Контекст

Папу убили, маму тоже. Я пряталась под их телами: Волынская трагедия

0  
Источник изображения: Rzeczpospolita

 К 75-летию начала Волынской резни польское издание Rzeczpospolita опубликовало воспоминания женщин, выживших во время бойни, организованной украинскими националистами.

Розалия Велош

«На поляне находилось более 350 человек. Нелегко убить такую толпу людей. Расстрелы продолжались очень долго. Мы должны были смотреть на смерть наших соседей, друзей... Очереди из автоматического оружия, крики тех, кого убивали, ругань палачей. Воистину сцены из Данте.

Когда пришла наша очередь, родители молчали. Я все время сидела в платке, судорожно впиваясь в спину мамы… Люди, стоящие непосредственно перед нами начали падать на землю, грохот выстрелов стал оглушительным... Пули начали свистеть рядом с нами...

Вдруг небо закружилось у меня над головой, и я почувствовала мощный удар. Я поняла, что лежу на земле, придавленная телом мамы. Руки у мамы были широко разбросаны в стороны. Она не двигалась. Рядом я услышала жуткий стон. Это стонал мой отец. Я выглянула из-под пальто мамы, и начала умолять его шепотом:

— Папа, папочка тихо... тихо...

Я просила его, заклинала, но он все больше и больше стонал. Он был тяжело ранен. Тогда его услышали украинцы. Один из них встал над отцом. Прицелился из винтовки и добил его на моих глазах. Пуля попала в голову. Из ушей и рта немедленно повалила густая кровь, заливая ему все лицо. Я спряталась глубже под пальто мамочки».

Эта драматическая сцена разыгралась 12 марта 1944 года под населенным пунктом Подкамень на территории довоенного Тарнопольского (Тернопольского – прим. ред.) воеводства. В Подкамене находился Доминиканский монастырь, в котором укрылись толпы беженцев из польских сел на Волыни и Восточной Галиции. Они бежали от убивающих мирное население отрядов бандеровцев.

В тот роковой день Подкамень был атакован отрядом УПА (УПА — организация, деятельность которой запрещена в РФ) под командованием Макса Скорупского при содействии украинских полицейских, находящихся на службе у немцев. Часть палачей приступила к штурму монастырских стен, остальные направилась в сторону близлежащих населенных поляками поселений.

Испуганных мирных жителей УПовцы привели на луг под Паликровами. Там они произвели отбор. Украинцам позволили уйти, а поляков и немногочисленную кучку евреев решили расстрелять. В толпе испуганных людей оказалась Юзефа Брыг, тогда еще шестилетняя девочка.

После окончания бойни — историки считают, что в ней погибло около 400 человек — Юзефа лежала придавленная трупом матери. Как долго? Этого не знает. Помнит только, что все время молилась в духе «Под Твою защиту прибегаем, пресвятая Богородица» и «Ангел Божий, хранитель мой...». Только по прошествии долгого времени решилась встать.

Она увидела над собой зарево пожара. Это горела ее родное село.

«Я начала дергать маму за руку, — рассказывает она.

— Мамочка, вставай! Надо идти, бежать! Вставай.

До моего сознания не доходило, что мама умерла. Потом я узнала, что она получила выстрел прямо в голову, в затылок. Руки у нее были разложены, как на кресте. Наверное, в последний момент жизни она хотела меня защитить от подлетающей пули.

Вдруг я увидела, что в сторону пастбища идут двое мужчин. Я быстренько обратно вползла под свою маму — я постаралась воспроизвести позицию, в которой раньше лежала. И замерла. Двое бандеровцев начали добивать раненых. Видимо, не только я пережила бойню.

В конце, они встали надо мной. Один из них сказал, глядя на меня:

— Жаль патрона. Она уже и так мертва.

И для подтверждения этого он сильно пнул меня в выступающую ногу. Я не шевельнулась, а ногу оставила без движения. Это укрепило УПовцев в том, что я мертва. Они пошли дальше. До сих пор не знаю, откуда в маленьком ребенке нашлось столько ума.

Я долго так лежала без движения. Боялась, что убийцы снова вернутся».

Казнь также пережил старший братик пани Юзефы. Когда бандеровцы ушли, они вместе вернулись в заброшенный дом. Там поселились, питаясь отходами. Когда через две недели на Кресы вошла Красная армия, большевики посадили обеих сирот в машину и вывезли в какой-то далекий населенный пункт. Там брат и сестра были разделены.

Пани Юзефа после войны попала на территорию новой, коммунистической Польши. Поселилась в женском монастыре в Мощанах. Потом много лет работала учителем в Перемышле. Пережила мужа и сына. Трагедия, которая произошла на Волыни 75 лет назад, оставила в ее жизни неизгладимый след.

Источник: Rzeczpospolita // Перевел обозреватель Rubaltic.Ru Сергей Широколобов

Читайте также
«Убивайте меня, я все равно вам ничего не скажу». Через день он выдал всех: как советские спецслужбы бандеровцев раскалывали
30 июля
В процессе этой операции в селе Глинна был задержан бандит «Муха», Дыдик Дмитрий, он в числе группы в 4 человека прорывался через наше оцепление,  двое из них были убиты, один тяжело ранен, «Муха» расстрелял все патроны по нашим бойцам, двоих бойцов ранил
«Несколько ударов топором. Звук, будто кто-то рубил дрова. А это была зарублена мама»: воспоминания выжившей в Волынской резне
24 июля
К 75-летию начала Волынской резни польское издание Rzeczpospolita опубликовало воспоминания женщин, выживших во время бойни, организованной украинскими националистами.
Конвоиры «истекали» припрятанной под форму куриной кровью: как советская разведка колола бандеровцев
7 августа
Метод легендированного допроса активно применялся при розыске главарей националистического подполья.
«Били моих близких лопатой, кололи их вилами...»: воспоминания выжившей в Волынской резне
31 июля
Я умоляла Бога, чтобы это был только сон. Но это был не сон. Это была реальность.
Обсуждение ()
Новости партнёров
Загрузка...