Контекст

Во время войны польское эмигрантское правительство требовало себе Львов, но Сталин их переиграл

 
Источник изображения: Дети с плакатами на митинге, посвященном освобождению Львова

Известный российский историк А.В. Золов пишет:

«В 1944 г. поляки по-прежнему упорно отказывались признавать новые границы, предложенные Сталиным, периодически демонстрировали враждебность по отношению к Советскому Союзу, укрепляя в Москве намерение вести дела с дружественными ей силами польского сопротивления. В ответ на все демарши польских «союзников» следовал один ответ: СССР будет готов иметь дело с польским правительством исключительно после его очищения от враждебных Москве элементов. Тем временем ситуация в самой Польше резко изменилась. В июле началось ее освобождение советскими войсками. В Люблине было образовано временное правительство, получившее название Польский комитет национального освобождения (ПКНО). В манифесте ПКНО от 22 июля польское правительство в Лондоне было объявлено самозваным, незаконным, тормозящим борьбу с гитлеровскими оккупантами и тем самым ведущим польский народ к новой катастрофе. Была выражена готовность урегулировать с СССР и вопрос о границах. Советское правительство полностью поддержало ПКНО. 26 июля в Москве было подписано долгожданное советско-польское соглашение о границах, в основу которых была положена линия Керзона с некоторыми отступлениями от нее в пользу Польши: к ней отходили Белосток и часть Беловежской пущи. СССР заявлял о поддержке требования Польши установить западную границу по рекам Одра и Ныса Лужицкая с включением в нее города Щецина. Необходимость в лондонских поляках отпала окончательно. 1 августа 1944 г. Советское правительство официально признало ПКНО как фактическое правительство Польши.

Тем не менее интриги вокруг Польши продолжались. По настоятельной просьбе Черчилля в Москве приняли премьер-министра лондонского правительства С. Миколайчика. Одновременно в советскую столицу прибыли и представители люблинского правительства. Целью и тех, и других было определение состава будущего польского правительства. Попытки свести позиции сторон оказались неудачными. Миколайчик настаивал на том, чтобы основные посты в будущем правительстве Польши занимали его соратники, надеясь по-прежнему на поддержку Англии и США. Люблинские поляки заявляли о готовности ввести в состав своего правительства представителей лондонцев, но с предоставлением им второстепенных портфелей. Авантюрной попыткой перехватить инициативу у Москвы и люблинских конкурентов стало Варшавское восстание, завершившееся полным провалом и приведшее к огромным человеческим жертвам, виновником которых, естественно, лондонскими поляками был объявлен Советский Союз. Кстати, именно во время встречи с Миколайчиком Сталин впервые заявил о передаче области Кенигсберга России. Судя по всему, причиной такого решения стало желание военного руководства СССР установить прочный контроль над южной частью Балтийского моря, что вряд ли могло быть осуществлено Литовской республикой.

Польский вопрос стал одним из центральных в ходе Ялтинской конференции глав СССР, США и Великобритании. 

Отбиваясь от настоятельных просьб союзников пойти навстречу Польше в вопросе о границах, в частности, в вопросе о Львове, Сталин напомнил, что линию Керзона предложил министр иностранных дел Англии, так что быть менее пророссийским, чем британский министр иностранных дел, Сталин просто не мог. Кроме того, отвечая на заявление Черчилля о том, что Англия беспокоится о будущем Польши, поскольку заинтересована в ее судьбе, Сталин напомнил, что СССР в судьбе своей соседки заинтересован еще больше, тем более, что польская территория неоднократно превращалась в плацдарм для нападения на Россию, а посему соглашаться на приход к власти в этой стране правительства, враждебного Советскому Союзу, Москва не может.

В дальнейшем главной задачей и нового польского правительства, и СССР стало создание действенных органов власти на местах, наведение элементарного порядка, требующее, в том числе, и борьбы с подпольным движением Армии Крайовой, ориентировавшейся на Лондон и не признававшей промосковскую власть. В результате спецоперации антисоветское подполье было обезглавлено. Активная работа советских и польских войск постепенно помогла снизить накал антисоветской борьбы, а дальнейшее развитие контактов между просоветскими элементами и частью лондонских поляков способствовали улучшению политической ситуации в стране. Важную роль играло и то, что советское правительство делало многое для обеспечения населения освобожденных территорий Польши продуктами питания и хотя бы минимальной материальной помощью. Достаточно сказать, что только промышленного оборудования полякам было передано на сумму в 500 млн долл., что позволило не только восстановить польскую экономику, но и существенно двинуть ее вперед».

Источник: Золов А.В. Польша во внешней политике СССР в 1941–1945 гг. // Вопросы истории. 2021. — № 2. — С. 134-145

Подписывайтесь на Балтологию в Telegram и присоединяйтесь к нам в Facebook!

Читайте также
«Как на литовском называется Мемель?»: в 1944 г. Сталин подарил Литве Клайпеду, никаких юридических договоров о передаче составлено не было
28 января
Отсутствие юридически оформленного акта о передаче этих земель Литве признал в свое время и президент Литвы А. Бразаускас. Он заявил в 1990 г., и это заявление было опубликовано в газете "Советская Литва" 8 марта того же года, что "после войны нет официальных документов о присоединении Клайпедского края к территории Литвы…"
«Я видел ребенка, которому с какой-то "научной" целью вставили чужой кусок тела»: из воспоминаний советских военных, освобождавших Освенцим
27 января
В лагере имеется детский барак. Когда мы зашли туда, мои нервы больше не выдержали, у меня сперло дыхание и слезы меня начали душить. Туда свели еврейских детей разных возрастов (близнецов). На них, как на кроликах, производили какие-то эксперименты.
«Меня выволокли из блиндажа, и в него тут же угодил снаряд»: воспоминания Юрия Никулина о прорыве блокады Ленинграда
27 января
Была продолжительная артиллерийская подготовка. Двадцать градусов мороза, но снег весь сплавился и покрылся черной копотью. Многие деревья стояли с расщепленными стволами. Когда артподготовка закончилась, пехота пошла в наступление.
В 1938 году Константин Симонов написал стихотворение о боях за Кенигсберг. Через 7 лет это стало реальностью
29 января
Интересно, что написаны они были не весной 1945-го, когда войска 3-го Белорусского фронта брали столицу Восточной Пруссии, и даже не после Великой Отечественной войны, а за три года до ее начала — в 1938-м.
Обсуждение ()
Новости партнёров