, если бы Украина интегрировалась в ЕС. Мы не против этого, но хотим, чтобы это проходило спокойно, мирно и с учетом тех пожеланий, которые ЕС озвучивает в адрес Украины. Демократизация, прозрачность и порядок в Украине Беларуси были бы выгодны, если бы она так сближалась с ЕС. Вопрос в том, что она пока имеет весьма условные успехи в этом направлении.

— Меняется ли отношение Беларуси к Украине с точки зрения взаимоотношений Порошенко и Лукашенко?

— Год не было никаких контактов на высшем уровне. В 2014 году были встречи и в начале 2015 года. Затем год общение было только на уровне министерств иностранных дел. И только в нынешнем году президенты двух стран снова встретились.

Политика Украины в нынешних условиях представляется более «заряженной» на противостояние с Россией, чем на сближение с Европейским союзом. Белорусское руководство еще в 2013 году заявило, что не рассматривает сближение Украины с ЕС как угрозу. Потому что вступление в то или иное объединение — это суверенное право Украины.

Если же Украина переходит на европейские технологические стандарты, это будет накладывать отпечаток на состояние белорусско-украинских экономических контактов. Вторая проблема — это ужесточение контроля на границах, которого следует ожидать, коль скоро Украина получила безвизовый въезд в ЕС для своих граждан. Что до остальных сфер, то я бы не сказал, что какие-то проблемы возникают.
Обсуждение ()
Новости партнёров
Загрузка...