Контекст

«Я потерял надежду убраться из России»: из фронтовых писем немецких солдат

 

Осенью 1941 г., имея за плечами трёхмесячный опыт новой кровопролитной войны, вермахт шёл на Москву. Сказывалась первая усталость, но, по большей части, вторгнувшаяся армия ещё продолжала верить в возможность победы. Уже начинались первые холода — а с ними и первые серьёзные сомнения.

Солдат Эрнст Гуикинг писал своей жене 29 сентября:

«С Киевом покончено. Теперь [группа армий] Центр снова готов[а]. Грандиозный финальный аккорд скоро будет сыгран на востоке. Все наши надежды на следующие четыре недели».

Молодой призывник Эрнст Керн прибыл на фронт в начале октября и был поставлен в караул со старым ветераном. Ему запомнился их разговор:

«“Посмотри на карту России. Пространство необъятное. И как далеко мы продвинулись? Не намного больше Наполеона в 1812 году — наши завоевания лишь тонкая лента на карте”. “Но у нас есть совершенное иные технические возможности и снаряжение, которого у них не было”, — сказал я ему. Он сухо усмехнулся. “Да, но они подвержены отказам”».

Вильгельм Прюллер вместе с товарищами слушал речь Гитлера 3 октября, после чего записал:

«Какой подъём дают нам его слова, в то время как мы собираемся вокруг радиоприёмника, не желая пропустить ни единого слова! Есть ли лучшая награда после дня битвы, чем услышать фюрера? Нисколько!».

10 октября в Германии вышла газета с заголовками вроде «Кампания на востоке окончена!». Ганс Рот записал в своём дневнике:

«Вновь сильная метель. Внезапно сильный мороз, 7 градусов ниже нуля! Дороги крепко промёрзли. Мы бы могли наступать, если бы, да, если бы у нас было хоть сколько-то топлива! Грузовики со снабжением и бензином всё так же далеко в тылу, застряли где-то, безнадёжно утонув в грязи. Около 60% застряли где-то в грязи. Это верно; вот так и выглядит победоносное наступление вперёд! А распутица только началась, и уже спустя два дня дождей у нас эти потери. Всё это не очень-то соответствует вчерашним победным фанфарам!».

Медсестра Ингеборга Охсенкнехт, служившая в тылу группы армий «Центр» в октябре 1941 года, отмечала:

«Было так много потерь, что нам пришлось класть раненых в импровизированные кровати в коридорах. В битве за Вязьму наши танки достигли невероятного... но какой ценой? Я работала в те дни как машина, так же, как и все, работа была бесконечной. Тем не менее, так много раненых умерли, которых мы могли бы спасти, если бы только их быстрее привезли к нам! Им пришлось слишком долго ждать помощи в грязи, раны загноились или гангрена расползалась по всему телу, так что хирургу оставалось лишь ампутировать. Это было ужасно, так ужасно, что у меня нет слов, чтобы описать те сцены».

Потери, раны, усталость от войны множились, и это сказывалось на восприятии войны, которое начало сильно меняться. Один немецкий капеллан писал:

«Сегодня я похоронил ещё нескольких из числа моих бывших прихожан, горных егерей, что погибли в этой ужасной стране. Ещё три письма надо написать, добавив ко всем тем, что я уже написал за эту войну. 

Вычеркнутых имён павших в моей записной книжке теперь стало больше, чем имён живых. Моя паства истекает кровью на равнинах этой страны. Мы все здесь погибнем».

Ему вторил его коллега, пастор Зебахер, в письме 7 октября:

«Я потерял надежду убраться из России этой зимой. Как только страну укроет снегом, спасения не будет».

Осознание становилось всё более явным. Пауль Штреземанн вспоминал:

«Я смирился с потерей своей жизни … Тупость и чудовищность этой войны всё больше доходили до меня, но я не видел выхода. Я не мог дезертировать, так на что было надеяться? Я чувствовал себя в западне, как и миллионы моих товарищей».

Некоторых, впрочем, это не останавливало. Танкист Эрих Хагер из 17-й танковой дивизии записал 20 октября, что его товарищ выстрелил себе в левую ногу из советской винтовки.

СОВЕТСКИЕ солдаты глазами гитлеровцев

Источник:  оригинальная статья 

Подписывайтесь на Балтологию в Telegram и присоединяйтесь к нам в Facebook!

Читайте также
У Сталина был простой городской телефон. По ошибке ему звонили посторонние. Это его сердило
25 мая
Работая по ночам, вождь, как правило, не вызывал прислугу, поэтому на круглом столике с мраморной крышкой, который стоял у окна, выходящего на южную открытую веранду, всегда стоял электрический чайник.
Подлодка, которая участвовала в уличных боях: удивительная история «малютки» М-83
23 мая
В годы Великой Отечественной войны кропотливая и методичная работа советских подводников-разведчиков играла важнейшую роль в проведении морских операций против нацистской Германии.
«Истерично плакал, становился на колени»: воспоминания Жукова об аресте и расстреле Берии
26 мая
Хрущев: «Имейте в виду, что Берия ловкий и довольно физически сильный человек, к тому же он, видимо, вооружен».
Эксперт объяснил, почему СССР пытаются приравнять к нацистской Германии
22 мая
Попытки западных стран переписать историю Второй мировой войны и приравнять СССР к нацистской Германии, а Сталина — к Гитлеру решают вполне конкретные задачи. Об этом заявил президент Российской ассоциации прибалтийских исследований (РАПИ), профессор СПбГУ Николай Межевич.
Обсуждение ()
Новости партнёров