Контекст

«Не зря полегли эти советские люди!..»: пронзительная речь старого красноармейца на могиле советского солдата под Москвой в 1941 г.

 

Корреспондент «Красной звезды» Павел Иванович Трояновский вспоминал:

19 октября неожиданно стали свидетелями солдатских похорон. Поставили машину между деревьями и подошли к группе бойцов, окруживших почти уже засыпанную могилу, вырытую под березой. Красноармейцы, их было четверо, работали лопатами, досками, выломанными из стоящего неподалеку забора, а то и просто руками. Им помогали два подростка и три пожилые женщины. Наш водитель Бураков тотчас же сбегал к машине и принес еще две лопаты. У него же нашелся и топор, чтобы вытесать столбик, к которому прибили дощечку. На ней уже было написано химическим карандашом: «Здесь покоится воин Отечественной войны, кавалер ордена Красной Звезды и медалей "За отвагу" и "За боевые заслуги" бронебойщик Потапов Василий Семенович. Родился в 1915 году. Погиб от вражьей бомбы 19 октября 1941 года».

— Надо бы написать, какой он части, — сказал я красноармейцу, который показался мне старшим по возрасту.

— Говорят, что не полагается. Военная тайна.

Тогда я предложил произвести ружейный салют, чтобы был полностью соблюден воинский ритуал.

— Вот с этим давайте погодим, — ответил боец.— Хочу прежде речь сказать на прощание. Объявите, товарищ старший политрук, что будет говорить Иван Маркелов.

— Слово имеет товарищ Маркелов, — не очень громко сказал я.

Пожилой красноармеец вскинул забинтованную голову к небу, затем поглядел направо, налево и заговорил:

— Красивая здесь земля, товарищи. И хороним мы на ней тоже красивого человека. Такого красивого человека, которого, будь они сейчас живы, не могли бы не описать в своих книгах ни уважаемый граф Лев Толстой, ни писатели Тургенев и Лесков... Только вот нынче-то по этой земле бегут огненные и дымные версты. И на каждой версте, считайте, за эти месяцы выросли десятки, а то и сотни таких-то могил, в которой мы только что погребли нашего дорогого Василия Семеновича Потапова. Очень много могил! Но я уверен, что не зря полегли эти советские люди!..

Возьмем Василия Семеновича. Вот его орден Красной Звезды. — Боец вынул из кисета орден и показал его всем.— Этот орден дан ему за немецкий танк и четырех фашистов, которых он сжег в этом самом танке. Вот медаль «За отвагу». Ее Василию Семеновичу Потапову вручили за уничтожение фашистского штабного броневика, на котором ехал ихний майор. Медаль «За боевые заслуги» получена им за рукопашный бой, в котором он свалил троих вражеских солдат...

А сколько Василий уничтожил этих гадов без наград — ни он, никто другой не считал. Три раза его ранило в боях, и три раза он не ходил ни в санбат, ни в госпиталь. И уж когда миной перебило ему руку, то сказал: «Теперь, пожалуй, самое время подлечиться...» И вот тут этот подлый стервятник окончательно оборвал Васину жизнь...

Женщины тихо всхлипывали. Подростки склонили головы. Бойцы тоже нахмурились. А оратор между тем закончил:

— Вечная и славная память тебе, наш дорогой Василий Семенович! Не сомневайся, друг, что эти огненные версты, которые стали и еще станут могилами для многих из нас, сожгут, испепелят всех до единого ненавистных гадов! Спасибо тебе за замечательную жизнь, за великие солдатские подвиги!

Холмик над могилой мы еще раз поправили. Затем дали прощальный салют из винтовок.


Источник: Трояновский П.И. На восьми фронтах. — М.: Воениздат, 1982



Подписывайтесь на Балтологию в Telegram и присоединяйтесь к нам в Facebook!

Читайте также
Ефим Фомин — советский комиссар, организовавший оборону Брестской крепости. После пленения его выдал предатель, которого за это задушили советские солдаты
26 июля
Несколько раз разведчики, обыскивавшие убитых гитлеровцев, приносили Фомину найденные в немецких ранцах галеты или булочки. Он отправлял все это в подвалы — детям и женщинам, не оставляя себе ни крошки.
Суперразведчик Николай Кузнецов: ликвидировал 11 немецких генералов. За ним охотилась вся немецкая армия
28 июля
Из донесения немецкой разведки: «Серо-голубые глаза. Русые волосы. Прямой нос. Худое лицо. Владеет шестью диалектами немецкого языка. Носит форму обер-лейтенанта вермахта, может предъявить документы на имя Пауля Зиберта. Крайне опасен, в совершенстве владеет стрелковым оружием. Обнаружив этого человека, сразу же постарайтесь вызвать подмогу».
Под Москвой в 1941 г. генерал Рокоссовский очень ругался из-за того, что в штабе нет карты Европы: «Вы что, думаете, мы не будем в Берлине?»
27 июля
Враг еще силен, но это уже не тот враг, который 22 июня начал войну. Цвет немецко-фашистской армии выбит еще на полях Прибалтики, Белоруссии, под Ленинградом, у Смоленска, Киева и Одессы, у Брянска и под Москвой. Мы нанесли врагу очень сильный урон. Допускаю, что фашисты еще могут добиться каких-то отдельных успехов. Но только не решающих...
Красноармейцы сбивали немецкие самолеты из винтовок. Помогали простые математические расчеты и знание упреждения
26 июля
Огонь по целям предписывалось открывать с расстояния не более 500 метров. Самыми удобными для поражения вражеского самолета считались моменты, когда он пикировал на стрелка или, напротив, выходил из пикирования. Кроме того, в наставлении разместили таблицу для взятия упреждения при стрельбе по разным типам самолетов на разных дистанциях. Так, для поражения «Мессершмитта» с расстояния в 500 метров нужно было целиться на десять корпусов перед ним. Упор делался на простые математические расчеты.
Обсуждение ()
Новости партнёров