Контекст

«Советские солдаты дерутся с презрением к смерти, нам с ними не справиться, разве только если будут применены газы»: из писем немцев

 

В письмах немецких солдат и офицеров из Сталинграда рефлексировалось восприятие войны. И по этому заряду коммуникации, сообщений, чувства, аутентичности с письмами не могли конкурировать приказы, официальные сообщения, дневники и воспоминания генералов.

Из письма пастору Оскару Бюттнеру унтер-офицера Гельмута Шульце,

п/п 44111, 19.XI.1942

«Оснащенные самым современным оружием, русские наносят нам жесточайшие удары. Это яснее всего проявляется в боях за Сталинград. Здесь мы должны в тяжелых боях завоевывать каждый метр земли и приносить большие жертвы, так как русский сражается упорно и ожесточенно, до последнего вздоха».

Из письма Герману Куге ефрейтора Отто Бауэра,

п/п 43396 В, 18.XI.1942

«Верю вам, что война треплет нервы и что каждый с нетерпением ждет мира, но русский слишком упрям, невообразимо упорен и настойчив. Мы делаем все, что только можем, но русский дерется здесь с полным презрением к смерти. Пленных мы теперь больше не берем, ибо эти субъекты до последнего дыхания стреляют из своих укрытий, блиндажей и подвалов».

Из письма Эрнсту Яну обер-ефрейтора Гейнца Хамена,

п/п 13552, 14.XI.1942

«Сталинград — это ад на земле, Верден, красный Верден, с новым вооружением. Мы атакуем ежедневно. Если нам удается утром занять 20 метров, вечером русские отбрасывают нас обратно».

Из письма родителям ефрейтора Вилли Шмидта,

п/п74875С,14.XI.1942

«У нас сейчас дело совсем плохо; если бы ты нас увидела, ты бы половины не узнала, а потом спросила бы: а где тот, где этот? Да, одни лежат в русской земле, другие на излечении на родине или в лазарете, некоторые лишились ног и так далее. Плохо нам! Здесь погибает очень много народу, так как русский сражается чрезвычайно упорно».

Из письма жене унтер-офицера Рудольфа Тихля,

командира 14-й роты 227-й пехотной дивизии

«Здесь сущий ад. В ротах насчитывается едва по 30 человек. Ничего подобного мы еще не переживали. К сожалению, всего я вам написать не могу. Если судьба позволит, то я вам когда-нибудь об этом расскажу. Сталинград — могила для немецких солдат. Число солдатских кладбищ растет. Это похоже на то, что творилось в Перонне на Сомме в войну 1914–1918 гг., с той разницей, что здесь все эти солдаты погибли в боях за один только город».

Из письма родителям солдата Вильгельма Мушинга,

п/п 18725, 13.XI.1942

«В настоящее время положение очень напряженное. Надеюсь, дела наши в Африке поправятся. Как я слышал, наши войска оккупировали всю Францию. А с русскими нам не справиться, разве только если будут применены газы».

Из письма вахмистра Оппермана жене,

20.XI. 1942

«Все дома и ориентиры сожжены артиллерией или взорваны. Лучше не говорить родине всего. Скажу вам лишь одно: то, что в Германии называют героизмом, есть лишь величайшая бойня, и я могу сказать, что в Сталинграде я видел больше мертвых немецких солдат, чем русских. Кладбища вырастали каждый час. Могу на основании нашего опыта сказать: Сталинград стоил больше жертв, чем весь Восточный поход с мая по сентябрь».

Из письма невесте унтер-офицера Георга Кригера,

631-й тяжелый артиллерийский дивизион

86-го артиллерийского полка 118-й пехотной дивизии,

п/п 00704, 30.XI.1942

«Мы находимся в довольно сложном положении. Русский, оказывается тоже умеет вести войну, это доказал великий шахматный ход, который он совершил в последние дни, причем сделал он это силами не полка и не дивизии, но значительно более крупными»

Из письма жене ефрейтора Альбрехта Оттен,

п/п 32803, 1.I.1943

«Ты удивляешься, как мне пришло в голову писать о плене. Видишь ли, я, по всей вероятности, тогда уже предчувствовал, что нам предстоит, а потому, как складываются сейчас обстоятельства, не исключена возможность, что мы действительно попадем в плен. Ты, конечно, совершенно права, надо молить всевышнего, чтобы он не допустил до этого, но не мешает думать обо всем, в особенности в теперешнем положении. А относительно того, что из плена никто не возвращается, скажу одно: не будем смотреть на вещи так мрачно. Вспомни, сколько народу было в плену в России в первую мировую войну, и они ведь вернулись…»

Письма немецких солдат домой Или русских не победить

Источник: «...Хоть раз напишу тебе правду». Письма солдат вермахта из сталинградского окружения. — М.: РОССПЭН, 2013.

Подписывайтесь на Балтологию в Telegram и присоединяйтесь к нам в Facebook!

Читайте также
Казнь немцев в Ленинграде в 1946 г.: «Генерал отклонил голову в сторону, не хотел лезть в петлю»
10 августа
Грузовики, в кузовах которых стояли немецкие военнослужащие в форме бундесвера со связанными за спиной руками, въехали под виселицы. На площади воцарилась тишина. По громкоговорителю прозвучал приговор. Наши солдаты-конвоиры в касках начали надевать петли на шеи немцев.
Протаранил немецкий самолет и благополучно спустился на парашюте: Виктор Талалихин — Герой Советского Союза
6 августа
Виктор Талалихин — военный лётчик, одним из первых в СССР применивший ночной таран, Герой Советского Союза.
От победы на Олимпиаде до «карликов» большого спорта: как деградировал футбол в Прибалтике
7 августа
Сборные и команды республик СССР достигали самых высоких результатов в различных командных видах спорта, включая футбол. С распадом Советского Союза у каждого новообразованного государства начался свой независимый, но зачастую неудачный спортивный путь.
«Перекрестила мертвого русского и поцеловала его в губы и в лоб»: сербская бабушка под огнем немецких миномётов хоронила советского солдата
10 августа
Она прошла через сквер и дошла до того места, где лежал убитый русский красноармеец. Она с трудом перевернула его лицом вверх и увидела, что лицо у него молодое и очень бледное. Она пригладила его волосы, с трудом сложила на груди его руки и села рядом с ним на землю.
Обсуждение ()
Новости партнёров